Страница 8 из 32
- Как было? Ты сейчас шутишь? Кир тебя сейчас боится до смерти…
- Ничего страшного. Привыкнет. В конце концов, я – отец. Я не должен сюсюкаться с пацаном. Я должен из него мужика воспитать. Меня мой отец вон армейским ремнем порол, и ничего.
- И выросло чудовище, - цежу сквозь зубы. Ненависть топит, накрывает с головой. Ладони снова сжимаются в кулаки, а черти на моих плечах подзуживают, чтобы я снова съездила этому уроду по лицу. Только на этот раз сломала ему нос.
- То есть для тебя ребенок просто средство достижения цели?! – шипит Наташа за моей спиной. Признаться честно, Володя так меня шокировал и выбил из колеи, что я забыла о друзьях.
- Наташа, - предупредительно бормочет Витя. Но подруга уже села на коня.
- То есть, тебе плевать на психику ребенка, ты готов собственного сына сломать об колено в угоду своему бизнесу? Готов применять к нему физическое насилие, я правильно поняла?
- А ты из полиции нравов? Вы вообще кто такие? – брезгливо оглядывает моих друзей. Он с ними незнаком, потому что Володе все эти годы некогда было ходить на посиделки с друзьями. Мой муж делал бабки. Да и как он говорил – ему неинтересно обмывать кости и обсуждать всякую ерунду. Но то правило распространялось только на моих друзей - простых и добрых людей. Людей не его круга. – Я сейчас вызову полицию, - взглядом указывает нам за спины на беспорядок, устроенный им же. – И накатаю на вас заяву, что вы хотели меня обокрасть.
- Мы уже уходим, - твердо заявляет Витя.
- Жень? – Наташа обходит меня и заглядывает в глаза. – Уходим же?
Угрозы Володи небезосновательны. Ради денег и своего первого ребенка – бизнеса он и вправду может превратить нашу с Кирюшкой жизнь в ад.
Вспоминаю глаза сына, полные слез и безграничного страха. И кого! Отца! Человека, который должен быть примером! А папаша готов его бить! Моего маленького и сладкого котенка…
- Жень, только не говори, что…- шепчет Наташа, оглядываясь на Володеньку, что мысленно уже празднует свою победу.
Если я, якобы ради Кирюшки, останусь с этим уродом, он сломает нам жизни. Сделает это с маниакальным удовольствием. Мой ребенок будет жить в постоянном страхе. Замкнется и из веселого любящего малыша превратится в собственную тень. Или, что еще хуже, - копию своего отца.
Я не могу этого допустить!
- Женя! – Наташа встряхивает меня, но я перевожу взгляд на мужа.
- Если остаешься, то приберись и приготовь пожрать. Пожалуйста, - продолжает издеваться Володя.
Обхожу подругу и смотрю четко в глаза предателя.
- Я не останусь, Володя. Я уже говорила, что подаю на развод – я своего решения не изменю. Смирись. Мне достаточно, что ты кувыркался с девкой и поднял на нас с сыном руку. Я такого не прощаю. И сына я тебе не отдам. И да, милый, даже не надейся: я подам на алименты и обязательно заберу половину имущества. То, что принадлежит мне по закону и по праву. Ты можешь сказать, что я ничего не заработала, но ты неправ. Все эти годы я обслуживала тебя. А ты просто зайди на сайт и посмотри, сколько стоят услуги домработницы. Ты обалдеешь.
Разворачиваюсь и, не слушая угрозы и оскорбления в свой адрес, ухожу из квартиры с гордо поднятой головой.
Правда, хватает меня ненадолго.
В машине роняю лицо в ладони и готова разрыдаться. От бессилия, от страха.
- Жень, ты чего? Ты же была такой умницей, так красиво его размазала. Сейчас-то чего?
- Я боюсь, Наташ. Потому что я разозлила Володю. Все, что он мне обещал, он сделает. Потому что в одном он прав: у него власть, деньги, связи. А у меня только работа, на которой еще нужно пройти испытательный срок. И первая зарплата будет только в лучшем случае через три недели…А Кирюшке уже сейчас нечего носить. И совсем скоро станет нечего есть…
Наташа переглядывается с мужем.
