Страница 27 из 136
Он заметил, как Гермиона слабо прикусила губу, дыхание сбилось, радужки потемнели.
«Неужто та самая Грейнджер, что смогла возбудить Снейпа, тем самым вызвав мой интерес?» — подумал Тео и виновато посмотрел на член, пытаясь спрятать его обратно в боксеры.
Они все еще играли. Ему нельзя выходить из роли.
— Не-а, — весело прошептала Гермиона, убирая мешающий локон за ухо.
«Что же ты сделаешь? Как будешь выполнять задание?»
Тео с интересом наблюдал за ее движениями: как она медленно присела рядом, как положила ладонь на выпирающий стояк, как нежно сжала его, погружая в развратные мысли.
— Блядь… — сквозь зубы прошипел Тео. Тепло женской ладони на члене — это приятно. А тепло ладони той, кто поможет ему унизить Малфоя, — вдвойне приятно.
Несмотря на то что Гермиона имела не так много практики, сейчас она показывала себя очень уверенно, плавно оттягивая резинку боксеров. Она вновь прикусила губу, томным взглядом скользнув по Тео.
Вероятно, она думала, что он был полностью в ее власти, и в этом была огромная доля правды. Особенно это подтвердилось, когда Тео тихо простонал от прикосновения к влажной головке.
С каждой минутой вероятность отключения мозга в пользу чувств увеличивалась в геометрической прогрессии.
— Какой мокрый… — Гермиона сидела перед ним на коленях, склонившись над членом.
Взгляд невольно упал на аккуратную грудь.
Держаться. Нужно держаться.
«Она сейчас возьмет член в свой теплый рот… оближет скользким язычком… посмотрит на него жадным взглядом… Черт подери!» — выругался про себя Тео.
Он шумно сглотнул, когда почувствовал ее губы в зоне нижнего пресса, а когда ее язык прошелся по полоске торса, и вовсе простонал, кусая нижнюю губу.
— Гермиона, черт. Что ты творишь? — Он внимательно наблюдал за ее движениями, позволяя себе зарыться пальцами в густые длинные волосы.
— Разве не видно? — Когда она подняла взгляд, у Тео больше не осталось сомнений: это была та самая Гермиона, которую он видел на паре. Легкая усмешка, тяжелое дыхание и взгляд… взгляд, полный желания и голода.
И именно в этот момент проскользнула шальная мысль, что эта девочка справится с отбором. Конечно, при условии, что она будет в таком состоянии с самого начала.
«Какая она странная… Первый раз вижу человека, который так кардинально меняется, когда возбужден. Черт, это так будоражит! — Он пытался сдержать безумный оскал от переполняющих эмоций. — Держи себя в руках, Тео. В руках…»
Тем временем Гермиона уже целовала его шею, с каждой минутой быстрее двигая рукой на члене. Слабо отстранившись, она жадно посмотрела ему в глаза.
— Гермиона, хватит… — прошептал Тео, чувствуя, что вот-вот потеряет контроль. — Если ты продолжишь так смотреть на меня…
— Как смотреть? — Она приблизилась непростительно близко к его губам и игриво провела по ним кончиком языка. — Неужели лежать и сопротивляться желанию — это все, на что ты способен при виде меня?
Ее слова… Как же они терзали его, манили. А Гермиона просто улыбалась, нагло смотря.
Она знала: он под ее контролем.
Тео должен держаться. Он не мог допустить, чтобы эмоции разрушили план. Нельзя переходить грань и давать ей то, чего она хотела… нельзя.
— Слабо, Тео, очень слабо, — тихо сказала она, убирая руку с члена и вставая с кровати. — Я разочарована.
Черт, она дразнила его! Провоцировала!
«Может, сделать ставку на ее желаниях, не на чувствах? Вероятно, это подчинит ее даже больше, чем дурацкая игра в любовь», — задумался Тео.
— Я была о тебе куда лучшего мне… — Но не успела она договорить, как в одно мгновение оказалась прижата крепким телом к постели. Тео навис над ней.
