Страница 480 из 627
И внезапно полиция стала пользоваться большим спросом, чтобы растущая напряженность между первоначальным населением Харона и новым населением не вырвалась наружу.
И в тот день двух головных болей Татьяна пришла с предложением. Она говорила о целой группе способных специалистов, которые разгладят небольшие проблемы, терзающие Харон. Комиссар Арриетти с радостью согласился нанять группу людей, которых привела Татьяна. Хотя она очень расплывчато говорила о том, откуда они, и комиссар Арриетти знал, что лучше не задавать вопросов, учитывая различные звериные черты, которыми обладали два лидера, она заверила его, что эти люди чрезвычайно способные.
Чувствуя себя виноватым, комиссар Арриетти немедленно поручил им несколько щекотливых дел. Хотя люди, допущенные в Харон, принадлежали к угнетенному классу, они не были похожи на людей, застрявших в застывшем времени в Диких землях; у этих людей уже были годы, чтобы развить навыки, необходимые для выживания. Как оказалось, около половины всех беспорядков в Хароне можно было проследить до той же двадцатки людей.
Той ночью два дня назад, когда он ложился спать в своей однокомнатной квартире над волшебной прачечной, Арриетти утешал себя тем, что Татьяна не стала бы восхвалять достоинства этой группы без причины. И хотя эти люди, вызывающие беспорядки, были опасны, они все еще жили в Хароне. Лесные духи вмешались бы, прежде чем дело дошло бы до кровопролития.
После нескольких ободряющих разговоров Элмер наконец обрел покой, чтобы заснуть. Это было два дня назад.
Вчера комиссар Арриетти провел большую часть дня с головной болью предчувствия. Потому что, переспав с этим решением, было крайне недальновидно отправлять эту группу людей, которых Татьяна так высоко ценила, на поиски непредсказуемых элементов среди нового населения. По крайней мере, прежде чем понять их возможности, ему следовало быть осторожнее.
Поэтому он почувствовал приближение головной боли, когда вчера утром сжал свой драгоценный кофе из Франксбурга и медленно пошел в свой кабинет. Но когда он пришел, его ничего не ждало. Ночная смена ничего не сообщила. Несколько небольших инцидентов всплыли на поверхность, когда тянулось утро, но без каких-либо крупных происшествий полицейский участок Харона был относительно спокойным.
Время шло вчера только с одним примечательным событием.
Лидер группы, которую привела Татьяна, Хейфал, пришел рано вечером и представил очень серьезный отчет. Его тон был полон глубочайшего уважения, когда он передал тот факт, что он и его группа пошли поговорить с каждым из людей, о которых упоминал комиссар Арриетти. Хейфал подчеркнул, что не может гарантировать улучшения в их поведении, но они, по крайней мере, нашли место жительства указанных лиц и установили дружеский контакт. Хейфал сообщил, что некоторые даже согласились возместить часть ущерба имуществу, который они причинили.
Комиссар Арриетти был так рад тому, что ситуация не взорвалась у него на глазах, что произошел следующий разговор:
— Отлично! — Комиссар Арриетти даже хлопнул ладонью по своему столу в волнении, потрясая относительно большие стопки отчетов на своем столе. Если виновные заплатят, это, по крайней мере, час работы с заявками, которую он сможет пропустить. — Просто потрясающе. Неудивительно, что Татьяна так высоко вас рекомендовала.
— Пожалуйста, мы здесь, чтобы помогать в таких мелких делах, — довольно скромно сказал Хейфал.
Почтение в тоне Хейфала было настолько искренним, что комиссар Арриетти издал глубокий смешок. Головная боль, которую он лелеял в течение недель, наконец-то, казалось, проходила. — Знаете, вы мне очень нравитесь, мистер Хейфал. Как вы смотрите на то, чтобы завтра пойти со мной в боулинг? Все государственные служащие Харона посещают его каждую среду. Вы практически почетный сотрудник, поэтому вам стоит прийти.
