Роза Иллиана

Лицо маэстры, такое расслабленное и радостное, какое майору редко приходилось видеть, потемнело, когда она сделала шаг вперёд и обняла удивлённую блондинку, таким образом отвечая на её объятья с некоторым опозданием.

— Его убили. Теперь он как мёртвый лежит в доме Сольтара и опять отказывается пройти через его врата.

— Нет! — возмутилась блондинка, в испуге высвобождаясь из объятий королевы. — Этого не может быть! Скажи, что это неправда! — воскликнула она, в то время как ей на глаза навернулись слёзы.

— Успокойся! — засмеялся высокий мужчина. — Ты же слышала, он снова не прошёл через врата. У него сейчас есть дела поважнее! — Он повернулся к королеве. — Не так ли? Вы ведь сами так сказали? Фактически мёртв, но не совсем?

— Именно так, — кивнула она.

— Это самое лучше объяснение, — почти робко заговорил Герлон. — И божьих благословений вам всем, — запоздало добавил он.

— Нам они явно понадобятся, — отозвался Янош, так сильно хлопнув удивленного священника по плечу, что тот зашатался. — Но что может с нами случиться, когда рядом храбрый слуга Сольтара… Хотя для меня загадка, что вы здесь делаете. Что касается Хавальда, раз он не совсем мёртв, то он вернётся. Он повернулся к живым кустам. — Мы говорим здесь о Страннике, спасителе Келара, являющимся также графом Родериком, который вместе с сорока верными сторонниками защитил перевал от варваров! Не волнуйтесь, народ, — крикнул он. — Я его знаю и спорил с ним… он не падёт. И, помяните моё слово, когда он вернется, он так надерёт задницу Талаку, что они побегут, только завидев его! — Теперь он повернулся к Зокоре и указал на неё пальцем, что заставило эльфийку предостерегающе выгнуть бровь. — А это Зокора. Тёмная эльфийка, о которой я вам рассказывал! Если не Хавальд заставит бежать легионы Талака, тогда она вселит страх и панику в наших врагов!

— Но прежде я сам наделаю в штаны, — заявил один из кустов, сомнительно шелестя. — Я чуть было не подумал, что меня хватит удар, когда увидел её! Ради богов, надеюсь, она действительно такая мирная, как вы говорите, капитан. — Несколько кустов с надеждой кивнули, в то время как Зокора медленно начала по-особенному улыбаться. «Зрелище, которое вполне могло бы напугать», — с восхищением подумал Бликс.

— Мирная? — засмеялся мужчина. — Я вряд ли говорил мирная. Но она на нашей стороне… это гораздо лучше, чем мирная, вы не находите! — Ухмыляясь, он снова повернулся к Лиандре. — Кстати, эта мягкотелая компания — Третья королевская рота, или то, что от неё осталось. Мы с Зиглиндой наткнулись на них, когда пытались досадить патрулю чёрного легиона. Слава богам, что двое из них узнали меня с прежних времен, иначе прикончили бы нас! Третья королевская рота сражается уже двенадцать лет, из чего становится очевидным, насколько они устали.

— Мы устаём только после пиршества, — рассмеялся один из кустов.

— Что означает не что иное, что мы не спали последние несколько лет, — заметил другой.

— Тогда давайте посмотрим, сможем ли мы накормить вас, — усмехнулся капитан Янош, преувеличенно низко кланяясь. — Так подходите и позвольте показать вам ваш новый дворец, ваше королевское Величество! Он немного тесный и тёмный, но гораздо лучше, чем его репутация! — Он широко улыбнулся Бликсу. — Надеюсь, вы не будете возражать, если ваши прекрасные доспехи поцарапаются… они так красиво блестят, как будто вы сами являетесь генералом!

— Это майор Меча Куртис Бликс из пятой роты Второго имперского легиона и брат Герлон, священник Сольтара, — представила их маэстра. — Его рота будет следовать за нами на расстоянии нескольких дней пути.

