Страница 55 из 68
- Вокально- инструментальная группа из наших срочников едет на фестиваль. - объявил дирижёр и снова посмотрел на меня. И едва раздались первые робкие слова удивления, добавил: - В ФРГ.
- Что?! - этот изумлённый возглас вырвался из всех глоток одновременно. Только я не догадался воскликнуть вместе со всеми. Вот так и сгорают шпионы...
Переждав бурю удивления дирижёр продолжил:
- Приглашение пришло от правительства ФРГ на группу " Ветер перемен" под руководством Александра Любимова и с солисткой Габриэль Хеттвер.
Чихрадзе сделал небольшую паузу и добавил:
- А я и не знал, что наша группа называется "Ветер перемен" и что ею руководит Любимов!
Ага, вон почему он всё время прожигает меня взглядом! А я что? Не я же это приглашение составлял!
- Любимов, не хочешь ничего сказать? - не дождавшись от меня реакции, спросил дирижёр.
- А что сказать, товарищ капитан? - я честно посмотрел ему в глаза. - Название группы написал корреспондент, который разговаривал с нами в Югендпалас. Ему же надо было как-то нас обозвать, отсюда наверное и взяли. А про руководителя вообще сами наверняка придумали. У нас в группе мы считаем руководителем Виталия. Ну а эти, которые приглашение составляли из газеты всю информацию и взяли.
Чихрадзе вроде как удовлетворился моим объяснением, потому как больше не стал меня пытать, а закончил объявление:
- Командование полка и дивизии приказало обеспечить группе максимально благоприятные условия для подготовки к фестивалю. И это касается не только меня, как дирижёра, но и всех музыкантов оркестра. Вы, как старшие товарищи и профессиональные музыканты более высокого уровня должны оказать всяческую поддержку нашим срочникам.
- Так, а чем мы им можем помочь? - растерянно протянул Студников. - Их уже вон и по немецкому радио крутят и наш "Алдан" с утра до вечера гоняет!
- Приказано окружить заботой, значит будем окружать! - ответил Онопко.
- Я продолжу заниматься с Любимовым вокалом! - подал голос Василий Иванович. - Наверное, можно даже увеличить время занятий. Больше никаких идей у меня нет.
- Для Любимова этого достаточно! - кивнул Чихрадзе. - Ну, разве что Вячеслав Андреевич можете позаниматься с ним ещё и саксофоном. Хотя это больше для галочки.
- А наш "дятел" пусть постучит с Сараевым! - выпалил Вася Онопко, оглянувшись на сидящего в последнем ряду за ударной установкой Павлюченко Петра Алексеевича, которого в оркестре давно окрестили "дятлом", за то, что никто и никогда не видел его без барабанных палочек в руках, которыми он постоянно выбивал какой -нибудь замысловатый ритм хоть на подоконнике, хоть на плече того, с кем он в данный момент разговаривал. Вот и сейчас он тихонько стучал по ободу малого барабана и не прерывая этого увлекательного занятия, промычал что -то типа: " А почему бы и нет?"
- Конюшков возьмёт на себя Брускова с трубой. - подал идею старшина.
- А они разве трубу используют? - не очень обрадовался Геннадий Николаевич.
- Не использовали, значит будут использовать! - подмигнул Слатвинский. - В отчёте для начальства.
- Ну это мы всегда могём! - расцвёл улыбкой Конюшков.
- Кто у нас остался не охваченный заботой? - старшина оглядел участников нашей группы.
- Занятия на фортепиано с Богдановичем я возьму на себя. - сказал дирижёр и как-то криво улыбнулся. Оказывается он тоже может шутить?
- Мордасов со своей бас-гитарой остался неприкаянный. - старшина остановил взгляд на Женьке и тот невольно втянул голову в плечи. Если кому и нужны были дополнительные занятия, то как раз ему.
- У нас на бас-гитаре кроме него только Любимов играет. - обернулся старшина к Чихрадзе.
- Ну вот пусть он с ним и занимается, - вынес вердикт дирижёр. - Но в рапорте укажем... - он быстро оглядел оркестрантов. - Михеенко.
