Страница 28 из 86
- Принадлежность к клану взамен на все?
- Есть еще одно условие, эльтем, если позволите. Только одна просьба.
- Какое же? - я насторожилась.
- Прошу сохранить мне жизнь и свободу и не расторгать брак в течение нескольких лет. Я надеюсь помириться со своей матерью, чтобы в случае нашего с вами развода мне было куда возвратиться. Это возможно?
- Внесем этот пункт в контракт.
- Достаточно будет вашего обещания, эльтем. Вы согласны?
- Но вы же понимаете, что я не могу согласиться стать вашей женой по-настоящему? Только фиктивно. По крайней мере, пока.
- Я не смею мечтать о большем сейчас, но стану надеяться когда-нибудь достичь вашего расположения.
- Что, если у меня будет другой мужчина? - перед глазами так и стоял Альер. Влюблённый, горячий, красивый. Впрочем, Эстон тоже очень хорош собой, тут ничего не скажешь. Стройный, элегантный, высокий, умело ухаживает за мной. Это очень приятно –ощущать себя женщиной рядом с мужчиной-чудом, подарком, которым восхищены.
- Я готов стать хоть третьим, хоть пятым вашим мужем. Это, не считая наложников.
- Даже так?
- На все воля эльтем. Только ей решать, сколько мужчин будет в гареме. Чем больше клан, тем он сильней. Мой совет – выбирайте в мужья тех, кто будет полезен. Я буду счастлив стать отчимом всем вашим будущим детям.
- То есть, только контракт и все? И у вас тоже будут любовницы?
- Хм, - Эстон потупился и чуточку порозовел, - Вы слишком добры. За одно подозрение в измене любая эльтем оторвет голову своему мужу. Или испепелит его. Или лишит клана. В зависимости от того, насколько она будет обижена.
- То есть, вся власть будет в моих руках?
- Матриархат. Единственное, что может вам помешать убить меня – этим вы рискуете испортить отношения с моей матерью, если я найду слова, чтобы помириться с ней. В противном случае и это не будет важно.
- Я согласна, - выпалила я и закусила губу. Черт, во что я опять собралась вляпаться?
- Это чудо, - расцвёл Эстон.
- И я не стану ревновать. Заводите сколько угодно любовниц.
- Вы слишком добры ко мне, Диинаэ.
- Когда наша свадьба?
- Сегодня же. Сразу после обеда, если вы не возражаете. Я могу надеяться получить метку?
- Метку?
- Говорящую о том, что я стал вашим мужем, - глаза Эстона засверкали. В них отразилась такая надежда, как будто я единственная, кто способен спасти его жизнь.
- Как ее ставят?
- На запястье. Просто коснитесь его своим даром, этого будет достаточно.
- Хорошо.
Эстон чуть не зубами расстегнул манжет рубашки, протянул свою руку ко мне через стол. Темная кожа, немного искрящаяся, будто присыпанная перламутром. Я прикоснулась к ней ладонью, попыталась ухватить свою магию. Не сразу, но она поддалась, выхлестнулась в ладонь. Эстон чуть сморщился, но не поспешил убрать руку. Я приподняла ладонь. На запястье Эстона пышно расцвела роза, вены казались будто продолжением ее корешков. Словно моя черная роза напивалась его кровью. Губы мужчины расползлись в улыбке.
- Супруга, - проворковал он безмерно нежно и счастливо, - это лучший подарок из всех, какие возможны. Ваша метка прекрасна.
Мужчина ласково провел пальцами по чернеющим лепесткам, они чуть шелохнулись. Невероятно, словно татуировка ожила.
- Теперь мы женаты?
- Согласно законам Форрей - да. Осталось навестить ЗАГС. Если вам это удобно, вечером мы отпразднуем свадьбу. Скромно, в кругу моих деловых партнеров.
- Зачем? - Я хотел бы похвастаться тем сокровищем, к которому смог прикоснуться, вами, эльтем Галицкая. И моим замечательным пасынком. Юноше будет полезно завести связи.
