Страница 6 из 29
Какая-то глупая пелена застила ей глаза!
Если бы она запомнила все те, полученные впечатления, если бы так беззаботно бы не закрыла глаза на те свои, острые и указывающие на единственно правильное, чувства… Ничего бы не было!!! Ничего ужасного бы с ней не произошло!!! Просто, элементарно, некому бы было… Некому бы было столь варварски разделять её жизнь на сказочно-фантазийное «до» и отрезвляющее «после»!
Никаких варваров, циничных монстров и хладнокровных чудовищ она в свою жизнь просто бы не допустила! Не появился бы на её горизонте всё изменивший в ней, чужеродный и не достойный внимания человек!..
Это был их первый день, пусть и несерьёзной, зато оплачиваемой работы! Вот где, наконец-то, по-настоящему сыграл Светкин «БЕЗавторитетный» блат!
«Приятель приятеля» Светкиного знакомца так властно и так… в смысле перспективы, безукоризненно настоял и договорился, чтобы девочки приводили в порядок самые малопосещаемые лестницы и коридоры! И, понятное дело, в сами «высокие кабинеты» «девчонок, почти что, с улицы», никто категорически не допускал!
Они поднялись на верхний и ранее такой недоступный этаж «Плутона» в сопровождении пары очень серьёзных и неразговорчивых «клининговых коллег»...
Правда, тогда ещё, в конце девяностых и в нулевых, обычных уборщиц называли «уборщицами», а не загадочным и немного непонятным словом «клининг». Поэтому пафоса и апломба у этих, всем незаметных и старательных созданий, пока ещё не было. Все всё про себя правильно понимали, и держались соответственно – чтобы никто их присутствия не замечал…
Дамы были озабочены лишь тем, чтобы качественно выполнить свою работу, а не производить впечатление на менее важных молодых «коллег». А девочки, от более опытных тётенек, в плане ответственной молчаливости, разумно не отставали.
- Машк, давай разделимся? – тут же предложила Света, пристрастно оглядывая и без уборки, практически, стерильный фронт работ.
На том, собственно, и порешили. Мария должна была «освежить» коридор высшего начальства, а её подружка взялась то же самое проделать с лестницей, по которой всё равно никто не ходил, поскольку солидные люди используют, в передвижении, лифты.
В общем, работы было мало, поэтому девочки воодушевились! Получался солидный заработок за то, чтобы просто смахнуть пыль и влагой освежить «местность»!..
Поначалу, из самого главного кабинета, доносилось равномерное и на два голоса «бу-бу-бу». Потом ухо поломойки выхватило пару нецензурных реплик на высоких оборотах, на которые столь же высокоэмоционально ответили (правда, на этот раз – литературно).
Кто-то, из рокочуще-хрипловатого генералитета, настаивал на своей позиции и принуждал к чему-то (не очень различимому) более молодой голос. А тот, безропотно идти на поводу, интеллигентно, но непримиримо не соглашался.
Девушка, застыв столбом, немножечко растерялась, потому что разговор, судя по звукам, неизменно приближался к двери. А ей и деться-то некуда! В коридоре, чтобы спрятаться, нет никаких ниш! А ведь её о необходимой незаметности, заранее предупреждали!
До лестницы далеко, а становиться совершенно прозрачной, она пока глупо не научилась!
При всей этой стрессово-эмоциональной встряске, девчонка совсем позабыла про очень даже заметное ведро!
Когда дверь резко и, окончательно её пугая, распахнулась, Машка единственное, что успела предпринять, так это с такой силой, с таким старанием вжаться в стену, чтобы стать с коридорной побелкой неразделимой! Такой вот импровизированный «уборочно-околостеночный» симбиоз!
Из кабинета самого большого начальника их благословенной фирмы выскочил, больше похожий на пышущего гневом дракона, человек.
Человек был очень высок, широк в плечах и слишком… слишком элегантным, на её нервы. Кто, в наши дни, столь раскованно носит дорогой костюм и бесподобную шляпу??? Шляпы, вообще, по Машкиным наблюдениям, столь естественно, не умеет носить никто!
