Страница 31 из 32
- Я боялась. Боялась снова довериться мужчине и потерять все. В первую очередь, тебя.
Босс понимающе кивает. Не упрекает, не осуждает, просто принимает мою позицию. Это особенно ценно.
Отвожу взгляд в сторону. Я хочу задать еще один вопрос. Он так и зудит на языке. Но он может обидеть Сашу.
- Спрашивай, - усмехается босс, будто читая мои мысли.
- Мое увольнение…
- Я к нему не имею никакого отношения. Это совпадение. Твой муж как-то узнал о подлоге и решил сделать подлость прямо перед судебным заседанием. А Эдуард воспользовался моим отсутствием и подделал подпись на приказе. Как назло, я разбил телефон вечером вдребезги. Хорошо, что коллектив Дома Моды не полностью прогнил, и первое, что я узнал, едва восстановил симку – о твоем незаконном увольнении. У меня был контакт владельца юридического агентства, он у нас как-то костюм заказывал. Ну, и собственно поэтому Диана полетела тебя защищать и умолять вернуться на работу. Я без тебя, как без рук, Жень, и точно не справлюсь с новой эксклюзивной линейкой.
- Зачем Эдуард Артемьевич вообще все это устроил?!
- Ты для него серьезный конкурент, и та, кто не побоялась при первой же встрече честно вслух заявить, что этот костюм лажа. Ну, и то, что меня облапошили, как дурачка.
Хохочем в голос. Напряжение начинает потихоньку отпускать, и в голове проясняется.
- А твой отъезд?
- Случайность. Я не подстраивал ничего, клянусь. Те поставщики тканей, что ты посоветовала, оказались мелковаты для нашего предприятия. И мне пришлось летать и договариваться напрямую с фабрикой.
- Договорился? – выпаливаю с замиранием сердца. От волнения невольно сжимаю сильнее ладони.
- Да. А еще договорился, что эта линейка будет представлена на неделе Моды. Под твоим именем. Это мой тебе подарок.
- Подарок? – на руку капает слезинка, и я понимаю, что плачу. – В честь чего?
Саша достает из кармана красную коробочку. Отщелкивает и ставит на стол передо мной.
- Собственно, я об этом и хотел поговорить. Если бы не срочная командировка…, - Саша растерянно чешет в затылке. Старается скрыть свое волнение. – Жень, выходи за меня замуж?
- Я же еще не развелась, - бормочу, как глупая, сквозь слезы глядя на безумно красивое кольцо.
- Это временно. Месяц как-нибудь протяну. Но вы с Кирюшкой все равно переедете ко мне на днях. Я пипец как скучаю по вам.
- Я же еще не согласилась, - бормочу, протягивая правую ладонь. Саша осторожно берет ее в свою и целует.
- Лучше тебе согласиться. Потому что в противном случае я запру нас двоих в комнате и буду пытать тебя любовью, пока ты не скажешь «Да!».
- Да, - выпаливаю, заливаясь краской.
- Черт, а я уже размечтался, - со счастливой улыбкой до ушей выговаривает мой босс, надевая кольцо. – Придется тогда на медовый месяц воплощать эту фантазию.
- Медовый месяц? Ты с ума сошел…
- Почти сразу, как тебя увидел, - кивает серьезно. – Свадьбу устроим после показа. Нужно поторопиться, у меня все-таки возраст…
- С чем поторопиться?
- Как? Со свадьбой, с детьми…
- Вот так сразу?
- Конечно! – во все тридцать два задорно улыбается жених. - Еще уведут. Предупреждаю сразу: я настроен на девочку и мальчика.
Киваю, размазывая слезы по щекам. На этот раз от счастья.
Эпилог
Женя
Полтора года спустя
Кручусь перед зеркалом. Анфас, полубоком. Втягиваю щеки, но результат один – я с трудом помещаюсь в отражении.
- Я как баржа! – вскрикиваю, топнув ногой. - Баржа в розовом платье! Эдакий бегемотик из детской сказки.
Расстроенная изменившейся фигурой, даже не замечаю, как муж оказывается рядом. Встает позади, обнимает, успокаивая. Кладет ладони на животик, нежно поглаживает. Устраивает подбородок у меня на макушке, ловит мой блестящий от слез взгляд.
