Страница 60 из 73
— Ткапитанакие решения принимаются не за один день. Нужно время для консультаций…
— У тебя три часа! — рявкнул Аззам. — Потом первый заложник умрет!
Переговоры продолжались мучительно долго. Дубинин старался затянуть время, выторговать дополнительные часы, узнать о состоянии заложников. Но Аззам был неумолим и агрессивен. Несколько раз посол думал, что его сейчас убьют.
Наконец, через полчаса Юрий Владимирович вышел из здания гостиницы — и вышел не с пустыми руками. Переговоры с Аззамом у него были тяжелые, и пару раз Дубинин уже прощался с жизнью. Но он добился главного — ему удалось затянуть время.
Если в начале, буквально с порога, Аззам потребовал, чтобы через час его людям предоставили заправленный самолет и воздушный коридор до Пакистана, причем в безопасное для себя место террористы собирались лететь с частью заложников, которых обещали отпустить только по достижении пункта назначения, то сейчас их требования были другие, и Аззам вместе со своими людьми был готов ждать.
При этом о какой-то большой политике речь уже не шла. Террористы опустили требования о выводе советских войск из Афганистана и хотели только денег — правда, сумма выросла — и формальных извинений вместе с освобождением пленных моджахедов.
Почему позиция Аззама изменилась, Дубинин не знал. Но для него было странным то, что во время переговоров моджахеды не показали ни одного советского гражданина. Они вроде бы как держали в заложниках всю футбольную сборную, и было бы логичным продемонстрировать нескольких игроков. Но этого не произошло.
Впрочем, спустя еще десять минут все стало ясным. С чердака гостиницы за оцепление прилетел камень, к которому была привязана записка, причем на русском языке.
Записку эту подобрал Слава Сергеев, который уже сделала очень и очень многое.
Именно слова Сергеева, сказанные во время телефонного разговора с девушкой, помогли советскому руководству отреагировать максимально быстро. И если сопоставить время, то получается, что именно благодаря Сергееву КГБ, да и в принципе советское руководство, получило информацию о захвате заложников чуть ли не раньше, чем официальные испанские власти. Так что если все закончится благополучно, то только за это молодого футболиста могли представить к государственной награде.
— Что там у тебя, Слав? — сказал Юрий Владимирович.
— Вот, посмотрите, записка.
Развернув бумагу, Дубинин прочитал: «Мы забаррикадировались на чердаке отеля. Вся команда и десять человек персонала гостиницы. Пять человек погибло. Еще десять ранены. У нас два инфаркта — это Мышалов и Иванов. Много огнестрельных ранений, черепно-мозговые травмы. Мы вооружены. Держим оборону. Капитан Костенко, Комитет госбезопасности».
— Так вот почему эти ублюдки не показывают футболистов! — воскликнул Дубинин. — Молодец этот Костенко, сумел организовать людей. Это дает нам шансы.
Заместитель министра внутренних дел, сеньор Ваньес, облегченно выдохнул. Он, как и все остальные, понял, что возможно больших жертв удастся избежать.
А еще через полчаса на соседнюю с гостиницей улицу прибыло сразу два автобуса с советским спецназом под командованием подполковника Филатова. И услышав то, что заложники находятся на чердаке, тот довел эту информацию до своих людей.
Подготовка к операции началась.