Черная Вдова

А теперь самое интересное. Меня не вернули на территорию Афганистана, в свою часть. Вещи вернули, привезли, это было. Причём всё. А восстановив документы, отправили служить в Белоруссию, в Тридцать Восьмую отдельную гвардейскую десантно-штурмовую бригаду. Та в Бресте размещалась. Что по документам, то свои я не возвращал. Типа, откуда они у меня? Пропали с пленением. Только комсомольский билет сохранил, потому что якобы в вещах был. Порылся и предъявил. А документы сделали. Да ещё вдруг одну полоску на погон дали, сержантом стал. Так что своим ходом, без сопровождения, на поездах, в Белоруссию. Через Москву. Сделал закупки за тот день, что там пробыл, колбаса и мороженное, и на Минск. Там был принят, обо мне в курсе, оформлен, и потянулась служба. Принял я отделение бойцов в разведроте бригады. Боевой опыт имею, две награды, вот и определили в разведчики. Так что пошла служба. И прыжки были, теперь голубой берет точно по праву ношу. Тридцать прыжков. Я прямо сказал, прыжков не имею, с новичками совершал. А чуть позже, в декабре меня нагнала награда. А это за спасение наше, когда вертолёт был сбит. Второй орден «Красной Звезды», награждал генерал из штаба округа. В принципе всё, тут территориях Союза, увольнительные в город дают, а я получал, просто договорился с ротным старшиной, он и пробивал. Так что служба не шла, а летела. Девчата под боком, часто с ними время проводил. Хорошо их четыре, Монику бы совсем заездил. Я не сексуальный маньяк, чтобы на любую юбку кидаться, просто молодой парень. Хорошо, когда они есть под боком, и плохо, когда нет. Под таким девизом и живу. Как бы то ни было, но наступила осень восемьдесят четвёртого. Никаких происшествий, просто служба и всё. Так что с первым же приказом, я и был отправлен на дембель. Кстати, на тот момент уже старшим сержантом был, заместителем командира разведвзвода.

Вот так на поезде на Москву. Да я почти всё время спал, у нас тут ученья шли последние две недели, даже десантирование с боевой техникой с самолётов, вымотался изрядно, из болот не вылезали, вот и отдыхал. Так что сам путь до Москвы я не запомнил. Да и что там, утром сел, поезд не скоростной, утром следующего дня прибыли в Москву. Сутки всего. Вот так покинув вагон одним из последних, я осмотрелся, глубоко вздохнув воздух свободы, и направился к выходу с вокзала, когда меня остановил окрик:

— Товарищ сержант, не торопитесь.

Осмотревшись, понял, что обращаются ко мне, и остановился, с интересом обернувшись к военному патрулю, что ко мне подходил. Вот капитан, что тут за старшего был, козырнул, и представившись, попросил:

— Ваши документы.

Пока тот изучал их, то всё поглядывал на меня. Два бойца рядом откровенно скучали, разглядывая больше девушек.

— Так вы из белорусского военного округа? Откуда награды?

— Афганистан.

— Значит, были? А то смотрю, характерного загара нет, мы вашего брата так с ходу опознаём. И награды открыто носите, хотя на их ношение запрет поставлен.

— Я ничего не подписывал, награды носить никто не запрещал. Да и с какой радости? Я их не для того зарабатывал чтобы прятать.

— Ясно, — возвращая мне документы, кивнул капитан. — Можете идти.

Так что козырнув друг другу, мы разошлись, я всё же покинул здание вокзала. Дальше свистнув «волгу», и на такси доехал с ветерком до дома, где у Виталия квартира была. Адрес знаю. Примерный район, а вот где именно, нет. Впрочем, водитель сориентировался и даже до нужного подъезда довёз. А дом-то девятиэтажный, с лифтом, два подъезда. А квартира третья, первый этаж, значит первый подъезд, около неё и остановился. Отдав пятёрку, забрав вещмешок и вышел, весь такой нарядный, с голубым беретом, при орденах, чем сразил сидевшую на скамейке старушку, в самое сердце.

— Красавец, — выдохнула та, под шум уезжавшего такси.

— Ну так, — сразу расправил я плечи. — Могём.

— А ты значит, Виталечка только вернулся?

— Точно, только вернулся. Извините, я вас не помню, ранение в голову получил. Часть вот воспоминаний потерял. Так что, если что, не ругайте.

