Ведьмак: Чернокнижник

Глава 122

Мы со своей задачей разобрались: профессионально и без потерь союзной живности. И если не смотреть косо на тот факт, что работали только двое — Вильгефорц с приманкой и я с уничтожением, — то командную работу всей армии можно даже похвалить.

Чего нельзя сказать про другие отряды: им достались менее проблемные области, но некоторым не хватило силы, другим нужных людей. Поэтому потери были колоссальными в масштабах неизвестных мне личностей, а худо-бедно известные кое-как пережили все напасти: кто плечо другу подставил, а кто самого друга под удар монстра, прикрываясь мясным щитом от лап чудовищ. По-разному происходило, судя по скандалам внутри армейских отрядов, присоединившихся к осаде Новиграда.

— Черт... сука... Черт!

— Валирис, трижды повторяя определение личности женской и явно рогатой — ты её не призовёшь. Я пробовал. Я некромант со стажем и кое-что в демонологии понимаю. Что уж говорить про тебя... — сокрушенно прокомментировал Палладий, наблюдая за тем, как измазанный в гари и саже Валирис, некогда мой наставник по фехтованию, сейчас использовал меч как трость. Какая-то тварь сильно поранила ему ногу, причем не простая: ядовитая и грозящая скорейшей ампутацией ноги.

— Ой, иди на хер. Что с ногой делать будем? Она красная, как мой хер после бани! О, курва! — резко потер он затылок, как раз в момент, когда я подошел.

— Добрый день, братья-чародеи, — кивнул я, складывая пальцы домиком. — Я самую малость знаю кое-какие чары, способные мертвого на ноги поставить.

— Ага, похвастайся мне тут перед настоящим некромантом, — отмахнулся Палладий, и по-дружески положил ладонь на плечи Валириса. — Коли помрешь, не переживай, я тебя не брошу.

— Быть воскрешенным трупоебом?! — отдернулся он, приподнимая меч как бы говоря, что ни живым, ни мертвым ему не дастся.

— Вы не понимаете. Лечебные чары — в нежить не превращающие, напротив, помогающие не оказаться в числе бесславно изнасилованных трупов.

— Брехня, — ответил мне Палладий. — Трупов нельзя изнасиловать. Они — собственность некроманта и даже мысли об отказе не имеют. И вообще, я не сплю с мужскими трупами. Я по-вашему что, труположец? Нет, дерьмо, как соединить спящего с трупами и мужеложца? Некромужеложец?

— Слушай, тебе давно тупой стороной меча били по темечку? — спросил Валирис, вздыхая и обращаясь уже ко мне. — Я сам знаю кое-какие целительные чары. Да не помогают. Яд магический, любую магию поглощает и усиливает распространение.

Я щелкнул пальцами для вида — на деле Элис уже разобрала структуру яда и подготовила всё необходимое для нейтрализации без прогнозируемых побочных эффектов. Секунда — и человек на грани ампутации вновь становится абсолютно здоровым и подлежащим выписке.

Хм... Это же не первое спасение человека за две сотни лет?

— Я использовал инфернальную магию для исцеления. Проверяй, — бросил я жестом в сторону застывшего в оцепенении Валириса. Он сразу почувствовал изменения, но столь быстрые и резкие, что немного впал в абстракцию.

Палладий, напротив, столько трупного дерьма видел, что не обратил внимания на странности и занялся беглым исследованием раны друга. Вытянул руки и зачитал парочку сканирующих чар.

— Хера се. Сработало, — удивился он. — Как тебя там... Кертис из Третогора? Бывал я в Третогоре. По мне может и не скажешь, но сто лет назад я был в числе героев, победивших Мировое Зло. Никто иной, как Прародитель Чудовищ, пал к моим ногам и молил о прощении за грехи свои... Но я не простил и покарал его некролучом.

— Свой член ты покарал некролучом, сказочник, — пришедший в себя Валирис дал ему подзатыльник. — Кертис, да? В долгу не останусь, если выживем. Ебучие твари.