- Товарищ капитан, да я ж на этом рогатом аппарате не умею?! - вытаращил глаза наш тромбонист.
- Значит за ночь освоишь и завтра с утра приступишь к занятиям с Мордасовым! Я правильно понимаю, товарищ капитан? - не мог удержаться от хохмы Вася Онопко.
- Да, примерно так... - помечая что-то у себя в блокноте промычал Чихрадзе.
Закончив писать, он поднял глаза на Виталия:
- Нужно будет обсудить репертуар. Я так понимаю, на фестивале ждут ваши известные песни, но хорошо бы и новое что-то привезти.
При этих словах он перевел взгляд на мне. Я промолчал. То ему не нравится, что меня называют лидером группы, а как нужны новые песни - на меня смотрит!
- Сможешь что-нибудь написать специально для этого мероприятия? - снова был вынужден спросить меня дирижёр.
- Попробую, товарищ капитан. - неуверенно ответил я, хотя, конечно, как только услышал эту новость от Арнольда, стал думать о репертуаре. - Это же надо на английском, как минимум, тексты писать.
- Ну, у вас Габриэль на немецком тоже сочиняла вроде, или я не прав? - спросил Чихрадзе.
- Да, мы вдвоём писали, - согласился я. - " Крутой поворот" сначала был на русском, а она перевела на немецкий.
- Значит продолжите эту вашу кооперацию. - поставил точку дирижёр.- Сейчас составим список уже готовых песен и решим, сколько нужно будет добавить новых.
Я кивнул, подумав при этом, не придётся ли спорить с капитаном о том, что именно включать в этот список, но тут открылась дверь и в студию ввалился майор Шестаков, замполит полка.
Я чуть не застонал, только повесил голову и взялся за неё руками. Ну, конечно, куда ж без неё, родимой, руководящей и направляющей силы советского народа!
- Оркестр, встать! - подал команду дирижёр.
Сверхсрочники не особо демонстрируя рвение, оторвали зады от стульев.
- Сидите, сидите! - проявил благодушие майор и выйдя на центр студии, с места в карьер начал "руководить и направлять":
- Слышал, о ваших успехах! Поездка на международный фестиваль, приуроченный к визиту Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Леонида Ильича Брежнева - великая честь! Вы будете среди лучших музыкальных коллективов Советского союза! Поэтому на вас лежит особая ответственность и чтобы вы не посрамили честь советских военных музыкантов, я беру под свой личный контроль подготовку к этому ответственному мероприятию! Все песни, которые вы будете исполнять на фестивале, должны соответствовать высоким идейно-политическим стандартам.
Я выматерился мысленно, хотя очень хотелось вслух! В прошлой действительности этот "просветитель" тоже несколько раз пытался влиять на наш репертуар и частично это ему удавалось. Все наши выступления в полковом клубе на праздники проходили предварительный прогон с присутствием замполита. Помню он наложил вето на исполнение популярной в то время песни, известной советской группы "Поющие гитары", в которой были такие строчки:
Стой, не стреляй солдат,
Не спеши опять на курок нажать!
Цель - это сверстник твой,
Это весь шар земной!
- Это что ещё за пацифизм, такой?! - взвился майор Шестаков. - Советский солдат должен по первому приказу не раздумывая ни секунды выполнить его! А вы призываете не спешить! Чтобы я больше не слышал этой песни!
- Так её каждый день по радио "Алдан" на весь полк передают! - попытался было оправдаться Виталий.
- Я сказал - убрать! - рубанул воздух рукой замполит. - Я не знаю, кто там разрешил передавать такую песню подрывающую боеготовность войск ГСВГ! Я непременно сообщу об этом безобразии куда следует! Но вы её исполнять не будете!
К счастью его власть ограничивалась только территорией полка и что мы играем у немцев "на дружбе" и даже в ресторане ГДО - его не касалось.
И вот теперь он лезет покомандовать и собирается составлять наш репертуар для фестиваля в ФРГ! Это же катастрофа! Лучше вообще в таком случае не ехать, чем петь о "бессмертном Ленине".