Ведьмак: Чернокнижник

Глава 104

Aen Elle — возможно, единственные из оставшихся чистокровных эльфов, потому что люди Континента в своей извращенной манере не прочь оплодотворить одну-другую ушастую красотку. За столетия кровосмешения по-настоящему чистокровных эльфов в нашем мире не осталось; их можно найти только в другом, куда народ эльфов переселился и обосновался.

Мы прибыли к пункту назначения втроем, что привело к сложностям, заключенным в утомительной работе над порталом — брешью между мирами. Она наотрез отказалась впускать Джибриил, а я не для того потратил половину дня, чтобы оставить столь полезный козырь в мусорном мире. Таком, где даже никого нельзя сжечь заживо. Отвратительно. Что за варварство?! Брать и ограничивать волю человека в убиении себе подобных? Но к многовековой печали подобных миров полно: везде свои законы и правила, им нужно следовать, если есть желание обосноваться. В мире Джибриил у меня такого желания не появилось. Его можно посетить разве что ради посещения библиотеки для приятного чтения в свободное время от чернокнижных планов. А этих планов, ох, полным-полно!

Особенно на Народ Ольх.

— Мерзкие отродья, но такие понятливые, — покачал головой Вильгефорц при посещении столицы мира эльфов — Тир на Лиа. И пусть к созерцанию местных красот чародей относился с презрением, ко мне он испытывал уважение из-за моего высокоморального выбора жертвы для Белого Хлада.

Просто уничтожить случайный мир как-то некультурно?

Другое дело атаковать сердце угнетателей человеческой расы.

— Давно я не видела рабов... избитых и умирающих от голода, — удивленно осмотрелась Джибриил.

По её меркам действительно давно. Но рабство неотъемлемая часть миропорядка: одним оно помогает удовлетворить свои потребности, других вынуждает мстить. Мы принадлежим ко второй категории.

Народ Ольх сформировал специализированные отряды для вторжений в другие миры. Используя тот же метод, что и задолго до Сопряжения Сфер, они проникают к соседям, грабят, убивают и порабощают их. В этом мире нам встретилось множество людей, которых держат в качестве домашних питомцев. Здесь их эксплуатируют как рабов, но не обычных, а самых что ни на есть ничтожных.

Мы видели памятники, сделанные из человеческих костей; множество людей ходило на четвереньках, и они выглядели так, словно были на пороге смерти после посещения пыточных мастерских.

Тем временем сами эльфы носили лучшую одежду, украшали свои тела драгоценностями и вели себя так, словно были королями мира. Совсем как нордлинги... Таких ломать вдвойне приятно.

Парочку мы уже сломали по прибытии, на них набросился разгневанный проигрышем Вильгефорц, чтобы забрать одежду и привести себя в подобающий вид. Джибриил ему отказывалась возвращать старые шмотки, а портить отношения по пустякам — верх глупости. Я не заступился. Да и, если быть откровенным, Вильгефорц большой и самостоятельный, сам справится со своей проблемой. И так оно и было. Пусть и небрежно, о чём свидетельствовали небольшие следы крови на его новой одежде, а ещё её прокоптил дымок от сгорающих заживо эльфов.

Что порадовало... Джибриил считает всех существ низшей формой жизни. Муравьи друг друга убивают? Известно: что происходит в муравьиной колонии, остается в ней же.

— Летающие кони? Я видел, как одна кобыла мочилась с неба. Но целое стадо? — удивился Вильгефорц, глядя на конных всадников, которые с помощью магии левитации скакали по воздуху.

Оснащение всадников состояло из примитивного оружия, но их зачарованная броня поражала своей прочностью и сопротивлением к магии. Рядовой воин эльфов мог расправиться с дюжиной рыцарей, даже не вспотев.

