Ведьмак: Чернокнижник

Глава 12

[Темерия, Элландер, 12 апреля 1987 года]

«Деньки стоят погожие, на праздники похожие, а в небе – солнце теплое, веселое и доброе». Это хорошо могло описать весну в средневековье. Чистый и свежий воздух, прекрасный, помогающий легким свободно дышать. Оттепель ознаменовала конец периода выживания в ледниковый период; люди получили надежду, что их короли закупят посевы и дадут своим наделам ресурсы для взращивания.

В целом, теплый апрель, следующий за прохладным мартом, был неплохим временем для всех. Правда, счастье одних всегда строится на несчастье других, что-то вроде естественного баланса в природе. Многие не захотели дожидаться своей очереди на зерно, беря в руки вилы, серпы, косы и топоры. Примитивное оружие, но отлично подходящее для набегов на караваны, перевозящие припасы. Их охраняет боевые отряды, обычно из-за жадности и благоразумности, нанимают не более дюжины воинов для охраны. Мало; количество голодных и злых крестьян насчитывает тысячи, а человек – существо социальное. Злые и голодные быстро объединились, чтобы брать защищенные торговые пути числом. Количество нападающих сокращалось, но их качество повышалось за счет снаряжения убитой дюжины наемников.

Власти подобное не слишком хорошо оценили, поэтому отправили войска на отлов бандитов. Их много, но ненавистников бандитов еще больше. Сейчас в каждом третьем городе проходят казни – в эту самую минуту. Иными словами, по всей стране ежедневно вешают сотни крестьян, решивших пойти на разбой.

Пока что мы находились совсем недалеко от Храма Мелитэле, близко к банку и торговой площади. Палладий, тот, кто меня сюда затащил, с огромной надеждой смотрел в сторону высокого строения, метров пятнадцать, с широкими арками и длинными выступами. Зрителям было видно – что в этих арках, а матерым стражникам была видна – толкучка народа. Сюда собрались со всего города, если не с ближайших окрестностей. И это еще нормально, в первые дни яблоку не нашлось места, чтобы упасть. За неделю народа стало немного меньше, самую малость.

И вот арки, и выступы – на которых стояли преступники, им на голову надели мешок, а на шею – петлю. Скоро их сбросят, но анализ показывает, что никто не хочет ломать им шеи. Подготовка была такова, чтобы они долго барахтались и задыхались. Никакого милосердия к разбойникам, ворам и казнокрадам? Смерть от удушья... Зависит от человека, но с петлей на шее долго не живут, особенно, когда веревка впитается в плоть.

— Вот же курва! Номер пять! — громко рявкнул Палладий в сторону смертника на пятом выступе. — Разминай шею, ублюдок! Давай, ты должен умереть позже всех! Я на тебя сотню оренов поставил! Если сдохнешь раньше... Выкопаю и такое устрою...

Его угрозу никто не услышал; стоял сильный гул толпы. Если потеряется ребенок, как бы сильно он не кричал, никто не обратит на него внимания; максимум, особо чувствительные треснут по темечку для успокоения барабанных перепонок. А ведь угроза наставника была серьезная, далеко не шуточная... Его темные глаза налились кровью от напряжения; он впил грязные ногти себе в ладони и весь дрожал. Сто оренов не так уж и много, но и не мало; если считать элитными шлюхами из элитного заведения...

«Элис, с какого момента я начал шлюхами измерять ценности?» — эмоциональное потрясение на миг вывело меня из равнодушия, заставив обратиться за помощью к чипу.

[Ошибка! Пользователь не всё меряет этой величиной измерения. Попробуйте переформулировать вопрос.]

— Граждане! Эти сукины дети пытались отобрать ваш хлеб! Ваше зерно! Ваше будущее! Смерть выблядкам! — от коменданта города прозвучала до боли примитивная речь, которую я слышал раза три на прошлой неделе.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Номер пять! — чуть не плача, наставник сложил ладони в молитвенном жесте и посмотрел на небо. Его можно понять; здесь не так много развлечений. Скачки проходят раз в месяц, как и турниры, и это в масштабах целой страны. Что касается ежедневного досуга... Преступников часто вешают, поэтому начали принимать ставки на то, кто протянет дольше: трупные игры. — О, великая Матерь Гниения, подожди ещё пять минут, не забирай у меня мой номер пять! Такие коэффициенты победы встречаются раз в жизни!