- Ерунду какую-то болтаешь, Жень. Ты самая красивая жена. Беременная нашим ребенком.
Разворачиваюсь в его сильных объятиях, прижимаюсь к груди и успокаиваюсь, слушая сильное сердцебиение.
- Молодые родители! – в комнату вихрем влетает возмущенная Яна. – Мы только вас ждем, между прочим! Вы вообще хотите узнать пол вашего пузожителя?
Вообще-то нет.
Мы хотели, чтобы это был сюрприз для нас при рождении малыша. Потому что независимо от пола, мы уже безумно любим нашего ребенка.
Но Мила рассказала Кирюшке, что такое гендер-пати, и дети уже в голос требовали от нас такой же. Они не были готовы ждать девять месяцев до рождения малыша. Нам ничего не оставалось, как согласиться.
Кирюшка, к слову, очень подружился с Милой. Они всегда и везде ходят вместе за ручку. Просто не разлей вода. Безумно рады быть братом и сестрой. А мы рады, что у детей отсутствует какая-либо вражда и ревность.
А еще на днях я подслушала мужской разговор между Кирюшкой и Сашей: сын попросил разрешения у моего босса хоть иногда называть его папой. Мы с Сашей в момент оба прослезились: новый папочка от счастья, а я была очень тронута таким всеобъемлющим доверием ребенка. И безумно рада, что он снова научился доверять взрослому мужчине после предательства Володи.
О биологическом отце Кир, кстати, даже не вспоминает.
Володя пытался наладить контакт с Кирюшкой, но сын не шел. Долго не хотел с ним встречаться – настолько сильная обида отпечаталась в сознании. Он не смог ему этого простить. Потом все же сын согласился на совместную прогулку, но продержался с ним от силы десять минут.
Больше Кирюшка с отцом не виделся. Да и Володе стало не до семьи.
«Семен Петрович» развела его как дурачка, повесила многомиллионный кредит и махнула ручкой, уйдя в закат. От общих знакомых я слышала, что Володенька обанкротился. Он пытался устроиться на какую-то работу, но максимум, где бывший муж продержался две недели – автомойка.
А позже всплыли какие-то факты о мошенничестве, были замешаны серьезные люди по ту сторону закона. И Володя получил реальный большой срок.
Я не злорадствую, но считаю, что это то наказание, которое мой бывший заслужил за предательство.
- Ну, что, родители, лопайте скорее шар, - громко скандирует Яна. – Розовый конфетти – девочка, синий – мальчик.
Дети в ожидании подпрыгивают на месте и хлопают в ладоши. Все гости в нетерпении наводят на нас телефоны. Фотограф щелкает камерой, выбирая лучший ракурс.
Замираю. Вглядываюсь в глаза Саши с легкой тревогой.
- Что такое? Что-то болит?
Качаю головой, растягивая губы в улыбке.
- Как думаешь, в сорок два рожать не поздно?
- Самый раз, - подмигивает муж, заразительно улыбаясь. - Через годик за четвертым пойдем.
И мы с уверенностью прокалываем шар и оказываемся в облаке розовых блесток.
- Ураааа! Еще одна сестренка! – скачут дети, обнимаясь.
- Люблю тебя, - шепчет счастливый папочка мне в губы. - Нужно сказать твоей подруге «спасибо» за то, что подделала твое резюме.
- Да брось, Саш, - заговорщицки шепчет и подмигивает фотографирующая нас Наташа. – У меня скоро юбилей, а платья подходящего нет…
Мы дружно смеемся, Саша снова поглаживает животик.
И тут случается то, что я с нетерпением ждала последние две недели.
Малышка толкается в первый раз.
Синхронно вскидываем головы и сталкиваемся взглядами на полпути.
- Толкнулась, - шепчу восторженно.
У Саши глаза блестят. Клянусь, мне кажется, я вижу в глазах сорокатрехлетнего дядьки слезы! Наташа с Яной вообще, обнявшись, ревут в четыре ручья.
- Я люблю тебя.
И я мысленно даю себе обещание, что если нам будет даровано свыше, то я рожу Саше и мальчика, и девочку. Столько, сколько захочет.