Страница 44 из 68
- Это не та ли, которой ты ещё в прошлом году отвечать не стал? - постарался заглянуть мне через плечо Алёхин. - Настойчивая....
Я отвернулся и разорвал конверт. Из него едва не выпал маленький листок бумаги, на котором была написана всего одна строчка: "Сегодня в 20:40, где обычно"
Пяти секунд мне хватило, чтобы понять кто автор этих строк.
"Даже время подхода до парка подсчитал", мысленно усмехнулся я. "Интересно, что за срочность?"
В парк я успел как раз вовремя. Ещё на подходе к собачьей площадке меня облапила и облизали Линда, которой теперь Громов разрешал такие вольности, поняв, что не в силах запретить это. Линда радостно скакала рядом со мной, пока я подходил к скамейке, на которой сидел её хозяин. Когда мы подошли достаточно близко, она оставила меня и подбежав к скамейке выдала длинную речь на своём собачьем языке, задирая голову, словно укоряя хозяина:" Ты чего сидишь?! Не видишь кто пришёл?"
- Да понял, понял! - потрепал её по загривку Громов, поднимаясь. - Все прямо с ума посходили от этого Любимова!
- А кто-то ещё? - глядя невинными глазами спросил я и добавил: - Здравия желаю, товарищ полковник!
- И тебе не хворать! - улыбнулся Громов протягивая руку. Мы обменялись рукопожатием.
- Пройдемся? - предложил он и размахнувшись запулил, что было сил теннисный мячик в дальний угол площадки. Линда рванула за ним, выбросив мощным толчком целую груду крупного песка, которым были посыпаны все дорожки в этой части парка.
Я шёл молча, ожидая начала разговора.
- Ваша группа в полном составе едет на фестиваль в ФРГ. - начал Громов без вступления, глядя на меня. Проверяет реакцию?
- Хорошо! - кивнул я спокойно и уточнил: - Начальство уже утвердило?
Громов только молча крутнул головой.
- Для этого я тебя и вызвал. - пройдя пару шагов сказал он. - Вижу, что это для тебя не новость и не удивлён. Единственное, не знаю откуда ты это знаешь?
Подождал, ожидая моего ответа.
- Да какая разница, Стёпан Афанасьевич? - пожал я плечами. - Как любил говорить один мерзкий персонаж: "Главное, что информация достоверная". Так что там с поездкой? Есть какие то проблемы?
- Проблемы у нашей службы и начальства одни: чтобы ничего не случилось.
- А в это "ничего" что входит? - поинтересовался я.
- Первое, конечно, чтобы никто из вас там не остался! - полковник искоса посмотрел на меня.
- А второе? - не обращая на это внимания, уточнил я.
- Второе, менее важное, но также не должно случиться, - продолжил Громов. - Если говорить простым казенным языком - чтобы вы ничего не выкинули позорящее честь советских воинов и граждан.
- Ой-ёй-ёй! - засмеялся я. - Такая "честь", что аж страшно! Хорошо, проведу инструктаж среди парней, чтобы мимо унитазов кучи не валили, сопли рукавом на сцене не вытирали и - что там ещё обычно советские люди делают, вырвавшись заграницу? А, морально разлагаются, во! Постараюсь, чтобы не совсем разложились, хотя сами понимаете, в их буржуазной среде это очень проблематично сделать.
- Саша, ты когда -нибудь бываешь серьёзным? - спросил Громов.
- Бываю, Степан Афанасьевич, - согласно кивнул я. - Когда вещи действительно серьёзные, а когда вот такое - меня смех разбирает! Почему "антинародные капиталистические режимы" не боятся, что их граждане во время поездок в "светлое будущее всего человечества" СССР и другие социалистические страны не убегут туда или не накупят костюмов фабрики " Большевичка" для перепродажи у себя на родине? Или кожаные джинсы той же фабрики? Чем "скомпрометируют" высокое звание капиталистического гражданина! Видите, даже вам смешно, а вы хотите, чтобы я это слушал с серьезным лицом.
Громов долго смотрел на меня. Вспомнил о джинсах фабрики "Большевичка" и опять ломает голову откуда я знаю?
