Второй Год

Когда я опустила руку, он подался вперед и поцеловал меня с такой силой, что я поджала пальцы на ногах, а в животе запорхали бабочки от возбуждения. Он обвил меня руками, притягивая ближе, и я тихо выдохнула, когда его крепкие руки прошли по моей спине и спустились к заду. От его прикосновения по телу побежали мурашки. Когда он схватился за подол моего платья, задирая его так, что мог провести кончиками пальцев по обнаженной коже, я почувствовала, что на самом деле вот-вот воспламенюсь.

— Ты чертовски сексуальна, — практически прорычал он мне в губы. — Серьезно, Мэдди, я ни о чем другом не могу думать, кроме тебя.

Никаких претензий. Я всегда надеялась, что если когда-нибудь влюблюсь, то он будет так же одержим мной. Я никогда не хотела того, что было у моей приемной матери, — бессмысленных, а иногда и жестоких отношений, которые ничего не давали, кроме как лишали ее души, сердца и достоинства. Я хотела кого-то, кто заставлял бы меня чувствовать все и никогда не использовал бы эти чувства против меня.

Когда ты любишь кого-то, у него есть определенная власть над тобой. Пугающая мысль, когда по-настоящему задумываешься об этом, особенно когда это тот, кто-то не заслуживает этого дара и не дорожит им.

Ашер никогда не заставлял меня чувствовать себя так.

Откинувшись назад, я дернула его за футболку, умудрившись задрать ее, чтобы открыть напряженные мышцы. Ашер был сложен как бог: высокий, широкоплечий, с узкими бедрами и крепкими мышцами, которые я бы сравнила с мышцами элитного атлета. Знаете, если бы он был человеком.

Когда я, наконец, коснулась его бронзовой кожи, то прикусила губу, чтобы сдержать стон признательности. Клянусь святыми гребаными богами.

Мои губы опустились ниже; я прижался ими к его груди, прямо над сердцем. Я чувствовала, как оно бьется под моими прикосновениями, сначала медленно и размеренно, но по мере того, как я прикасалась к нему, все сильнее, темп нарастал.

Я воздействовала на Ашера, и это было лучшее, блядь, ощущение в моей жизни.

Он позволял мне трогать и исследовать его дольше, чем обычно.

— Сегодня твой день рождения, — пошутил он, когда я посмеялась над его потребностью контролировать ситуацию. — Это все для тебя.

Мое платье давно исчезло. На мне были только кружевной лифчик и стринги. Ашер скользнул руками по моей коже, и, прежде чем я смогла перевести дыхание, он перевернул меня на живот.

Когда я попыталась обернуться, чтобы посмотреть на него, его твердая рука на моей спине остановила меня.

— Доверься мне, — сказал он.

На секунду мой разум взбунтовался, потому что мне не нравилось, когда меня держали неподвижно, но потом я вспомнила, что это Ашер. Я действительно доверяла ему. Поэтому я расслабилась, положила голову на руки и повернулась к океану.

Послышался тихий шелест ткани, и затем его руки — теплые и мягкие — опустились мне на поясницу. Они заскользили по мне, смазанные тем, что он схватил, а затем он начал растирать, поглаживать и разминать мои мышцы.

— О, боги мои, — простонала я, закрывая глаза, пока Ашер массировал меня, двигаясь умелыми руками по спине, снимая напряжение, о котором я даже не подозревала. Мой лифчик был расстегнут, и тепло его тела прижималось ко мне с одной стороны.

Когда он снова прошелся по моей спине, я поджала пальцы ног от нарастающих во мне ощущений. Он прикасался ко мне повсюду, пробуждая к жизни каждый нерв, и когда его руки прошлись по пояснице, я тихо застонала. Еще немного масла, и он принялся растирать мои ягодицы, разжигая во мне еще большее пламя возбуждения. Когда его пальцы скользнули вниз, к верхней части моих бедер, я мысленно начала умолять его прикоснуться ко мне там, где я пульсировала, испытывая боль, которую мог вызвать только Ашер.

