Иллюзия счастья

- Сегодня было выяснено, что преступник, лежащий в коме умер.

Внезапно по всему телу пробежала дрожь. Я не могла двигаться или сказать что-либо, но продолжала слушать.

- Одна из жертв несколько раз стреляла ему в ноги и в руки, когда его поймали. Это преступник, который пользовался детьми в своих гнустных целях. В течение нескольких месяцев он лежал в коме, а сегодня утром скончался.

Нет... Нет. Этого не может быть. Он не может так умереть.

- ОН НЕ МОЖЕТ ТАК ПРОСТО УМЕРЕТЬ!!! - вырвалось у меня. - Как он может умереть, когда я все еще страдаю?! Он не может умереть!! ОН ДОЛЖЕН, СТРАДАТЬ, КАК И Я!! ОН ДОЛЖЕН ЖИТЬ В БЕСКОНЕЧНЫХ МУКАХ!!! ОН НЕ МОЖЕТ УМЕРЕТЬ!!! ОН НЕ МОЖЕТ!! НЕ МОЖЕТ!! НЕ МОЖЕТ!!!

Я заставила себя взглянуть на экран телевизора, где показывалось, как его вывозят из реанимации. Эта мразь... эта чертова сволочь мертва. В моих ушах все еще слышится его голос. Я столько лет мучаюсь из-за него. А он так просто... подох. Я лишилась жизни уже давно, но почему только ему стало легче? Это несправедливо. Он должен был мучиться до конца жизни, а не я. Он, а не я!

- Он... а не я.

Эден

- Знаешь, Эден, многие дети болеют по вине родителей, - заявляет учитель после недолгого молчания.

- Вы это к чему? - спрашиваю я, толкая коляску на улицу.

Поговорив с Николасом, я приехал в больницу. Как и ожидалось, учитель сидел на кровати, решая крассворд. Я решил немного вывести его на прогулку, поскольку сам он это редко делает. Сейчас его состояние ухудшилось, что беспокоит меня.

- Если честно, я тоже чуть не стал психом, когда был молодым, - продолжил он, откашлявшись. - Мои родители ожидали от меня больших успехов, но у меня не было желания заниматься тем, что нравится им. Я смог выбраться из их лап и пойти своим путем.

- Вы никогда не рассказывали.

- Я и не хотел вспоминать. Тот преступник виноват на 50% в ее нынешнем состоянии, а остальные 50% ее семья.

- Вы случайно... не о моей пациентке? Если так, забудьте. Я не могу обсуждать их состояние даже если вы мне близки.

- Я и не прошу об этом. Просто мне стало ее жаль. О ней говорили медсестры, вот я и разузнал немного. Тяжелая жизнь выпала этой бедняжке. Давление и властвование со стороны самых близких тебе людей - самая жестокая вещь в мире. Готов поспорить, она больше думает о боли, которую ей причинили они, нежели он.

- Так и есть. Но говорить о ней я не стану. Она все же моя ценная пациентка.

- Будь осторожен, Эден. И будь внимателен. Не стоит приходить ко мне. Лучше удели это время пациентам. Я же и так скоро умру.

- Вам бы сразу о смерти вспомнить. Не умрете вы, пока моих детей не увидите, - рассмеялся я.

- Вот хитрец. Моим же оружием нападаешь, - улыбнулся он в ответ. - И все же следи за ней. У нее нелегкая жизнь. Кто знает, о чем она задумается?!

- Не переживайте об этом. Она не из тех, кто легко откажется от жизни.

- Ты так уверен?

- Конечно. Она разбита, но ей никогда не придут такие мысли в голову.

- Не будь слишком уверен в своих суждениях, Эден. Никогда не знаешь, что подкинет тебе жизнь. Тебе еще учиться и учиться. Мне что-то холодно стало. Можешь отвезти обратно?

- Конечно.

Вернувшись в палату, я помог ему лечь в кровать. Его кашель стала сильнее. Он даже начал харкать кровью. Это в какой-то степени пугает. Я врач и знаю, что случится и когда. Но в такие моменты я мечтаю оказаться кем-то другим.

- Что стоишь? Возвращаться не собираешься? - спрашивает он, снова взявшись за кроссворд, надевая очки.

- Хочу еще немного остаться с вами, учитель.

- И зачем тебе находиться в компании такого старика? Иди уже. Пациенты ждут. Приедешь завтра. И кстати фруктов тоже захвати, особенно апельсинов. Те, что ты принес в прошлый раз были очень вкусными.

- Принесу, конечно. И апельсинов, и бананов, и ваших любимых яблок принесу. Отдыхайте. Завтра я заеду.

- Хорошо. Будь осторожен по дороге. И кстати, Эден...

- Да.

- Я оставил тебе один подарок. Заберешь его завтра.

- Подарок? Что за подарок? И почему именно завтра?

- Ой, да иди ты уже! Столько вопросов задал. Сюрприз это, сюрприз. Завтра заберешь.

- Ладно. Увидимся завтра.

Из больницы я сразу поехал туда, где раньше Николас жил с матерью. Дорога туда заняла чуть больше 2 часов. Остановившись на свободном месте, я вышел из машины и направился вперед, разглядывая адрес каждого дома. Нужный дом я нашел сразу. Это двухэтажный дом. С виду и не скажешь, что заброшенный. Ворота как новые, да и окна целые. Обычно в домах, которые долгое время пустуют дети бегают, разбивают окна, двери. Но не здесь.

- Вы кого-то ищите?

Внезапный голос старушки отвлек меня от мыслей. Я повернулся к ней и поздоровался.

- Давненько я не видела здесь кого-то, - произносит она, всматриваясь на дом.

- И как давно?

- Почти месяц. Обычно сюда приходил молодой парень, следил за порядком, потом уходил.

Значит, это Николас. А говорил, не живет в прошлом.

- А вы давно здесь живете? - спрашиваю я.

- Конечно. Все свои 50 лет.

- Тогда может вы знали женщину с ребенком, живших здесь?

- Вы про Эмили? Конечно, знала, - при упоминании ее, на лице старушки появилась легкая улыбка. - Она была той еще красавицей. Но, к сожалению, рано умерла. А мальчика забрал отец. Если его можно так назвать.

- Почему? Он обращался с ним плохо?

- Подробностей я не знаю. Но после смерти Эмили, его сразу забрал отец, будто ждал этого дня. Похороны мы провели сами, потому что за бедняжку никто не поручился. Отец даже не привел сына на похороны матери, не говоря уже о том, чтобы прийти самому. Я все время беспокоилась за этого маленького мальчика после того инцидента.

- А что случилось?

- Через неделю после похорон, я увидела как мальчик в потрепанных вещах с царапинами на руках и взъерошенными волосами бежит к этому дому. Я не сразу его узнала только, когда он начал звать маму и стучать в ворота. Он плакал, кричал и не переставал звать Эмили. Когда я направлялась к нему, подъехала машина и оттуда вышли мужчины в черных костюмах. Николас схватил большой камень и бросил в лицо одному из них, потом схватился за другой. Я никогда не видела его таким жестоким как в тот день. Его взгляд стал жутким. Он не раздумывая бросался камнями им в лицо. Они с матерью всегда жили счастливо. Николас по пятам ходил за матерью, куда бы она не пошла. Он был тем еще озорным ребенком, всегда улыбался, шутил и играл на улице, но никак не тем, кого я увидела в тот день.