- Я не представляю, что на это скажет сын
- Уверен, мы поладим. Тем Денис очень умный, воспитанный, практичный.
- Мы точно говорим сейчас о Денисе?
- Разумеется.
Через несколько минут нам принесли блюда. На серебряном подносе горкой возвышались крохотные пирожки, каждый не крупнее мизинца, сверкая полупрозрачными боками. От похлебки шел дурманящий аромат.
- Приятного аппетита, муж, - буркнула я.
- И вам, супруга, - Эстон опять просиял, - Кстати, я хотел уточнить, когда вы планируете навестить унаследованные вами апартаменты? Нужно продлить контракт с феей. Она ухаживает за цветами. Если позволите, я все улажу.
- О каком наследстве идет речь?
- Аделаида оставила вам все состояние своей матери и своё собственное.
- Аделаида, она? - мне стало так горько.
- Сожалею, - Эстон вмиг помрачнел, - Я полагал, вам уже сообщили.
- Нет. Но почему она умерла так внезапно?
- Эльтем, которая не смогла или не захотела принять свою суть, живет короткую жизнь. Она ждала возможности передать кому-то артефакт и все остальное. Исполнила, что должна, и жизнь потеряла смысл. Так порой случается.
- Очень жаль. Я так хотела ее навестить. И не успела.
- Вы бы не могли успеть. Она ушла в тот же вечер, как передала вам артефакт. Только и успела, что оформить завещание. Сожалею, что причинил вам своими словами боль.
- Спасибо, что сообщили. Мне теперь нужно куда-то ехать? Чтобы все уладить.
- К нотариусу. Если позволите, после свадьбы мой водитель отвезет вас туда.
- Не стоит.
- Позвольте, я куплю вам собственную машину? Пока у вас нет доступа к счетам. Эту неприятность я улажу в течение месяца. Переоформлю на вас всю собственность.
Глава 18
Впервые за долгое время я остался один в огромном особняке, никто не прикрикнет, не даст указаний, можно не опасаться получить удар со спины. Сытый, одетый и даже здоровый. Хозяйка прямо велела мне отдыхать. Сама воля господина – великое благо, а исполнить ее – счастье. И я должен исполнить этот простой приказ, чуть дольше задержаться за столом, поглотить еды больше, чем следует, неспешно пройтись по комнатам, чтобы проверить, все ли хорошо в доме. Или это не будет отдых, а тоже работа? Я решил выйти в сад, вдохнул свежий воздух полной грудью, моих ушей коснулось пение птиц, роса скатилась с ветки.
Впервые я не должен был никуда спешить, мог оставаться на месте. Да только внутри неумолимо стучал маховик времени, отсчитывая секунды, казалось, что вот-вот я не успею сделать что-то важное, нужное, требуемое. Эта мысль обжигала, толкала вперед хуже порыва самого сильного ветра. Глаза наслаждались зеленью сада, его редких деревьев, зрелых плодов, а внутри все дрожало от мыслей, желания трудиться, быть и казаться полезным. Каждый смятый куст, неприбранный, как должно, побег причинял мне боль, почти настоящую. Я не мыслил себя без работы. Казалось, нужно бежать, тащить тяжести, переносить письма и улыбаться. Но и это ведь тоже труд – натягивать на лицо гримасу нужного чувства. А я? Я должен исполнить приказ. Отдохнуть. Как это сделать? Одна надежда, я найду успокоение в прогулке на рынок.
Мой взгляд привлек спелый фрукт, одичалый гибрид персика и клубники. Оранжевый, обсыпанный мелкими косточками, словно пудрой, и сладкий внутри. Я долго стоял и просто им любовался, не смея протянуть руку. Казалось, этот плод должен взять кто-то другой, только не я. Разве я смею обрывать плоды хозяйского сада? Но эльтем теперь моя госпожа. Велено толстеть, есть плоды, сколько душе угодно. Я подхватил плод, когда он, казалось, был готов сорваться с ветки под тяжестью собственного сока. Неспешно поднёс к губам, надкусил, съел всю мякоть. Волшебное чувство, косточки перекатываются на языке словно тонкий слой орешков.