Страница 52 из 68
Очнувшись от аплодисментов, я чуть слышно прошептал:
- Спасибо, солнышко моё! Ты просто мой ангел- спаситель. Люблю тебя! - и не глядя на зрителей, поцеловал руку. Аплодисменты стали громче, а немцы одобрительно чего-то загалдели.
- А ты разве забыл, что мы одно целое? - Габи с лёгким укором посмотрела на меня и с улыбкой пропела: - "Милый, единственный, сон мой!"
Я с трудом оторвал взгляд от её улыбки и посмотрел на зрителей. Все радостно улыбались, но несколько пар глаз выбивались из этой картины: Громов смотрел с лёгким укором, ну, понятно, зачем дразнить гусей? Какой -то пузатенький, но с остатками военной выправки смотрел совсем уж неприязненно, а лощённый молодой красавец-немец липким взглядом целился явно не в меня.
- Мы исполнили шуточную песню двух влюбленных, которые совершенно потеряли головы от любви. - выдал я тут же родившийся комментарий, чтобы оправдать наше "разгульное" поведение. - Влюблённые, они ведь такие. И продолжая эту тему, мы споём одну старую, но получившую новую жизнь песню - " Ландыши"!
Я подумал, что таким макаром мы точно реабилитируемся перед строгими начальниками. Габи улыбнулась понимающе.
Я подхватил аккордеон и над водами Эльбы зазвучал задорный мотив. Габриэль перемешала куплеты и припевы на русском и немецком и судя по грохоту каблуков по палубе, это понравилось всем. Она капризно надувала губки, демонстративно отворачивалась от меня, как бы отвергая цветы не того цвета, вообщем превратила песню в настоящий мини-спектакль.
Громче всех аплодировала Маша-младшая, которая наверное больше других понимала в таких вещах.
- Браво! Молодцы! - перекрывая шум аплодисментов прокричала она.
Мы сыграли ещё три забойные вещи, чтобы свалить народ с ног и когда, несмотря на майскую прохладу окончив танцевать туристы с трудом обмахивались кто чем смог, мы объявили фольклорный блок.
- Виталь, вы можете передохнуть, чтобы не стоять тут столбами. - предложил я. - Мы с Габи сами.
- А много у вас песен? - уточнил Виталий, снимая гитару с плеча.
- Штук пять-шесть будет. - успокоил я его. - Успеете по паре бокалов пивка дёрнуть!
Уговаривать парней не пришлось.
Немецкие народные песни, как и ожидалось прошли на ура! Мне даже показалось, что некоторым пожилым парам они понравились больше, чем всё остальное, исполненное нами ранее.
Шлёпанье лопастей огромных колес парохода стало тише и заметно медленнее. Довольно резвое ранее движение кораблика, несмотря на то, что греб он против течения, замедлилось и нос судна стал заворачивать налево, к берегу.
- Прибываем! - прозвучало из репродуктора по-немецки, но слово для меня было уже знакомо. Темпы изучения языка меня радовали. При этом мне не приходилось заучивать новые слова и зубрить фразы, всё это запоминалось как-то само собой, а смысл некоторых слов, я понимал интуитивно.
- Сложите инструменты аккуратно и так, чтобы они не упали в случае какой -нибудь качки от проходящего парохода! - распорядился старшина.
Я уложил аккордеон в футляр, как и обе флейты и засунул их под стул.
- Пойдём? - обратился я к Габи и автоматически взял её за руку.
- Песенки про влюбленных окончены! - услышал я за спиной голос и обернувшись увидел улыбающееся лицо Ключного. - Вот так и выдаются секреты!
- Да разве ж от вас, Василий Иванович, что-нибудь утаишь? - вздохнул я, но руку Габи пришлось отпустить. Чёртова конспирация!
Сходни уже грохотали под ногами туристов, оркестранты терпеливо ждали своей очереди. Я придержал Габи и мы последними сошли на берег. Я оглянулся и не обнаружив никого идущего за нами, снова взял её за руку. Она тихонько засмеялась.
- Ну а я виноват, что я скучаю?! - сказал я, постаравшись воспроизвести её интонации. И видимо это у меня получилось, потому что Габи прыснула и немного покраснела.
- Аааа, то-то же! - сказал я прищурив глаза.
Кавалькада пассажиров медленно поднималась по неширокой тропе в горы. Справа от неё весело бурлила речушка с абсолютно прозрачной водой.
- Ух ты, смотрите - рыба! - раздался впереди изумлённый голос Студникова. - Да это форель!
- Студников, да рыбу не найдёт! Такого быть не может! - ответил ему смешливый голос Крылова.
