Страница 14 из 31
— «Почему все мои мысли занимает этот странный человек? Возможно, я не ошибаюсь думая, что под маской самодовольства и надменности скрывается нечто иное? Совсем нежное и доброе, то, что хотелось бы чувствовать всегда и то, чего мне не хватает…» — В голове у девушки крутилось много рассуждений по этому поводу. Она анализировала этого человека, а внутри что-то трепетало. Казалось, это то самое чувство, ради которого многие отдали бы жизнь… Но почему оно настигло её именно сейчас? Чувство влюблённости самое страшное, что может случиться с человеком. В эту пору, он полностью повинуется зову сердца не желая замечать по истине опасных вещей…
— Как проходит ваш вечер мадмуазель? – послышался за спиной девушки добрый мужской голос.
Повернувшись к источнику звука, Катрина разглядела обладателя. Это был мужчина средних лет, одетый в синий плотно запахнутый камзол. Его чёрные, как смоль волосы падали на плечи, а первые морщинки, опустившие взгляд, делали его добрым на вид.
— Ох, простите меня мсье. – ответила белокурая, сделав скромный книксен. — Я совсем замечталась, и не заметила, как вы подошли. Вечер проходит замечательно.
— Не стоит переживать за это миледи. — Не думайте, что сочту это за дерзость. Всё же и с моей стороны подойти к девушке со спины моветон. — проговорил старик, по-доброму глядя на смущённую Катрин. — Простите, не представился, моё имя – Магнус Де Ли.
— Очень приятно, — ответила белокурая, лучезарно улыбаясь собеседнику. – А моё имя Катрин де Сан.
— Вот и познакомились, — с лёгким смехом произнёс Магнус и ещё раз взглянув на девушку отческим взглядом.
— Не желаете немного прогуляться? – У нас здесь очень красивые места.
— Ох, я даже не знаю. — чуть растерявшись произнесла девушка, повернув голову в сторону стоящей тётушки. Когда от Жаннет последовал многозначительный кивок, Катрин произнесла:
— Думаю, что отказ вы не примите? – с лёгким смешком произнесла блондинка, вытягивая руку вперёд.
— Именно миледи, он бы ранил меня в самое сердце. – со смешком произнёс старик, и заключив предплечье девушки в своё, повёл на выход.
Все, кто в то время находились в зале, даже не обратили внимания на ухаживания хозяина замка за молодой девицей. Все кроме Сесилиона, который спрятался от навязчивой Лили в толпе. Он стоял в центре зала с силой сжимая бокал. Вокруг него вальсировали пары, тем самым заключив мужчину в круг. Его глаза прожигающе смотрели на удаляющиеся спины Магнуса и Катрин, а душа выворачивалась на изнанку. На языке крутилось множество проклятий, которые невербально летели в спины уходящих, пальцы всё сильнее сжимали хрусталь пока тот плачущими осколками не упал на пол, а вино мелкими каплями стекало по красивому камзолу падая на холодный пол.
Одна из перчаток была пронизана стеклом, но боли как таковой не было. Злость молодого вампира была неукротима. Одно неловкое действие со стороны гостей и «светлый» вечер превратиться в кровавую бойню, но почему-то внутренний голос предательски говорил ему держать себя в руках.
— «Наслаждайся Магнус, вампирская судьба так же непредсказуема, как и людская.» — пролетела мысль в красноволосой голове.
— Всё хорошо Сесилион? – поинтересовался голос, образовавшийся за спиной мужчины. – Выглядишь неважно. — произнёс другой, с ног до головы оглядывая вампира, подмечая последствия приступа гнева. – Они уже ушли, хватит стоять посреди зала.
— Климор… — протянул Сесилион медленно поворачиваясь. – Сколько лет, сколько зим? Как Жоззи? – шаблонно поинтересовался Сесилион озираясь по сторонам.
— С Жоззи всё хорошо, вчера впервые назвала меня отцом. – поделился Климор с улыбкой пригубив напиток.
— Я очень рад… Прошу простить меня Климор, должен прервать беседу, нужно переодеться. — произнёс красноволосый, поспешив к винтовой лестнице, оставляя несостоявшегося собеседника наедине с собой.
Обманутый.
Ловкие руки Сесилиона быстро перебирали бумаги. Среди них было много всякого мусора. Глаза вампира быстро прочитывали каждую бумажку, в надежде, что они увидят нечто важное. Но, к сожалению, на столе и в шкафах ничего не было. Вернув всё на свои места и аккуратно сложив, мужчина сел за дубовый стол, опершись на руки.
Он устало протёр глаза и издав разъярённый рык, схватил чернильницу направляя в неизвестность. Услышав звон бьющегося стекла Сесилион, посмотрел на то место, где словно слизь растекались чернила.
Чуть прищурив очи, мужчина встал с места и двинулся к испорченной картине. На ней было изображение Катрин; лицо девушки было искажено и обезображено подтёками.
— Не смотри так на меня девчонка. – прорычал Сесилион кулаком пробив холст. Его рука разорвала полотно и почувствовав полое пространство, нащупала что-то плотное. Это была своеобразная папка, в которой Магнус возможно хранил все важные документы.
С нескрываемым интересом Сесилион вытянул их через проделанное отверстие и с дьявольским блеском в глазах пробежался по строкам.
— «Помирать собрался друг?» — словно змея прошипел вампир и мысленно зачитал текст:
«Все принадлежащее мне имущество, которое к моменту моей смерти будет находится в моей собственности, я завещаю Катрин де Сан, если доживу до нашего бракосочетания, то прошу передать всё в собственность Катрин де Ли, а в случае её смерти до открытия наследства или одновременно со мной, либо после открытия наследства, если не успеет его принять, либо если она не примет наследство по другим причинам или откажется от него, либо не будет иметь права наследовать или будет отстранена от наследования как недостойный, — передать Лили де Ли.
Заверено:
Климор де Фишер.
12.04.1720 г.»
С каждой строчкой, узкие глаза вампира расширялись. В голове не укладывалась мысль о предательстве Магнуса. В груди что-то зажгло, заставив молодого человека пошатнуться с бумагой в руках, дыханье спёрло. Искреннее непонимание этого поступка подтолкнуло Сесилиона на странные мысли, от которых он тут же отмахнулся.
— «Больше никогда не будет как прежде Магнус.» — тихо, молвил Сесилион аккуратно складывая копию завещания во внутренний карман камзола. — «На документе стоит сегодняшняя дата, когда же ты успел старик? Лили… С каких пор грязная девчонка, которая явилась из ниоткуда смеет претендовать на многовековые сокровища?!» — крикнул вампир, ударив кулаком в стену. Каждый быстрый вдох и выдох приводил красноволосого в чувство, контролировать себя было сложно, но было необходимо.
Испорченный портрет Катрин укоризненно смотрел на молодого человека. Из-под чернил проскакивала ухмылка, заставившая Сесилиона стиснуть зубы.
— Ты сделал свой выбор.