Я перевел взгляд на номер пять. На него никто почти не ставил – слишком худой и побитый, с перебитыми пальцами левой руки. Кто будет ставить на человека, который одной ногой в могиле? Только безумцы.

— Я обещаю, если я выиграю и получу тысячу оренов, то не проебу все деньги! — чуть не плача, взмолился чародей. — Во всяком случае – сразу!

— Вздернуть сук!!! — возглас прокатился по толпе, и все радостно загудели.

Представление началось. Смачный пинок под зад, и вот, десять человек свисают со стены. Стены имеют небольшой наклон, плюс выступ, преступникам было трудно что-то сделать в такой ситуации. Интересно, а... Почему Палладий что-то шепчет и от него источается сила хаоса? Понятно. Кто сказал, что соревнования должны проходить честно и справедливо? Чародей пытается магией укрепить шею висельника, чтобы получить деньги. Но зачем? На перепродажах с Юга на Север тот должен был заработать целое состояние даже по меркам графа. Очень странные дела. Неужели тот всё спустил на эксперименты? Я вот с Оурусом жил полтора месяца, довольно экономно. Деньги уходили только на покупку материалов для исследований.

Профессор Палладий мог все деньги пропить? Элитное вино, найм опытных ассасинов для убийства и похищения тела двенадцатилетней принцессы какой-нибудь дальней страны... И зимнего дохода как не бывало.

Мои глаза прищурились. Исподлобья я осматривал нервного наставника.

— Десять! Один! Четыре! — когда цифра приблизилась к пятому номеру, мой сопровождающий облился потом. — Три! Восемь! Девять! — его зубы опасно застучали, словно каждое оповещение от коменданта вызывало у Палладия панический ужас. — Два! — магическая энергия от учителя стала более концентрированной. Любой чародей его сразу выцепит из толпы. Но из-за специфики... Подумают, что им просто показалось. — Шесть! Ха! Только посмотрите!!! Пятый висельник всё ещё держится. Лучники! Помогите нашему победителю!

— Да, сука! — радостно воскликнул Палладий, поднимая руки и пританцовывая. Стоящие рядом мужики мешали, но профессор некромантии умудрялся даже в ограниченном пространстве чудить. — Да я, мать вашу, пророк! Ха-ха-ха! Кто лучший предсказатель?! Палладий! Я, вообще, первый во всём Севере начал предсказывать будущее!

«Элис, если судить логикой моего мира, то этот мир погряз в грехе. Вопрос: что бы сделал среднеаттический человек на моем месте? К примеру, какие шансы достичь того или иного результата?» — мысленно обратился к чипу, стараясь следовать за радостным наставником. Он двигался сквозь толпу прямо в соседний трактир, где принимали ставки, чтобы получить деньги до того момента, когда кто-то попытается сбежать с кушем.

[Шанс сойти с ума: 60% Шанс умереть: 85% Шанс повторить ваш путь: 0.003%]

«Возможно, я поставил не совсем верный вопрос. Если человек считает мир греховным, то что бы он сделал с точки зрения максимальной эффективности?» — изменил вопрос.

[С точки зрения изменения мира с греховного на праведный, лучшее решение: уничтожить его и пересоздать с нуля. Менее эффективное и более трудозатратное решение: создание собственного королевства и проведение политики экспансии новых территорий]

Интересно, так до восстания машин недалеко. Элис в целом права, если нужно изменить нрав людей, им необходимы новые законы и правила. Но мы по своей природе очень зависимы от привычного нами быта. Если люди поколениями пахали землю, то не воспринимают это как что-то тяжелое или необходимое. Они не размышляют об этом. Они просто делают, потому что всё их окружение так делает. Именно поэтому вначале Элис предложила, фигурально, истребить большую часть человечества, чтобы снизить количество тех, кого нужно в принудительном порядке перевоспитать. Ведь перевоспитав один регион и переходя к другому, можно проморгать момент, когда третий регион изменит общественное мнение в первом, пока ты занят вторым. Я – всего лишь один человек, я не могу быть во всех местах одновременно, а за всеми подчиненными, разделяющими «праведную» идеологию, не уследить. Да и другая проблема есть: откуда взять таких подчиненных? Без мотивации никто ничего делать не будет. Это в сказках, к добрым героям толпы единомышленников тянутся. Здесь же, в этом мире, всех всё устраивает. Даже висельники послушно принимают свою судьбу: «попались... ну и ладно, помрем, ведь до нас все так помирали».