Страница 3 из 14
Глава 3
Страх перед грозным мужчиной, чьё выражение лица мрачнее самой чёрной тучи, сменяется горькой обидой. Не знаю, почему я помню все эти детали до малейших подробностей, ведь эта женщина - не я!
Однако сердце бешено колотится, в ушах стоит оглушительный шум. Хорошо, что я лежу, а то чувствую, будто земля уходит из-под ног!
"Как они могли?" - предательская мысль пульсирует в моей голове, причиняя почти физическую боль. Внутри меня что-то ломается, разбивается на мелкие осколки. Предательство двух самых близких мне людей бьёт сильнее, чем я могу представить!
Подождите!
Мотаю головой, чувствуя себя так, будто схожу с ума.
Каких близких?
Я вообще первый раз вижу этого грубияна!
- Виктория, - ректор обманчиво тихо произносит моё имя, но в нём отчётливо слышна угроза, - когда я спрашиваю, ты тут же отвечаешь и не заставляешь меня ждать.
Стискиваю зубы, отодвигая душевную боль на задний план. Я обязательно выясню, что со мной происходит, но только не сейчас. Надо отделаться от этого пугающего нахала и в одиночестве уже как следует пораскинуть мозгами.
Мысленно считаю до трёх, вскидываю подбородок вверх, смело встречаясь взглядом с удивительными, похожими на два бездонных омута, глазами, и спокойно отвечаю:
- Вы обознались, лорд… - ай, забыла, как его там. Но это сейчас неважно. - В общем, я не ваша жена. Поищите её в другой палате.
Секунда, две… Ничего не происходит.
Мир вокруг будто исчезает.
Остаёмся только мы двоём.
От стального взгляда по коже бегут испуганные мурашки. В странной блузке становится невыносимо жарко, ещё и спина начинает чесаться. Пытаюсь отодвинуться к высокому подголовнику, вдавливаясь лопатками в подушку, но лорд делает шаг вперёд и молча хватает меня за запястье.
- Пустите! - я пытаюсь брыкаться и извиваюсь, стараясь избавиться от цепкой хватки. Сдавливает словно охотничий капкан, впиваясь подушечками пальцев в нежную, белую кожу, там где просвечивают тонкие голубые венки.
С нечеловеческой силой, будто я легчайшая пушинка, он подтягивает меня к себе и дёргает вверх, вынуждая встать перед ним на колени. Хорошо хоть, не на полу, а на кровати.
- Раз отказываешься говорить, значит, будешь слушать меня внимательно, - холодно цедит сквозь сжатые зубы.
В голове бьётся паническая мысль: “Псих! Точно! Ненормальный!”
А с такими лучше не связываться. Потерплю, сделаю вид, будто подчиняюсь, а потом найду главврача и потребую вызвать полицию!
- Сейчас вернётся Байрон, и ты извинишься перед ним за то, что вылетело из твоего рта, - с каждым словом пальцы давят сильнее, и на глазах выступают непрошеные слёзы. Мужчина склоняется надо мной, опасно приближаясь, и я уже чувствую на коже жар его дыхания. Что-то глубоко сокрытое, истинно женское, отзывается на эту близость, растекаясь горячим ручейком по венам.
- Не понимаю, о чём вы, - держусь из последних сил, на морально-волевых. Ещё секунда и я разревусь от боли и обиды, рвущих душу в клочья.
Вспышка и перед глазами мелькает калейдоскоп из хаотично сменяющих друг друга картин.
Мотаю головой, не в силах поверить в предательство тех, кого я так любила!
Мой Эйвар, я его боготворила и хотела стать для него лучшей женой на свете! Спутница штормового дракона должна быть тихой, услужливой и незаметной.
“Удобной”, - со странной ухмылкой поправляла меня кузина, когда я делилась с ней счастливыми моментами нашей недолгой семейной идиллии.
И Элизабет. Лиззи. Та, что смешливо закатывала глаза и фыркала, когда я взахлёб рассказывала о том, что Оракул выбрал меня в пару одному из влиятельнейших драконов королевства.
Сильному, мужественному, красивому!
О нём мечтали все незамужние девушки, а я стала его…
Единственной?
Какая ирония.
Мне бы скрыться, исчезнуть, раствориться в воздухе и забыть о том, что видела.
Но с губ слетает тихий всхлип, и чуткий драконий слух улавливает неожиданного свидетеля. Эйвар решительно снимает руки Лиззи со своих плеч и разворачивается лицом ко мне.
- Что ты здесь забыла?
Медленно отступаю. Дракон страшен в гневе, а я его разозлила. Он неумолимо движется ко мне, и краем глаза замечаю, как Лиззи цокает языком в излюбленной манере, сложив руки на груди.
Это просто невыносимо!
Разворачиваюсь и бегу прочь под яростный окрик:
- Остановись или пожалеешь!
И, как всегда, он оказывается прав.
Вместо того чтобы слушаться и повиноваться, я лишь ускоряю бег, подгоняемая ярким видением ядовитого поцелуя перед глазами. За спиной приближаются тяжёлые шаги, и я уже почти у лестницы, как чувствую сильнейший толчок в спину, и лечу вниз.
Тело пронзает острая боль. Скатываюсь по длинной лестнице, кажущейся бесконечной. Бьюсь головой, царапаю руки, ломаю ногти, пытаясь уцепиться хоть за что-то, что сможет прекратить эту муку.
Последнее, что я вижу - лица целителя и мужа, едва заметные сквозь красную пелену. Все чувства и ощущения медленно угасают, одно за другим, растворяясь в глухой, чёрной вечности.
Слышу обрывок фразы Байрона Бэлтона - декана факультета целителей:
- Леди, ну как можно быть такой неловкой?
И делаю то, на что никогда бы не осмелилась:
- Эйвар… столкнул… меня…
Тело прошивает молнией. За одно мгновение все разрозненные кусочки складываются в мозаику, и я понимаю, что случилось.
Каким-то образом, я попала в тело той самой Виктории и видела её последние воспоминания.
Может быть, это потому, что мы обе упали с лестницы? Возможно ли такое, что два человека в параллельных мирах, сделавшие одну и ту же вещь в один момент, способны поменяться телами?
И что мне делать с Эйваром?
Времени на раздумья нет. Мне нужна передышка, а то вон сдавленная рука уже из красной превращается в синюю.
Делаю невозможное для той меня, что осталась в земном мире. Опускаю глаза, мысленно ругая гада на все лады, и тихим голосом отвечаю:
- Простите, мой лорд, я…
Осекаюсь.
Неловкая пауза.
Надо тщательно подбирать слова, чтобы он не заподозрил чего-то странного.
Фух, рискнём.
- Я… я ошиблась. Как мне загладить свою вину?