Спаситель или дьявол?

10.5

Время словно замерло, пока наши взгляды встретились. Как бы ни старалась, не могла понять, что он чувствует. Неужели даже не разозлится? Меня он видит насквозь, иногда даже кажется, что слышит мои мысли, хоть это и звучит абсурдно. Но почему с ним так сложно? Или ему нравится именно такая игра?

- Неплохо, - произнес он все тем же ровным тоном. - Ворота тоже разнесешь?

- Надо будет, разнесу.

Блин, опять не сдержала язык за зубами! Нужно успокоиться. Нельзя ему давать еще больше поводов для веселья.

- Вперед. Я не держу. Даже интересно стало, как ты с ними разберешься.

Так ему все же нравится, когда я устраиваю бунт. Если замолчу, перестану реагировать на его провокации, ему, возможно, станет скучно, и он отступит. Гарантий нет, но попытка не пытка.

- Передумала?

Я не ответила, отводя взгляд в сторону. Спустя томительные секунды тишины, до меня донесся его смешок. Но я упрямо хранила молчание.

- Не выйдет, Лана, - его слова прозвучали неожиданно, словно удар под дых. Неужели разгадал мой план? - Такие приемы… со мной не прокатят.

Он сократил между нами расстояние, и мое тело, словно натянутая струна, затрепетало в готовности либо бежать, либо дать отпор. Но я замерла, парализованная его близостью.

Его пальцы коснулись моего подбородка, вынуждая поднять голову. Встретившись с его взглядом, я пыталась спрятать страх, волнение, все те чувства, что бушевали внутри. Но он видел все. Каждое движение, малейшее изменение в моем лице. Это было невыносимо.

- Думаешь, я отпущу тебя, если будешь молчать? Ты ошибаешься. Мне нравится видеть, как ты сопротивляешься.

Я молчала, отказываясь верить в его слова. Сейчас, может, и нравится, но долго ли он выдержит эту игру?

- Говорят, молчание - знак согласия, - прошептал он, обжигая ухо горячим дыханием, одновременно невесомо коснувшись щеки. - Ты ведь не против, если я тебя поцелую?

Нет. Он не посмеет этого делать. Если у него есть хоть немного совести, не станет.

- Значит, не против, - парировал он и прильнул губами к моим.

Его губы коснулись моих так неожиданно и властно, что я не успела среагировать. Это был не нежный, робкий поцелуй, а скорее утверждение его власти, демонстрация того, что он может делать все, что захочет. Я попыталась вырваться, но он лишь крепче прижал меня к себе, не оставляя ни единого шанса на сопротивление.

Мне казалось, что настойчивее и грубее поцелуя в клубе быть не может. Но на этот раз все было иначе. В его действиях читалась не просто похоть, а какая-то отчаянная, почти болезненная потребность, выворачивающая всю мою душу наизнанку.

Поцелуй углублялся, становясь все более настойчивым. Он словно пытался проникнуть в меня, завладеть моими мыслями, подчинить себе мою волю.

Его язык ворвался в мой рот, ища не сладость, а скорее утоление какой-то внутренней жажды. Я и представить не могла, что поцелуй способен довести до такого безумия, вырвать из реальности, застилая разум.

Тело горело, а в жилах пульсировала раскаленная лава. Сознание медленно покидало меня, уступая место безумной смеси страха. Я почувствовала, как подгибаются колени, и ухватилась за его плечи, чтобы не упасть.

Когда он наконец оторвался, я с трудом удержалась на ногах. Воздух обжигал легкие. Мои губы горели, а сердце бешено колотилось в груди.

Я смотрела на него, пытаясь унять дрожь в теле. Он молчал, продолжая сверлить меня взглядом. В нем не было ни раскаяния, ни сожаления, лишь какая-то болезненная решимость.

- Будем и дальше молчать?