— Почувствовала власть — смелой стала? — Одной рукой он держал ее скрещенные запястья над головой, второй водил большим пальцем по пухлым губам, смазывая нежно-розовую помаду на подбородок.
Гермиона облизала палец, не отрывая взгляда от его глаз. От нее так и веяло желанием, похотью… Она была голодна.
— Не стараешься, — холодно произнес Тео, разрывая верх теннисной формы.
Запах Драко, ударивший в нос, разжег пожар, который вряд ли можно было потушить простым сексом.
Желание завладеть ей охватывало разум с новой силой. Тео больше не мог сдерживаться. Ему хотелось оставить на ней метки, хотелось окутать своим запахом — стереть напрочь даже слабые нотки приторного пломбира с ее кожи.
Он бесцеремонно раздвинул ей ноги, задирая юбку.
— Скажи, чего ты хочешь? — Тео усмехнулся, задевая возбужденным членом мокрую ткань.
— Почувствовать, ха… — С ее губ сорвался тихий, сладкий стон, наполняя комнату страстью.
— Что почувствовать, Гермиона? — издевательски спросил Тео. Конечно, он прекрасно понимал, чего она хотела, понимал, чего желала и по чему изнывала.
В подтверждение догадкам она медленно начала двигать тазом, прижимаясь к члену.
— Блядь, Нотт. Если ты сейчас же не трахнешь меня, я за себя не ручаюсь! — на эмоциях выпалила она, и он заметил, как по ее шее пробежали мурашки.
Что ж… ему не нужно повторять дважды. Отодвинув ткань трусов, Тео резко вошел в нее, сдавленно простонав от узости влагалища.
— Ай-х! — вскрикнула Гермиона, вжимаясь в стенку кровати.
— Ты что… — Он удивленно приоткрыл глаза, чтобы рассмотреть ее лицо. Это был ее первый раз?
— Нет. Но мне больно, — призналась Гермиона. Она стала меняться с такой же скоростью, как и возбуждалась. Вероятно, чувство боли стало приводить ее разум в ясность. Она отвернулась от него, сжимая пальцы.
Но Тео не хотел, чтобы все закончилось вот так. Он уже решил подчинить ее себе, так просто она не сорвется с крючка.
Она будет принадлежать ему — физически и эмоционально. У нее не должно остаться другого выбора.
Он плавно примкнул губами к нежной шее, оставляя на ней легкие поцелуи.
— Веришь мне? — прошептал он на ушко, прикусывая мочку.
— Да… — хрипло ответила Гермиона, понемногу расслабляясь от ласк.
— Мне остановиться? — Тео медленно начал двигаться внутри нее, параллельно спускаясь поцелуями на грудь.
— Не смей… — рвано прошептала Гермиона, а после нескольких уверенных движений и вовсе глухо простонала.
Заметив, что член больше не доставлял ей дискомфорта, Тео переключился на быстрый темп, комкая ее волосы в ладони. Он не любил нежный секс — только грубо, только с зашкаливающими эмоциями.
Ощущение, когда член входил в мягкое, горячее влагалище, казалось самым ярким и желанным чувством, которое можно было испытывать в жизни. Каждый толчок заставлял забывать обо всем. Правила? Какие к черту правила, когда тебя трясло от сильного возбуждения, когда ты ощущал тот самый кайф от мысли, что это неправильно, пошло, грязно.
— Тео, ах… — сорвалось с ее губ в очередной раз, когда головка члена ударилась о шейку матки. — Пожалуйста, не останавливайся! Черт, черт…
Она извивалась под ним так, словно уже не раз занималась сексом. Да и какая на хер разница, если она до чертиков сносила голову протяжными и громкими стонами.
Больше… ему нужно было больше доказательств ее податливости. Ему мало того, что она под ним, мало ее стонов, мало…
Полностью окунувшись в похотливые мысли, Тео склонился над ее шеей, сильно впился в нее губами и оставил глубокий засос на нежной коже. Она не оттолкнула, наоборот, сильнее прижала его голову к себе.