Ублюдок, без сомнения, знал это; он, вероятно, мог видеть и чувствовать запах того, что я была чертовски влажной для него, и продолжал дразнить меня. Поглаживая мои бедра, слегка касаясь моего центра, но никогда не давая мне именно того, чего я хотела.

Он ждал, когда я начну умолять… Я ждала, уступит ли он первым. Мы оба были захвачены этим моментом. Я непроизвольно выгнула спину, потому что он так чертовски завел меня, что я двигалась, даже не осознавая этого, отчаянно ища хоть какой-то разрядки.

— Малыш… — предостерегающе произнес Ашер. — Не двигайся.

Я снова застонала.

— Я не могу, черт возьми. Пожалуйста, прикоснись ко мне. Мне нужно, чтобы ты прикоснулся ко мне.

Ашера скользнул руками вверх по моим бедрам, и я вскрикнула, когда он отодвинул мои стринги в сторону и, наконец… наконец, погладил мой центр. Твердый, прямо на клиторе, ласкающий и кружащий вокруг него, масло смазывало меня, хотя я в этом не нуждалась. Теперь я была буквально насквозь мокрой для него, влага стекала по его пальцам, когда он проводил ими по мне, а затем внутри меня. Было что-то такое в том, что я находилась в этой позе, с приподнятым задом, слегка уязвимая, когда Ашер играл с моим телом, что сводило меня с ума.

— О, черт, — воскликнула я, начиная двигаться на его руке, мое тело двигалось на двух пальцах внутри, в то время как его большой палец продолжал обводить твердый клубок нервов, который посылал удары по моему телу.

Ашер коснулся губами моей спины, и все внутри меня разбилось вдребезги, оргазм пронзил меня насквозь. Я упала на живот, дрожа всем телом, испытывая последнее наслаждение, а Ашер не убирал пальцев, пока я не выдохлась окончательно.

Лучший день рождения в моей жизни.

3

Моя кожа все еще была горячей, когда он руками обхватил меня за бедра и развернул, потом он поставил руки по обе стороны от моей головы, пока удерживал свой вес на мне. Нуждаясь в большем, я раздвинула ноги и пригласила его приблизиться.

— Массаж — это, безусловно, навык, который тебе нужно отточить, — сказала я ему, все еще задыхаясь. — Я имею в виду, ты довольно хорош, но при большей практике ты мог бы стать кем-то действительно особенным.

Он улыбнулся, когда посмотрел на меня сверху вниз, без сомнения, заметив мой румянец на щеках и учащенное дыхание. Он ничего не сказал, просто наклонился, чтобы нежно поцеловать меня. По крайней мере, сначала это было нежно, а потом быстро перешло во что-то более горячее. Сильное.

И я тут же вернулась к тому низкому, возбуждающему желанию в своем теле.

Я сняла с него штаны, и, к счастью, мы оба оказались обнаженными. Одежда так сильно мешала члену. Он скользнул внутрь одним резким движением.

— Ах, черт, — сказала я, мое тело все еще было таким чувствительным, что я чуть не испытала оргазм от одного этого движения. Ухмылка Ашера была одновременно порочной и сексуальной, когда он начал двигаться именно так, как я любила, длинными глубокими толчками. Океан разбивался о берег неподалеку, и звук и запах воды были повсюду. Мы двигались вместе, и я восхищалась нежными поцелуями, которыми мы обменивались, в то время как он продолжал любить меня.

— Боги, Ашер, — простонала я, уже начиная приходить в себя.

— Мэдди, — ответил он низко и хрипло. Просто услышав свое имя слетевшее с его уст, я испытала еще большее наслаждение, и все внутри меня напряглось, когда я потеряла контроль, выкрикивая его имя. Ашер застонал, тоже кончая, и у меня закружилась голова, когда ощущения стали невыносимыми.

Долгие минуты мы оставались в таком положении, тяжело дыша, и я наслаждалась ощущением его тела, прижатого к моему. Мне нравилось ощущать каждую его частичку вот так. Наша энергия бурлила вместе, и если это была именно та химия, о которой говорилось в книгах, то неудивительно, что все искали ее.