- Ладно, я вижу что обсуждать тут нечего. - нарушил он молчание. - Но остаётся вопрос по персоналиям.
- То есть? - насторожился я. - Кого-то из нас выпускать не хотят?
- Да нет, как раз наоборот!
- Всё равно не понял.
- Саша, ты же понимаешь, что одни вы не поедите.
- Конечно понимаю! - согласился я. - До такого разгула свободы нам далеко. Слава богу, не на диком Западе живём.
Громов пропустил мимо ушей мою шпильку.
- Естественно, что во всей советской делегации будет несколько сотрудников, но нам настоятельно рекомендовано прикрепить такого же товарища и к вашей группе.
- Мадрэ Мия! - вырвалось у меня. - Кгбэшник в нашей группе!? Он прям в погонах выступать будет? "Маузер" пусть хоть снимет с бедра!
- Саша!
- Да что, Саша?! - еле сдержался я. - Как же достала "родная власть" своим маразмом! А потом вы удивляетесь, что люди бегут от такой "материнской любви".
- Успокойся и давай решать этот вопрос, с меньшими потерями для вас.- примиряюще сказал Громов. - Ты же понимаешь, что в противном случае найдут повод вас вообще не пустить. Заболеете дизентерией, например...
Дизентерия - как много в этом слове!..
Я вспомнил, как в прошлый раз провёл два месяца в Дрезденском военном госпитале из-за вспышки как раз этой самой дизентерии. Гвардейская, закаленная в боях, славная Первая танковая армия ГСВГ полностью потеряла боеготовность по случаю жидкого стула у большинства её воинов.
- И куда мы его всунем, вашего "холодноголового и чисторукого"?
- Как ты сказал? - не сразу понял Громов.
- Ну, у вас же чекисты все такие? - хмыкнул я. - С холодной головой и чистыми руками. Три раза ха-ха!
- Как же трудно с тобой, иногда... - покачал головой Громов и продолжил. - Именно для этого я тебя и позвал. Ты лучше знаешь кто и за что у вас в ансамбле отвечает и на какую что ли, должность, можно пристроить человека из комитета. Ты же понимаешь, что в обычных условиях никто бы вас и не спрашивал - назначили приказом и всё! Могли бы даже кое -кого из вас заменить, тем более, что в ФРГ вас никто в лицо не знает. Так что....
- Я понял, Степан Афанасьевич, извините! - желание шутить пропало и я задумался.
Какое-то время мы шли молча. Я думал, Громов терпеливо ждал, изредка поглядывая на меня.
- Степан Афанасьевич! - пришла мне гениальная, как мне показалась, идея.- С вас шампанское!
- Это за что же? - усмехнулся он.
- За бесплатную поездку зарубеж! - торжественно сказал я.
- То есть? - приподнял брови полковник.
- Если уж без родных органов не обойтись, то лучше вашей кандидатуры не найти! - твердо сказал я. - И начальству спокойнее и нам вы мешать не будете.
- Ты собрался за пару недель обучить меня игре на каком-то инструменте? - засмеялся Громов.
- А что, это идея! - засмеялся и я, представив Громова на сцене с бубном Малова. - Но, нет, я не настолько издевот!
- Кто?! - Громов засмеялся ещё громче.
- Издеваться, говорю, над вами не собираюсь. - успокоил я его. - Запишем вас настройщиком инструментов, звуко и радиоинженером. Понятно, что звукорежиссёры там будут свои и к пультам вас не подпустят, но это как раз и хорошо - вы же вряд ли что-то в этом понимаете. Но не думаю, что устроители будут принимать экзамен от участников на предмет знания своей позиции.
- Нам предложено только направить список и количество участников. - вставил Громов.
- Ну и прекрасно! Я так и думал! - обрадовался я. - Значит единственная проблема - это убедить своё начальство, что без вас мы все разбежимся прямо со сцены. Как вы думаете, это возможно? Вы же понимаете, что посторонний комитетчик нам в группе ну оооочень не желателен! Даже если бы это был профессиональный музыкант. А вот вам эта поездка будет очень полезной, обещаю!
- Опять что-то задумал? - с подозрением посмотрел Громов.