Я молчала, не в силах произнести ни слова. Все внутри меня протестовало, кричало о несправедливости, о том, что он не имеет права так поступать. Но слова застревали в горле, не желая вырываться наружу. Я чувствовала себя марионеткой в его руках, полностью лишенной воли.

- Что ж, как знаешь. Тогда мне продолжить? - произнес он и на этот раз его губи настигли шею.

Его губы обжигали кожу, оставляя за собой дорожку мурашек. Каждый его поцелуй, каждое касание словно прожигали меня насквозь, оставляя незаживающие раны.

Я чувствовала тепло его тела, его дыхание на своей коже. Руки скользнули ниже, к моей талии, притягивая еще ближе.

В этот момент я осознала, что молчание - это не решение. Что если я не начну говорить, не начну бороться, он никогда не остановится.

- Хватит, - мой голос дрогнул, но прозвучал достаточно твердо, чтобы его услышали.

- Теперь ты понимаешь, что молчание - не выход? - прошептал он, проведя пальцем по моей губе. - Я всегда найду способ заставить тебя заговорить.

Я почувствовала, как его руки на мгновение замерли, а затем с неохотой отстранились. Я оттолкнула его от себя, сделав шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами. В груди все еще колотилось, но я старалась дышать ровно, чтобы успокоить себя. Он снова победил.

Я чувствовала, как по щекам ползут слезы, но не могла остановить их. Все внутри кричало от боли и унижения, и мне хотелось лишь одного - убежать. Спрятаться, чтобы никогда больше не видеть его.

- Да тебе надо лечиться, идиот!

Мои слова прозвучали резко, но в них не было той силы, которую я хотела вложить. Скорее, это был жалкий лепет загнанного в угол зверька. Его взгляд не изменился, оставаясь таким же пронзительным и нечитаемым. Он просто стоял и смотрел, словно ожидая моей следующей реакции.

- Ты сама вынуждаешь меня идти на такие меры, Лана.

- Вынуждаю? - ядовито процедила я, вытирая слезы тыльной стороной ладони. - Это ты творишь черт знает что, а виновата я?

- А кто начал эту игру? Я тебя предупреждал не раз. Ты сама выбрала продолжить.

- А у меня был выбор? С самого начала тебя волновали только твои желания. На других тебе наплевать.

- А должно волновать? Чем ты отличаешься от других?

- Ты мне ни капли не интересен и никогда не будешь. Так сложно поверить в то, что ты кому-то не нравишься? Ты настолько уверен в себе, что думаешь, что все теряют голову от одного твоего лица? В мире полно красивых и богатых парней. Но почему именно по тебе все должны сходить с ума? Кто ты такой? Что у тебя вообще есть кроме этих двух качеств? Что толку от красивой внешности, если внутри все обстоит гораздо хуже? - выпалила я, не в силах сдержать поток ненависти, накопившийся внутри.

Его лицо исказилось от ярости, но он быстро взял себя в руки. Глаза сузились, испепеляя меня взглядом. Я понимала, что перешла черту, задела его за живое, но отступать было поздно. Я уже высказала все, что накипело, и теперь мне было все равно, что будет дальше.

- Ты думаешь, что знаешь меня?

- Мне и не надо. Достаточно и того, что вижу. А вижу я перед собой эгоистичного, самовлюбленного нарцисса, который привык получать все, что захочет. И ты действительно веришь, что я должна быть польщена твоим вниманием? Просто смирись с тем, что некоторым уготована другая судьба. Необязательно, чтобы все проходили через твою постель.

Я чувствовала, как внутри меня нарастает истерика, но я не могла остановиться. Мне нужно было высказать все, что накопилось, выплеснуть всю эту боль и злость.

Его молчание давило сильнее любых слов. Он словно взвешивал каждое мое слово, оценивая ущерб, нанесенный его самолюбию. Я не отводила взгляда, стараясь не выдать ни капли страха, хотя внутри все дрожало от напряжения.