Иллюзия счастья

- Меня не было несколько дней, - продолжил я. - Но по тому, что видел, могу сказать только одно. Ты впечатляешь. Правда, выглядишь не очень. Все в порядке?

- Лучше некуда. Только...

- Что?

- Ничего. Расхотелось говорить. Если нечего больше сказать, я пойду.

- Поможешь нам? Я собираюсь раскрыть настоящую личность Карла. И мне очень нужна твоя помощь. Я дойду до конца, чего бы мне это не стоило. Но я был бы рад, если бы ты согласился.

- Ну ну. Впечатляет, Кэмерон. Я то думал уже сваливать планируешь. Вот только мне нет дела ни до него, ни до этой больницы. Какое-то скучное у тебя предложение. Придумаешь что-то получше может и передумаю. А еще... тащить сюда копа не очень хорошее решение. Я ведь, прав... Джеймс?

Откуда он...

- Чего так перепугались оба? Не раскрою я ваш секрет, не переживайте. Я пошел.

Даже Карл ни о чем не догадался, так откуда он все знает? Он всегда говорит, что ему плевать на других, а в итоге именно он знает про всех и про все.

- Эй, Эден, это он щас намекнул, что знает о том, что Ханна моя сестра? - обеспокоенно спросил Джеймс.

Я еле уговорил его согласиться. Надеюсь это не станет проблемой. Уверен, Николас никому ничего не скажет. Но запугивать словами... это он умеет лучше всех. Я не собираюсь из-за его слов сдавать назад. Наоборот, теперь я настроен еще решительнее.

- Об этом не думай. Николас для нас не помеха. Расскажи лучше все, что знаешь. Ты как-то сказал, что отец отправил его сюда специально. С тех пор у меня эти слова не выходят из головы.

- Не думал, что ты так серьезно отнесешься к моим словам. Это правда. Я слышал, что он еще с детства по разным клиникам ходил. Почему и каким он был тогда не знаю. Но, когда его в первый раз привезли сюда - это была полная катастрофа. Он был полностью неуправляем, впрочем как и сейчас. Но тогда намного хуже. Сначала я думал, что он по жизни такой псих. Но произошло кое-что, из-за чего я решился доложить на Карла. Так мы с Ханной и сработались.

- И что это?

- В один день он спокойно спал в своей палате. Никого не трогал, ни на кого не срывался. Он просто лежал на кровати и смотрел в окно. Позже я заметил, как к нему вошел Карл. А спустя пару минут Николас начал кричать. Я быстро побежал туда и увидел, как он душит Карла. Он будто обезумел. Потом мед братья освободили Карла и начали что-то вкалывать в руку Николаса. Я итак был шокирован произошедшим, так еще и Карл в сторонке начал улыбаться. Этого заметил лишь я. И препарат, который они ввели ему был другим, незнакомым. Мне показалось это странным и я проследил за тем, куда они выкинут пустую ампулу, а после забрал ее.

- И что это за препарат был? Ты же ведь проверил?

- Конечно. Это были наркотики. Они специально вкалывали ему их, после чего он начинал сходить с ума. А потом снимали все это на камеру и выставляли его психом. А его отца святым, потому что тот все еще любит сына и всеми способами пытается ему помочь.

- Кошмар. Это... это ужасно!

- Да. Ужасно. Каким бы ни был Николас, как бы сильно не раздражал других мне его всегда было жаль. В то время, как другие боялись и бесились от его выходок мне это нравилось. За последнее время он научился быть осторожным. Больше никто не смеет даже подойти к нему, не говоря уже о том, чтобы вколоть что-то. Знаешь, Эден... а ведь я не отличаюсь от них. Только, чтобы не навредить своей семье я отказался помочь беззащитному парню, которого погубили. И я еще смею называть себя врачом. Смешно, не правда ли? Ты ведь тоже считал меня таким же. Трусом и подонком.

- Не буду лгать. Я презирал тебя. Но сейчас то ты не такой. Спасибо, что рассказал обо всем. Я не надеялся на то, что он быстро согласится. А сейчас и подавно. Он никому не доверяет. И его можно понять. Мне его искренне жаль и я бы не смог сдержать свой гнев от этой правды, если бы не Элис, рядом с которой он спокоен и счастлив. У него наконец есть человек, о котором он сможет подумать, если ему будет больно. Это действительно радует. Очень.

Конечно я знал, что что-то да сделало его таким. Но это... я даже не знаю, что сказать. У меня в мыслях не укладывается, как другие мед работники решились на такое. Что мог чувствовать человек, чей отец и главврач смеялись над его беззащитностью и болью и выставляли все на всеобщее обозрение? Через что ему только не пришлось пройти. Мне даже страшно представить, как он выжил в таких условиях.

Элис

Опять больница. Но сегодня, глядя на нее, во мне не вспыхнули те привычные чувства, что охватывали меня всякий раз.

Перед тем, как выйти из машины я инстинктивно потянулась за наушниками, ставшими неотъемлемой частью моей жизни. Какое-то странное чувство, когда держу их, будто они были со мной с самых первых дней. Обычные наушники, но я оберегаю их, как самую ценную и хрупкую реликвию. А, может, дело вовсе не в них, а в человеке, что подарил их мне?

Как только мы вернулись, мужчина в черном костюме увел Николаса куда-то. Сказать честно, в этот миг что-то дрогнуло в глубине сердца. Я продолжала смотреть ему вслед, пока он не скрылся. Неужели он мне, действительно, нравится? А как же мои мечты жить одной, никого не видеть? Почему сейчас я не чувствую того же? Почему всегда жду встречи с ним?

Я попыталась укрыться в своей палате, чтобы не видеть его. Однако за все время, пока не наступила ночь я не переставала думать о нем. Похоже, я попала.

На улице начался дождь. Я мгновенно потянулась к окну, чтобы впустить внутрь свежий воздух. Холодные капли дождя начали стекать по руке, которую я вытянула. И почему такие простые вещи так радуют меня?

Внезапно мой взгляд зацепил он. Из-за дождя все поспешили внутрь, но он продолжал стоять на месте и смотреть куда-то в даль. Не осознавая этого, я продолжала наблюдать за ним ровно до того момента, пока он не обернулся и не встретился с моими глазами. И вот тут то мое сердце забилось, как сумасшедшее. Я должна отвернуться, закрыть окно или просто уйти. Однако я не в силах сделать ничего из этого. Я чувствую, как горит мое лицо, но несмотря на это не могу отвести взгляд.

Я не сразу реагирую, когда фонари снаружи по одной начинают угасать. В больнице свет горит, но на улице становится практически темно. Когда я вновь посмотрела в его сторону, там уже было темно. А ведь он боится темноты.