— Боулинг? — Хейфал нахмурился. — Я. не знаком с этим термином.
— О? — Возможно, именно в этот момент комиссар Арриетти впервые почувствовал странность вокруг этого гуманоида со звериными чертами, но в то время он отмахнулся от этого. Возможно, Хейфал просто вырос в стране, где не было боулинга. — Ну, тогда я должен настоять, чтобы вы пришли! Хотя это игра в своей основе, хе-хе, она имеет обыкновение показывать истинную концентрацию человека во время игры
Тут же глаза Хейфала обострились. — Неужели? Что ж, тогда, пожалуйста, простите меня за то, что я навязываюсь.
И вот, сегодня, у комиссара Арриетти был один из самых жутких дней в его жизни. Во-первых, когда он прибыл в штаб-квартиру участка сегодня утром, там было письмо с извинениями от печально известного агрессивного человека из Чикаго, который носил прозвище Трехрогий Дьявол . В письме довольно многословно описывалось изменение сердца Патрика Шейна прошлой ночью и то, что нет необходимости отправлять Гостей обратно в его резиденцию.
— Хм, — сказал Элмер, откинувшись на спинку стула. Он сделал глоток кофе. — Это. странно.
Затем утро продолжало быть чрезвычайно тихим. Слишком тихо. После недели постоянных жалоб отсутствие чего-либо беспокоило. Не было звонков. Не было запросов о помощи. Не было жалоб. Поэтому, будучи человеком, склонным к головным болям из-за беспокойства, комиссар Арриетти отправил дополнительные патрули офицеров в штатском, чтобы попытаться выяснить, что происходит в Хароне.
Когда патрули вернулись в обед, все они рассказали одну и ту же историю; все население, которое было перевезено из Дворца Избранных, который когда-то был Чикаго, внезапно вело себя как образцовые граждане. Но его офицеры рассказали несколько тревожных историй о том, почему. Все люди говорили об этих Гостях с глубоким уважением, граничащим со страхом.
Уже ходили громкие истории ужасов о Гостях. Настолько, что матери перешептывались, заставляя своих детей замолчать угрозой Гостя. Для комиссара Арриетти самым тревожным было то, насколько единообразными были сообщения об этих Гостях.
Очевидно, говорили люди, вы можете узнать гостя по тому факту, что он частично животное. Но это только при дневном свете, и Гости хитры.
Во-первых, если бы они хотели с тобой поговорить, они пришли бы в сумерках, чтобы темнота скрыла твои черты лица. Что еще хуже, Посетители всегда знали, где ты живешь и когда ты дома.
Люди говорили, что дома очень важны для Посетителей, потому что у Посетителей нет собственного дома.
Кофе комиссара Арриетти остыл, пока он пытался понять, что было просто слухами, а что произошло на самом деле после того, как он выпустил на волю эту все более загадочную группу людей, которую Татьяна предоставила в его распоряжение. Поэтому днем он приказал своим офицерам попытаться получить хоть какую-то конкретную информацию о том, что произошло за последние две ночи.
То, что он получил, было в основном набором сплетен. Но комиссар Арриетти заставил себя продолжать просматривать отчеты.
Из того, что собрали его офицеры, было совершенно ясно, что эта группа людей с животными чертами посетила преступников из списка, который предоставил комиссар Арриетти. Но детали того, что произошло дальше, были довольно туманными.
Ходило много историй о людях, пытавшихся спрятаться от Посетителей, пришедших поговорить с ними. Однако общественное мнение в настоящее время заключалось в том, что это ошибка; проигнорированные Посетители будут кружить вокруг дома и найдут окно или отверстие, где они будут смотреть на тебя. Если ты поспешишь в следующую комнату, чтобы избежать их взгляда, Посетитель уже будет у окна в этой комнате, злобно глядя на тебя, продолжая стучать в стекло.