- Не, ну правда, смотрите - сколько её тут! - продолжал проговаривать главный рыбак оркестра. - Эх, знал бы - удочки захватил!
- Ага и влетел бы на штраф размером с твою зарплату! - подколол его Конюшков. - Тут же туристическая зона, рыбу для красоты выращивают, а тебе бы только пузо набить!
Дорога петляла в гору вдоль речушки и на одном из поворотов я вглядевшись в густой лес слева от неё удивлённо сказал обращаясь к Габи:
- Посмотри, какие красивые цветы! Это и есть ваши "Майские кучеряшки"?
- Где? - распахнула глаза Габи. - Я никогда не видела как они растут! Пойдём посмотрим?
- Конечно! Давай быстрее! - я потянул её за руку, но за первым же деревом сгрёб её в охапку и припал долгим поцелуем к её губам, которые не давали мне ни о чём другом думать всю дорогу!
- Ох, живительное блаженство! - простонал я. - Ещё чуть -чуть и страна потеряла бы одного из своих сыновей!
- А, цветы? - тихо спросила Габи.
- Да вот же самые красивые и нежные цветы! - ответил я и теперь уже мягко поцеловал её снова. - Ну что может быть прекрасней?!
- Сумасшедший! - Габи прижалась ко мне всем, чем смогла.
- Так, фройлян, вы помните о моих тонких настройках? - прошептал я ей в ушко и пощекотал его губами.
- А вот нечего бедную девушку обманывать и тащить в лес! - засмеялась Габи и потянула меня за руку. - Пойдём уже, а то если и мои настройки проснутся, то мы тут и заночуем!
- Ого! - искренне восхитился я. - Габи, а ты знаешь, что ты просто мечта любого мужчины?
- Мне любой не нужен! Мне нужен только ты! - чмокнула меня в нос она и потащила за руку на дорогу.
Наш караван не успел уйти далеко и мы быстро его догнали. Последним шёл Василий Иванович, который при нашем приближении обернулся и с улыбкой покачал головой. Габи нагнув голову улыбнулась, а я развёл руками.
В конце пути нас ждал огромный театр под открытым небом. Задник сцены образовала высоченная каменная стена, словно специально созданная для этого. От неё полукругом располагались ряды скамеек поднимающиеся вверх по склону, образуя самый настоящий амфитеатр, фото которых я помнил ещё по школьным учебникам.
- Пойдём на самый последний ряд? - предложил я напустив на себя невинный вид.
- Саш, ну оттуда будет плохо и видно и слышно! - просительно сказала Габи, а потом улыбнувшись, добавила. - Думаешь, я не знаю зачем ты меня туда зовёшь?
- А ты, что ли против?
- В данный момент - да! - прихлопнула Габи ладонью по моей руке. - Сейчас мы посмотрим спектакль. И ты мне потом расскажешь содержание. Так что слушай внимательно и не отвлекайся!
- Даже на тебя? - сделал я удивлённое лицо. - Не, я так не смогу! Хотя, если там будут красивые артисточки...- задумался я.
- Вот тогда разрешаю отвлекаться! - закончила за меня Габриэль и ткнула меня кулачком под ребро.
- Уййй! - сморщился я. - Открываю счёт по моральной компенсации!
- Открывай, открывай! - кивнула Габи. - Я тоже буду считать тех ар-тис-то-чек! - старательно выговорила она.
Мы выбрали места по центру, насколько возможно ближе к сцене. Первые ряды занимали конечно же боссы.
Сцены, в общепринятом смысле не существовало. У подножия отвесных скал был выстроен кусочек средневекового города, с тремя домишками, образующими улицу, кусок каменной стены, за которой высился замок, перед стеной был самый настоящий ров с водой и подъёмный мост. Всё было очень необычно и все наши музыканты видели такое, конечно же впервые. А я, хоть и был уже здесь ранее, причём без Габриэль и , вроде бы тогда отвлекаться было не на кого, очень смутно помнил, что там происходило. Поэтому, когда начался спектакль все с неподдельным интересом наблюдали за действием. По улице городка на сцене промчались самые настоящие три рыцаря, закованные в настоящие латы и на настоящих, естественно, лошадях. За ними даже пыль поднялась не бутафорская. Ворота замка опустились, превратившись в мост и копыта коней прогрохотали по мосту. В скором времени из замка выехал явно кто-то важный, потому что латы его сияющие на солнце,были украшены замысловатым узором, в руках он держал щит покрытый голубой эмалью с золотыми лилиями, а на шее - повязан шарф из нежнейшего шёлка. Рыцарь придержал коня и оглянулся. Из окна замка ему махала и посылала воздушные поцелуи девушка, шарф которой,по всей видимости и был повязан на шее рыцаря.