— В бою пораненный? — ахнула та.

— Получилось так, — развёл я.

Мы немного пообщались, я рядом на скамейку сел, узнал все свежий новости, с квартирой моей всё в порядке, чужаки не живут, так что поблагодарив ту, уже познакомились, и прошёл в подъезд. Что меня порадовало, так это то, что это не панельная пятиэтажка. В этом проекте квартиры имели довольно большие кухни. А не четыре квадрата, на которых сложно ютиться. На этаже было четыре двери, моя вторая справа или третья, если слева считать. Ключ подошёл, тут два замка, открыл оба, и прошёл внутрь. Пощёлкал выключателем, но глухо. Ничего, найдя счётчик, щёлкнул предохранителями и свет загорелся. Дальше включил воду в ванной комнате, вентиль открутил, зашумело в бачке унитаза. Наполнялся. И осмотрев пыльную квартиру, в которой не было два года никого, пыль в сантиметр, усмехнулся. Из мебели и было на кухне стол с двумя табуретками. Старый буфет к которой жалась варочная плита. Раковина к стене крепилась. А кухня большая, как я и думал, восемь квадратов. С кухни был выход на балкон. Да, был и балкон, не застеклённый. С мусором на нём. В спальне стул один со спинкой, от хорошего гарнитура и тахта продавленная. И всё. На полу лежат вещи, и в принципе больше и смотреть не на что. В прихожей пусто, даже вешалки нет. В санузле, а он совмещённый, ванная стояла, толчок, с высоким бачком, раковина и зеркало. Полки не хватает у раковины, можно шкафчик. А так хоть тут порядок. Похоже Виталий банально не успел квартиру оснастить, и ушел в армию. Видимо позже решил закончить. Я же тут довольно долго буду проживать, так что оснастим. Пока же скинув с себя всё, остался в трусах, дальше достав из своих запасов ведро и тряпку и два часа убил на то, чтобы убрать пыль, всё отмыть. На кухне поставил холодильник, что купил в США, чистый, подключил, сеть подходила, я про напряжение. Тут переключатель был. Полки продуктами заставил, мясо и мороженное в морозильник. В комнату стереоблок на ножках, радио и проигрыватель. Хоть что-то. После этого, снова одевшись, прогулялся до военкомата. Где он, подсказали прохожие. И вот, к обеду я окончательно стал свободен, отбившись от покупателей из милиции, получив паспорт. Вывели в запас.

Что дальше. Посетил управдома, сообщив, что жилец вернулся, тот ещё полюбовался на меня в форме и с наградами. Погоны я уже снял, не имею права носить, в запасе. Так что принял к сведенью, сообщит в нужные службы, чтобы кавитации приходили. От него же узнал, как Виталий получить квартиру смог. А он устроился на завод рабочим, и до призыва поработал, почти год, надо будет трудовую поискать, а так как тот ещё и детдомовский, попал под квоты, вот ему и дали. От завода, не от детдома. А я-то думал. Ну а дальше достал Монику, та изучила квартиру, долго в ванной пробыла, потом снова погуляла и ногой толкнула тахту, та от этого движения заскрипела. Как на ней спать я не понимал. А так мы собрались, и Моника, придерживая большой живот, семь месяцев, между прочим, направились гулять. А почему нет? То, что мы в Москве та уже знала, была в красном свободном платье до колен, и белых кедах, пока та не в том положении чтобы ходить в туфлях. Да ладно это, у меня Ким в залёте, четвёртый месяц врач определил, пока живот ещё плоский, чуть-чуть начал выпирать. А также мои француженки порадовали. Да как-то сам не ожидал. У этих тоже задержка, и тут врач подтвердил залёт. Ну а так как они не так и много времени проводили в хранилищах, а я три квартиры снял в городе, продав часть трофеи через снабженцев, деньги имею, и вот устроив, навещал. Так что мои, сто процентов, по сроку только от меня могли залететь. Да и проверю, когда в Содружестве побываем. А пока просто гуляли. Будем обустраиваться, чуть позже и других девчат достану, те друг о друге знали, даже сдружиться успели на общей почве того, что состоят в одном гареме. Вот так я и водил Монику по Москве. А точнее мы на такси доехали до парка Горького и гуляли там. Под ручку, как влюблённые. Да так, что на нас оборачивались, на молодого дембеля с наградами и очень красивую девушку.