Страница 173 из 630
— Как будто ты забыл, что твое настоящее оружие – копье. Ты пытаешься сделать всю работу сам, но ты всего лишь человек с копьем. Копье знает свое дело
Копье знает свое дело, да
Подняв копье в руках, Рендидли ослабил хватку, используя только кончики пальцев, чтобы удержать копье. Затем он передвинул руки в нужное положение, изученное во время долгих тренировок с аватарами корней. Затем он зафиксировал хватку и открыл глаза.
В своем сознании он объединил все эти концепции в одно целое, соединив все те чувства, за которые он цеплялся, в это движение, и Эфир в его груди забурлил и загорелся.
— Копье наступает, пепельный след.
Стойка, хватка, сгибание маны, взрыв.
Треск.
Рендидли почувствовал, как доска под его исходной позицией треснула и разлетелась на щепки, когда он бросился вперед, все его тело расплылось, (Глаза Призрачного Копья) работали так эффективно, как только он мог, пока вся сцена расплывалась.
Скорость, которую он набрал, была слишком велика. В прошлом Рендидли изо всех сил пытался сохранять спокойствие, когда он с визгом летел вперед, но на этот раз он расслабился. В конце концов, копье знает свое дело.
К тому времени, как все эти мысли промелькнули в его голове, он достиг женщины, и ее копье расплылось, тупой конец поднялся, чтобы встретить его. Когда копье изогнулось к нему, у Рендидли возникла безумная идея.
Он активировал (Призрачный Полушаг), телепортировавшись немного назад. Однако его импульс сохранился, и он рванулся вперед, пронзая воздух, его движение создало лишь кратковременную задержку.
Это была лишь доля секунды, но женщина заметила это странное, неестественное движение. Ее глаза расширились. Ее копье расплылось еще быстрее.
Рендидли сел, поморщившись. Голова раскалывалась. Оглядевшись, он несколько секунд ждал, пока зрение перестанет кружиться, а окружающие его люди не вернутся к нормальному движению. Бородатый мужчина оживленно беседовал со своими сотрудниками. Две женщины тихо беседовали с Шаль в углу.
Увидев, что он проснулся, все они повернулись, чтобы холодно посмотреть на него.
Рендидли пришлось подавить усмешку. Это, конечно, сильно отличалось от приема, который он получил бы в подобной ситуации в Доннитоне. Он ненавидел людей, которые заискивали перед ним и были в восторге от его присутствия. Гораздо лучше иметь дело с такими людьми, как Шаль, который практически сверлил его взглядом.
Фактически, Шаль заговорил первым.
— Ты сжульничал, — просто сказал он, и Рендидли покраснел. В пылу битвы он забыл, что всего лишь тестирует силу своего созданного набора навыков. Он слишком увлекся движением и отреагировал естественно, когда инстинкт использовать навык поразил его.
— Как бы то ни было, с точки зрения силы, этого движения было почти достаточно, чтобы подавить мой контрудар, даже до того, как он скорректировал свою позицию, — холодно сказала женщина.
Шаль скрестил руки на груди.
— Это было излишне. Достаточно будет цвета среднего уровня.
— И это бесчестно. Он должен носить знаки своей силы с гордостью. Разве ты, сын адепта копья, не должен знать это лучше, чем кто-либо другой?
Шаль промолчал, и женщина медленно подошла к Рандидли.
— Следуй за мной, я отведу тебя в нашу подсобку. Ты можешь выбрать любой цвет для своего темляка, кроме индиго или фиолетового. Это доказательство твоего достижения. Это привлечет к тебе внимание но это также принесет тебе уважение, которое ты заслужил.
— Ученики из небольших стилей, которые получают такое внимание, неизбежно умирают, — фыркнул Шаль, но он последовал за ними, когда они направились обратно в магазин темляков.