- Жень…В общем, мы не знали, как тебе предложить, чтобы не обидеть…В общем, держи. Тут совсем немного, мы только на днях заплатили ипотеку за квартиру сына…
Наташа, стесняясь, торопливо сует мне купюры. Ошарашенно смотрю на подругу, не в силах выразить всю благодарность, что затапливает меня изнутри.
- Спасибо, спасибо, ребят…Вы нам с Кирюшкой жизнь спасли. Буквально.
- Перестань, - отмахивается Витя. - На что еще тогда нужны друзья?
- А насчет кобеля этого не переживай. Сын ему не достанется.
- Хотелось бы надеяться…
- Нет, точно не достанется, - с чувством выпаливает Наташа, и ее губы плывут в коварной улыбке.
- Ты чего опять придумала? – Витя хмурится и мрачнеет. Переживает за жену.
Подруга с хитринкой нас разглядывает, выдерживая паузу.
- Ничего. Просто сняла на видео поведение «образцового папаши». И специально провоцировала его, чтобы он все повторил на камеру. Только и всего. Качество не очень, видео дергается, но рожу его видать и слышно все отлично. Лови, дорогая, в суде тебе пригодится. Ни одна опека не оставит ребенка этому уроду.
Я все-таки не выдерживаю и плачу. От счастья. Благодарю Господа, что он послал мне таких замечательных друзей.
- Спасибо, ребят. Я даже словами не могу выразить, как я вам благодарна.
- Пустяки! – картинно отмахивается подруга. – Чего только не сделаешь ради фирменного платья.
Мы дружно хохочем, и машина трогается, оставляя дом, в котором я когда-то была счастлива, позади.
Ребята подвозят меня до торгового центра, и я покупаю Кирюшке новые теплые вещи. На меня, конечно же не хватает, но я дома нахожу старые мамины платья и костюмы. Они мне великоваты, и я вечером достаю ту самую, подаренную бабушкой машинку, и перешиваю их, совершенствуя и украшая. Получаются новые эксклюзивные наряды. Самое то для Дома Моды.
А уже утром мы с Кирюшкой счастливые и улыбающиеся идем навстречу новой жизни.
Глава 14
Женя
- Мамочка, ты такая красивая! – горящие глаза сына выражают его полный восторг. – Тебе так идет эта юбка и пи…пиж…
- Пиджак.
- Да, пиджак. Он такой розовенький, как пони из мультика, - хихикает Кирюшка, гордо и радостно вышагивая к остановке.
Я тоже прыскаю со смеху. Хорошо, хоть не как свинка.
- Мамочка, спасибо за сапожки и комбинезон. И за футболки. Они такие красивые и теплые! А варежки не мокнут. Смотри!
Сынок вырывает ручку и подбегает к ближайшему сугробу. Хватает снег и пытается слепить снежок. У него, конечно же, ничего не получается, но это его не расстраивает. Наоборот, Кирюшка отряхивает ладошки и гордо демонстрирует варежки.
- Смотри! Сухие!
- Здорово, сынок. Но давай поторопимся. Иначе мама может опоздать на работу, и меня могут за это уволить.
Не дай Бог, тьфу, тьфу, тьфу.
Но, к сожалению, мы все же опаздываем на маршрутку. А следующий автобус приезжает только через десять минут.
Слава Богу, Кирюшка успевает на завтрак, а я ракетой стартую от садика до нового места работы. За две минуты до начала рабочего дня я врываюсь в приемную.
- Добрый день, - буквально выталкиваю из себя, опираясь на стойку секретаря. Длинно выдыхаю, пытаясь привести дыхание в норму. От такого вынужденного забега на короткие дистанции у меня закололо в боку.
Сегодня тут всем заведует уже другая девушка. Она лениво поднимает взгляд, пренебрежительно разглядывает раскрасневшуюся, запыхавшуюся, растрепанную меня и поджимает губы. Опускает голову и продолжает перекладывать бумаги с места на место.
- Добрый, - неожиданно гнусавит грубоватым голосом. – Вы к кому? По какому вопросу? И вы вообще записывались?
- Не записывалась…Я…
Секретарь закатывает глаза и, перебив, что-то бормочет нелестное и достает ежедневник. Нервно перелистывает его, зачем-то поглядывая на часы.