На эмоциях обматерив весь мир, он отправился к наемникам драться за выпивку... Точнее, грабить. Но, поскольку все были на нервах, особо сражаться за бутыль водки не пришлось. Выдернув одну такую, Валирис отхлебнул, а затем вернулся к нам, протягивая:

— Вот, возвращаю долг.

— Ну ты и крыса, конечно, — поморщился Палладий. — За жизнь водкой расплатился.

— Просто это пока всё, что я могу дать... — вздохнул он, продолжая протягивать водку.

Я не отказался: взял и отхлебнул, затем передал просящим глазкам Палладия.

Дед тоже хотел выпить. Так что нормально я влился в старую компанию, даже мирно уселись недалеко от бегло возведенной оружейной. Закусывали водку запахом железа.

Но не всё было радостно. Кто-то заметил, что я умею исцелять тяжелые раны, и побежал в лазарет, где растрепал весть больным. Через минуту пришла целая молящая толпа, готовая отдать всё за помощь себе или друзьям.

Где Гюнтер О’Дим, когда целая стая разумных особей готова расстаться с душой в обмен на спасение? Хотя, ему не все души нужны — дьявол же коллекционирует только особенные, формируя этот раритетный критерий по одной ему известной схеме.

— Впереди ещё битва. Я могу помочь только троим. Кто это будет — решайте сами, — пожал я плечами, ожидая начала гладиаторских боев. Но не удалось их дождаться — их сразу пресекла Тиссая де Врие, похоже, успевшая расспросить мою группу.

— Пошли вон! — взмахнула она рукой, призывая несколько громовых разрядов, распугавших челядь. Во всяком случае, они отошли на весьма почтительное расстояние. Ну такое, при котором удобно стрелять из арбалета.

— Кертис! Что за ритуал ты провел? Отвечай!

— Инфернальный. Без единой человеческой жертвы, поэтому никаких законов я не нарушил.

— Кроме восьми!

— Я же вежливо попросил закрыть глаза на инцидент, — скрестил я руки, изображая всем видом недовольство. — Ваша просьба выполнена, жертв среди нас вообще нет. Так что с вас амнистия за участие в шабаше, а то придется примкнуть к... как их там... ренегатам, да? У них тоже не самое плохое общество.

— Угрожаешь мне?! — вспылила она.

— Дамочка, — откашлялся Валирис, тут же привлекая недовольный взор Тиссаи. — Сейчас, — он указал рукой в сторону Новиграда, где творился настоящий хаос, вызванный враждой монстров. С кем они бились? Сами с собой за разделение территории, упрощая нам задачу. — Положение, мягко говоря...

— Костлявое, — кивнул Палладий.

— Вот, мясодефицитное. А когда всё плохо, то на законы можно смело...

— Праха посыпать.

— Ибо кто сильнее, тот и прав. Если мой хороший друг, — он указал на меня. — Что-то нарушил, то я готов выступить его защитником, как и уважаемый член Капитула Чародеев — Палладий.

— Я? — удивился тот, но увидев во взгляде мечника что-то пугающее, тут же закачал головой. — Кертис не виновен. Если надо, даже Альзур заступится.

— Сучья банда, — фыркнула чародейка, явно находящаяся на грани взрыва, пока что эмоционального. — Новых друзей себе завел, да? Сперва Вильгефорц тебя выгораживал, теперь ещё недо-герои. Поздравляю, ты прощен! Доволен?!

— Прости и простим будешь, — безэмоционально отреагировал я, сухим и безжизненным голосом продолжив: — Но я буду всю ночь каяться и сокрушаться, если вам будет легче.

— Если мы доживем до покаяния... — поддержал Валирис. — Курва, тут есть какой женский храм поблизости? Мне это, покаяться надо.

— Кхм... Если на то пошло, где тут склеп? — привлек внимание Палладий.

— Мерзавцы.

Чародейка едва не сплюнула на землю и взбешенно отправилась проверять оставшиеся силы на готовность. Я же, поговорив немного со старыми знакомыми, отправился искать Цириллу. Она где-то скрылась и особо не выходила на публику.

Нашёл её, как ни странно, на другой стороне... То есть, если мы расположились на западе от Новиграда, то она аж на восточном холме уселась и одиноко смотрела на город.