Рендидли повели дальше, мимо желтых, оранжевых, красных, затем бордовых и светло-голубых, в область, где были розовые, сиреневые, голубые и цвета морской пены. Несколько минут он медленно ходил среди цветов, беспомощно оглядываясь. Честно говоря, он понятия не имел, что ищет. Но они оба смотрели на него с такими ожиданиями, что было трудно просто что-то выбрать
Потом он увидел это.
Аккуратно сложенный в углу, на нижней полке, покрытый пылью, лежал зеленый цвет. Темно-зеленый. Рендидли подошел и взял его. Ткань была богатой и гладкой, и, развернув темляк, Рендидли понял, что он изумрудно сверкает на солнце. Он был насыщенным и ярким, шелковистым и струящимся в его руках.
— Это приемлемо? — неуверенно спросил Рандидли. Женщина улыбнулась и принесла ему кисть.
— Теперь отнеси его к столу и напиши свое имя.
Они разложили изумрудный темляк на столе, и Рендидли с шоком посмотрел на кисть в своей руке. Это было !
Как и в случае с (Гравировальной Иглой), он почувствовал, как дрожит его мана, когда он держал ее, словно они готовы были стечь по кисти и в темляк. Чернил не было, но Рендидли знал, что если он приложит кисть к темляку
Более того, он чувствовал, как ВСЕ дрожит. Казалось, его здоровье готово выскользнуть из него и на ткань, и его выносливость тоже. Даже тонкая нить Эфира, казалось, текла вниз к его пальцам.
Несколько потерявшись в этом ощущении, Рендидли опустил кисть на ткань и плавно написал Рендидли . После нескольких недель, хотя он и не был мастером, он, по крайней мере, довольно хорошо знал, как собирать энергию, когда буквы изгибаются, и быть плавным и легким, когда есть прямые линии.
Но, закончив с Рендидли , он понял, что, поскольку он использовал все, у него осталось гораздо больше запасов; он едва использовал ? чего-либо. Поэтому на этот раз, медленно выводя слова Призрачный Гончий на темляке, он не торопился, тщательно наполняя каждый штрих энергией. Позволяя здоровью, мане, выносливости и намеку на Эфир собираться, словно океан под каждой буквой. Позволяя течениям строиться и расти в глубинах его письма.
Внезапно Рендидли моргнул, глядя на слова. Он закончил. Его руки дрожали, и темнота в уголках его зрения, казалось, указывала на то, что его здоровье было очень низким. Кроме того, его тело чувствовало себя грубым и дерганым, словно по нему прошел электрический ток.
Но перед ним слово Рендидли было написано просто, письмо было пригодным для использования и золотым на изумрудном фоне.
Но Призрачный Гончий .
Призрачный Гончий был больше и заковыристей, заполняя всю среднюю часть темляка изящными и внушительными буквами. Это ощущалось как вызов миру, гордое заявление о собственной ценности.
Шаль издал отвратительный звук.
— Показушно.
Женщина просто рассмеялась.
Они ушли с темляком и соответствующей полоской ткани того же изумрудного цвета, которую, вернувшись на свою лодку, повесили на мачту. Когда они это сделали, все в окружающих лодках замерли, а затем тихо посмотрели на изумрудную ткань. Она, конечно, сильно выделялась среди оранжевых, красных и желтых, но были и голубые, и светло-зеленые флаги, по крайней мере, некоторые из них, так почему же зеленый был таким важным ?
Даже молчаливый старик, который никак не отреагировал на их прибытие, сдвинулся и на долгую секунду посмотрел на изумрудный вымпел. Затем его взгляд скользнул к Рандидли.
Посмеиваясь, мужчина сказал:
— Похоже, моя старая лодка в эти дни оживет.
Затем он вернулся к своим размышлениям с легкой улыбкой на лице.
Рендидли несколько раз спрашивал о значении цветов, но Шаль просто игнорировал его, заявив, что они поговорят утром, и ушел, оставив Рендидли в его собственной комнате и его собственных мыслях.