— Что ж, тогда у нас есть время для подготовки жилья для вашей роты и изгнания врага! — прокомментировал Янош, потирая руки. — Так что, если вы голодны, проходите… в противном случае оставайтесь на улице… хотя я этого не советую. По ночам здесь бывает неприятно ветряно, знаете ли!

Он направился в сторону разрушенной башни, где, наполовину погребённый под тяжелыми валунами, был открытый люк, ведущий под землю. Массивные железные кольца в стенах были едва видны, но Бликсу они показались достаточно надежными, несмотря на толстый слой ржавчины.

— Вот он, дворец, — рассмеялся Янош, указывая в темноту. — Не желаете теперь последовать за мной?

«Капитан Янош и Третья королевская рота устроились здесь вполне комфортно», — подумал Бликс, удовлетворённо скребя ложкой по дну своей деревянной миски. Настолько комфортно, насколько это вообще возможно в старой камере пыток. Жаровня, на которой помощники палача когда-то раскаляли щипцы, чтобы прижечь и разорвать плоть несчастных, служила местом приготовления пищи для светловолосой Зиглинды. Там она состряпала такую трапезу, за которую майор Меча даже в хорошей таверне с удовольствием заплатил бы золотом. То, что она попросила не спрашивать, какие ингредиенты входят в её состав, он с радостью принял взамен.

Он откинулся назад и потянулся, радуясь, что избавился от доспехов. Несмотря на то, что они защитили его при падении на твёрдые камни, в них было не слишком удобно, и, судя по всему, они собирались разбить здесь лагерь на ночь.

Его это вполне устраивало.

Он почесал под мышкой и огляделся. Только три коптящих факела и угли в жаровне освещали старые кирпичные стены, где ржавые свидетели прошлых ужасов всё ещё отбрасывали жуткие тени. До сих пор ему везло не видеть подобных помещений. Он с содроганием смотрел на орудия пыток и гадал, для чего их использовали, и был рад, что здесь присутствует его старый друг; если в подвале всё ещё блуждали души, по крайней мере, брат Герлон сможет указать им путь к вратам Сольтара.

Кусты, ткань и ветки выжившие из Третей королевской роты оставили у входа, но даже без них они выглядели не намного более цивилизованными.

На кожаных доспехах, которые они носили, виднелись следы тяжёлых времен. Тут и там они были грубо залатаны, некоторые части не подходили к другим, а наплечники поразительно походили на те, что носили солдаты Талака. Не было ни одного лица без шрама, тут и там отсутствовал палец или выпуклый шрам свидетельствовал о тяжести старого ранения. «Действительно, усталый народ», — подумал майор, тихо улыбаясь. Он видел хороших солдат, когда они сидели у него под носом, а эти, он был уверен, были одними из лучших, ещё оставшихся в Южнестранье.

Он встал, отнёс свою миску к корыту, в котором мыли посуду, а затем сел рядом с темноволосой женщиной, которая разбила лагерь чуть поодаль и была занята тем, что тщательно смазывала маслом свой лук и проверяла тетиву между пальцами.

— Не возражаете, если я спрошу вас кое о чём?

Она посмотрела на него глазами, которые даже в свете факелов светились золотистым огнём. Как у кошки. Или лесы. Или волка.

— Если вы этого хотите, майор Меча. Капитан Янош велел нам относиться с уважением к любому имперскому солдату. — Казалось, она брала уроки у Зокоры, настолько холодно и безучастно звучал её голос.

— Я не хотел вас беспокоить, — обиженно сказал Бликс и встал. — Простите меня. — Он уже собирался уйти, когда она задержала его кончиком своего лука.

— Я должна извиниться, — тихо промолвила она. — Вернитесь на место. — На этот раз она выглядела почти смущенной. — Это было грубо с моей стороны… просто иногда вежливость теряется на поле боя.

Бликс медленно кивнул и сел. Женщина была не намного выше Зокоры и, как и большинство других здесь, скорее жилистая, чем мускулистая. «Она — лиса», — подумал Бликс с усмешкой; будучи человеком, вряд ли можно приблизиться к таким проворным созданиям ещё больше.