Мужчина, словно сошёл с обложки какого-то западного журнала! И костюмчик на нём не смотрелся ни узковатой кольчужкой, ни висел неуклюжим мешком!
В общем, в пару секунд, пока мужчина, замерев на мгновение, с ненавистью надел и надвинул на глаза роскошную шляпу, перепуганная и затаившаяся у стены «мышка», сумела всё в его внешности, по достоинству оценить!
Этот «журнальный человек», прошёлся по почти пустому коридору невидящим и, направленным вглубь себя взглядом, который, наконец, выхватил всё ещё очень заметное и не прозрачное ведро.
Он резко кинулся по коридору в сторону лестницы (на которой, наверняка, не догадалась так же предусмотрительно затаиться Светка), а, поравнявшись с самым важным элементом уборки, походя и, не обращая внимания на последствия, так двинул по ведру ногой, что то, совсем как невесомый мячик, пущенный на футболе, взмыло в воздух и, падая, с ног до головы окатило почти прозрачную уборщицу водой.
Маша лишь испуганно ойкнула, но мимо неё уже пронёсся смерч, ничего вокруг не замечая. А девушка, стирая с лица обильно оросившую его воду, уговаривала себя на то, что «главное – её не заметили! И это – важно!»...
Похоже, со Светкой «элегантный вихрь» проделал ту же отвратительную «футбольную» штуку! Потому что когда Машка рванула к лестнице на «проверить-убедиться-посмотреть», застала подружку примерно такой же мокрой, только, в отличие от неё, страшно взвинченной и злой, а не разумно-довольной!
- Охренеть, – в бессилии протянула девушка, больше похожая сейчас на мокрую мышку, – Нифига се, какое здесь агрессивное начальство!
Машке оставалось лишь дружески поддержать напарницу по несчастью, поэтому она мечтательно пискнула:
- Ага, Свет! Охренеть!..
Наверное, Машка, в те времена, была каким-то слишком зацикленным на красоте эстетом, потому что, когда они с подружкой, наконец, добрались домой… когда Светка выдохлась от нескончаемой вереницы нецензурных реплик, у девушек было очень разное отношение к инциденту!
Подружка, хоть и приняла ситуацию и с «мокро-грязными последствиями» смирилась, но оставалась разобиженной на «козлов» и «нахалов», оставалась мечтательницей-фантазёркой, которая всё выдумывала и выдумывала недееспособные варианты мести, всё ещё оставалась, пусть уже и не матерящейся, но агрессивной!
Машка же, с какой-то нездоровой фанатичностью, всё воспроизводила и воспроизводила в памяти элегантный костюм и неподражаемую шляпу, при этом, как последняя дурочка, мечтательно закатывая глаза и сожалея, что рисовать она, к сожалению, не умеет.
Впрочем, на то, чтобы не высказывать свои дурацкие впечатления вслух, у неё, всё же, хватило самоконтроля! А потому подружка, на её счёт, ничего диссонирующего не подозревала, автоматом приняв уверенность, что Машка с ней, на одной мстительной волне!..
ГЛАВА 5.
- Я тут разведала, Маш! – дня через три, подхватила её под локоток Светка и оттащила в сторону, чтобы суровые тётеньки-коллеги не расслышали, что она говорит, – Это – сынок нашего гендира! Только не говори, что ты забыла! – она с подозрением побуравила непонимающее лицо подруги, – Я, всё ещё, говорю про того урода!
Наверное, Светке просто необходимо, в обыденности и рутине, испытывать яркие и разнообразные чувства, потому что подруга несколько дней, так или иначе, но настойчиво муссировала незначительный эпизод!
Честно говоря, Машка уже приустала и от Светкиного фантазийного возмездия, и от собственных, теперь уже (спасибо, Светочка!) двояких воспоминаний!
С одной стороны, забыть то унижение, которое они совместно испытывали, когда объяснялись с «тётеньками», почему «основательно промокрели», плюс, свой страх и обиду на то, что её, ни за что, окатили, не давали уверенно оставаться на уровне «фанатичного эстетства»!