— Дикая Охота совершает частые набеги на наш мир, похищая крестьян и устраивая бесчинства. Я как-то захватывал парочку в плен, и что немаловажно, они держались достойно, храня секреты местоположения своего мира как страшную тайну. Но в конце концов... Истина в том, что не только человек, но и эльф не властен над собственной волей. Вскрываешь череп, достаешь мозг, берешь в руки... и все секреты как на ладони.

— Мы как-то уничтожили столицу эльфов. Помню бой был захватывающим... — облизнулась флюгель. — Однако здешние представители выглядят хилыми, — в глазах колосса даже великан будет казаться нерадивым ребёнком, о чём свидетельствовала Джибриил. — Навевает воспоминания... и пробуждает давно забытые чувства.

— Вили, не хочешь потренироваться против Дикой Охоты?

— Не называй меня так, — фыркнул он с отвращением. — И да, тела чистокровных эльфов, особенно из числа элиты, обладают неким само собой заманивающим очарованием.

— Отлично, — улыбнулся я, сделав несколько поспешных шагов и оборачиваясь к спутникам. Сделав цирковой жест — стукнув туфлями, я быстрым чтением открыл разлом. — У меня кое-какие дела с черчением рун и чернокнижными шалостями, — провел рукой черту. — Я отлучусь на несколько часов, а вы отдыхайте. Но как? Прислушайтесь к собственному сердцу, оно не обманет.

Отступив в портал и закрыв его, я оставил двух чертовски опасных личностей вырезать столицу эльфов. Самому ушастыми заниматься было муторно, пустая трата энергии, в то время как мне предстояло посетить самый густонаселённый город этого мира. Преимущественно, львиную долю его населения составляли рабы из других миров, а не чистокровные эльфы.

Город рабов, построенный под гнётом эльфийских властителей, соединял в себе всю «прелесть» этого мира. Высокие, уродливые и практичные здания, созданные магией чародеев, служили бараками для хранения рабочего материала. Безвкусные строения возвышались над путниками, как грозные памятники испорченности разумной натуры.

Грязные улицы города были засыпаны пеплом и останками тех, кто пытался восстать против угнетателей в стремлении к свободе, но был безжалостно подавлен. Что удивительно, даже в этом уродливом месте был выделен уголок для поклонения богам. Вдыхая божественное зловоние, я одновременно искал места для поклонения. Шесть, семь, восемь святилищ разным богам. Но молитвы тех, кто взывал к ним, так и не были услышаны. Потерялись. Не достигли цели. Они повисли в воздухе, ведь рабы были иномирцами, а их боги находились непростительно далеко.

Бродя по закоулкам и трущобам, простирающимся на весь город, я всё ближе подходил к центру. Там шли активные работы. Тысячи рабов возводили новый памятник Императору Сеятелю Мира, чтобы затем какой-то эльфийский маг телепортировал проект в более подходящую обстановку. Где лично император помочится на памятник, типа как животное пометит территорию. Ради этого мгновения здесь погибли сотни несчастных пленников.

Я отчётливо слышал их стоны — рабов, у которых отняли имена, достоинство, свободу. Оставили лишь жизнь, заключённую в труде до гроба, скоротечную: стоило кому-то упасть и стать непригодным, как от него тут же избавлялись.

Конечно, можно помочь и освободить несчастных. Но куда? И главное — зачем? Почти всем рабам требовалась помощь психологов, долгий период восстановления, достойное лечение и множество других условий для реабилитации. Дом. Из черепа некогда захваченного всадника Дикой Охоты я узнал, что эльфы лишь недавно принялись строить человечьи фермы, где активно разводили рабов.

Как наши предки разводили скот на убой...

Да и то, благодаря новым реформам. Раньше считалось, что люди не имеют права на любовь, следовательно на удовлетворение похоти в любом её виде. Потому большинство живых существ под гнетом эльфов — новенькие.

— Грязный человек! — привлекли внимание несколько эльфов в полных латах. Они держали копья и, судя по всему, были надзирателями. — Кто твой господин, и как ты посмел бродить по улицам?