Страница 92 из 135
40
Мне даже не пришлось ничего делать. Он занес практически все сам в дом, помог подготовить место для работы.
Его отстраненность обжигала сильнее любых слов. Я чувствовала себя виноватой, хотя и не понимала, в чем именно провинилась.
- Это все? Больше ничего не нужно? - спросил он, закончив со всем.
- Нет. Спасибо.
Он кивнул и направился к лестнице, ведущей на второй этаж, не сказав больше ни слова. Я проводила его взглядом, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Да что с ним такое?
Или это он имел ввиду под "постараюсь держать себя в руках?" Серьезно? Избегать? Ну и ладно. Для меня же лучше. Смогу спокойно рисовать.
Но стоило ему исчезнуть из виду, как спокойствие испарилось. Раздражение, обида и какое-то непонятное беспокойство навалились разом. Вот тебе и "спокойно рисовать". Вместо того чтобы сосредоточиться на работе, я то и дело ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому шороху, пытаясь понять, чем он там занимается наверху. Несколько раз порывалась подняться и выяснить, что происходит, но всякий раз останавливала себя, напоминая себе, что именно этого я и хотела - чтобы он оставил меня в покое.
Я осталась одна в просторной гостиной, чувствуя себя потерянной и растерянной. Тишина давила на уши, казалось, что стены сжимаются вокруг меня. Я попыталась сосредоточиться на работе, разложила свои материалы. Однако покой никак не приходил. Краски не ложились на холст, а руки дрожали. Все валилось из рук.
Ну что за бред? Почему его молчание так выбивает меня из колеи? Еще вчера я мечтала о том, чтобы он перестал давить на меня, а теперь страдаю от того, что он не обращает на меня внимания. Ну разве не глупо?
В конце концов, не выдержав, я поднялась наверх. Шаг за шагом, стараясь идти как можно тише, я приближалась к его комнате.
Открыв дверь, я зашла внутрь. В комнате было пусто. А вот со стороны ванной доносился шум льющейся воды. Дверь была слегка приоткрыта.
Я замерла на пороге, не решаясь подойти ближе. Это же ненормально подглядывать за ним. Чем я тогда отличаюсь от него? И все же любопытство и что-то незнакомое тянуло меня туда.
Тихонько подкравшись к двери, я заглянула внутрь.
В ванной комнате стоял густой пар. Сквозь запотевшее стекло душевой кабины виднелась лишь часть его спины, покрытой капельками воды, которые стекали вниз, исчезая из виду.
Капля за каплей, вода стекала по его телу, подчеркивая рельеф мышц. Чувствовала, как щеки мои пылают, а сердце бешено колотится в груди.
Я не могла отвести взгляд от его фигуры, от того, как вода струилась по его телу, словно подчеркивая каждую линию, каждый изгиб.
Пульс уже зашкаливал. Что я делаю? Зачем я здесь? Неужели я действительно стою здесь и подглядываю? Само осознание этого факта вызывало волну стыда, но что-то более сильное держало меня на месте, не позволяя сбежать.
Я завороженно наблюдала за тем, как он запрокинул голову назад, подставляя лицо под струи воды. Он провел рукой по волосам, откидывая их назад. И мне вдруг отчаянно захотелось повторить этот жест. Прикоснуться к его мокрым волосам, ощутить прохладу воды на своей коже, снова почувствовать его губы на своих, прижавшись к нему.
Безумное, необъяснимое желание. Я почти физически ощущала тепло его тела, ощущала аромат геля, смешанный с его собственным, неповторимым запахом. Этот запах сводил меня с ума.
Господи! Я совсем из ума выжила. Это уже переходит все границы.
Я бесшумно отступила от двери, стараясь не издать ни звука. Развернувшись, я быстро вышла из комнаты и спустилась вниз, чувствуя, как краска заливает мое лицо. Мне было стыдно и неловко. Что, если он узнает, что я подглядывала за ним? И как теперь выкинуть этот образ из головы?!
Спустя пару минут, когда я с трудом забыла о нем и сосредоточилась на рисунке, сверху послышались шаги.
Он медленно спускался по лестнице. Волосы все такие же мокрые. И хоть он был одет, та картина из ванной снова предстала перед глазами.
Я сглотнула, пытаясь скрыть волнение, и перевела взгляд на рисунок. Пока что получалось не очень. Я уже в третий раз начинала все заново. Все мысли были только о нем.
И это тут мне не будет мешать ничего? С тех пор, как мы приехали, я не могу сосредоточиться на том, что действительно важно. Конкурс на носу. Мне нужно закончить его как можно скорее. Но впервые моя голова занята кое-кем другим, вытесняя все остальное. Даже мое самое любимое дело.
Опять, задумавшись, я начала рисовать знакомый силуэт на холсте. Да чтоб!!! Я быстро замазала его краской, скомкала и начала все заново.
Он остановился в дверях гостиной, облокотившись на косяк. Смотрел изучающе, будто видел меня насквозь. Внутри все похолодело от его взгляда. Старалась не встречаться с ним глазами, но это было выше моих сил. Подняла голову и встретилась с ним взглядом.
- Как продвигается работа? - спросил он, нарушив тишину.
- Пока не очень, - ответила я, стараясь говорить как можно спокойнее. - Никак не могу сосредоточиться.
Он усмехнулся.
- Да неужели? А что же тебе мешает?
Вопрос повис в воздухе. Я чувствовала, как щеки снова начинают гореть.
- Просто… не идет и все, - пробормотала я, отводя взгляд.
Он подошел ближе, медленно, словно хищник, подкрадывающийся к добыче. Остановился прямо за моей спиной, так близко, что я чувствовала его тепло. Запах геля для душа и его кожи дурманил, заставляя сердце биться еще быстрее. Он наклонился надо мной, глядя на чистый холст.
- Позволь угадать, - прошептал он мне на ухо, от чего по моей коже побежали мурашки. - Тебе мешает мужчина, стоящий в душе?
Я вздрогнула от его слов, словно от удара током. Как он узнал? Или это просто удачная догадка? Чувствовала его дыхание на своей шее, горячее и обжигающее, но не могла ни пошевелиться, ни ответить.