Альберт Вескер

— Альберт Вескер, — покачал головой я, положив ладони на бока. — Не пугайся так, это всего лишь культисты. В замке мы определённо встретим врагов получше, а не дохляков с одной ногой в могиле.

— Может… не пойдём? — смело предложила Эшли, пытаясь избежать дальнейших аттракционов.

— Всё ради твоего спасения. Ради него придётся пойти на жертвы, — поучительно поведал я, указывая на её ошибки, убирая руки за голову и вновь вступая на тропу горы.

Надо было сразу перебить культистов, используя ускорение, но тогда было бы слишком скучно. Это как сразу после начала вечеринки смешать коньяк с девяностоградусным спиртом. Будет весело, но недолго, вечеринку, скорее всего, придётся пропустить в уборной.

И вообще, откуда такие мысли о быстром прохождении отпуска? Всё дело в Эшли Грэм. Второй подъём на гору давался ей так тяжело, что пришлось пробудить всю силу джентльмена. Взять на руки? Закинуть на спину? Всё это давно устарело.

Мои глаза, полные веры в женскую самостоятельность, — вот будущее всех джентльменских дел. А то, что глаза скрыты под солнцезащитными очками, — мелкие и никому не нужные детали.

Взобравшись на гору, мы увидели тропу, ведущую к древнему и величественному замку, примечательному своими площадями.

Рамон Салазар был потомком древнего и знатного рода, наделённого властью за решительные попытки защитить местных жителей от Лас-Плагас. Взамен, местные жители платили щедрые подати, которые помогали содержать такие сооружения. Но, как говорится, семья не без уродов. Салазар с детства страдал психологическими проблемами, которые стали причиной его перехода на тёмную сторону силы. Что ещё ожидать от человека, прославившегося обливанием своих служанок кислотой? Только абсолютной преданности культу, желающему поработить мир. Рамон даже убил своих родителей, поднял руку на отца, чтобы захватить власть, которая и не снилась его отцу.

Нехороший карлик, очень нехороший.

Добравшись до крепостных стен, я задумался: каким способом пробраться в обитель зла? Вариантов было немного: найти подземный проход, вежливо попросить стражей открыть огромные ворота или самостоятельно взобраться наверх.

Вздохнув, я покосился на ослабшую после утомительного подъёма девушку.

Ладно, сегодня можно сделать исключение и помочь ей прыгнуть выше головы. Даже выше её самой раз в пять. Для этого ума много не нужно: взять её на руки, тщательно рассчитать силу и подпрыгнуть. Поскольку она живая, необходимо было точно рассчитывать свои возможности, иначе могли бы возникнуть неприятности. Поломка шеи — самая незначительная из возможных проблем.

— Ах! — громко воскликнула она, когда я приземлился на стены замка. Настолько громко, что все ближайшие стражи обратили внимание на неё и её проваленный стелс. Почему на неё, а не на меня? Я поставил её на ноги, и стражи продолжили прожигать её светящимися, как у кошек, глазами.

Надо выручать: я достал пистолет, надел глушитель и в стиле абсолютного хитмана устранил угрозу самыми точными выстрелами между глаз. Были ли нюансы? О, конечно. Один из культистов в чёрной рясе упал с крепости прямо в круг сектантов, решивших поужинать под открытым небом.

Подарок с небес — не иначе, предупреждающий о моём присутствии. Вот культисты уже поднимают головы и видят меня, беднягу, вынужденного достать гранату и выдернуть чеку.

«Горит сарай, гори и замок».

Хуже от брошенной следом за культистом гранаты точно не будет. Это я могу заявить, как Альберт Вескер, сиятельство исполнения надёжных планов. Правда, возникли небольшие, но неприятные проблемы… Замок оказался непростым: в нём были установлены катапульты с подожжёнными камнями, и большие пушки из позапрошлого века. В сочетании с кучей культистов, вооружённых моргенштернами, арбалетами, щитами, булавами и прочим антикварным оружием, я почувствовал себя в средневековье, словно погрузился в атмосферу рыцарства. Собственно, осталось только убить спящую принцессу и спасти дракона.

— Мы все умрём! — громко прокричала Эшли, теперь уже лежащая на моём надёжном правом плече. Как котенка, я нежно удерживал её, стараясь побыстрее уйти от летящих снарядов катапульты.

Эшли, конечно, сильно трясло и мотало во время моих изящных уклонений, но это было лучшее, что я мог предложить. Вообще, что не так с мозгами наших врагов? Они хотят доставить зараженную Эшли президенту США, так почему в нас летят горящие камни? Или последователи Саддлера уверовали, что камни состоят из простых пикселей? Для пикселей они слишком увесисты и горячие, да и разрушают собственность Салазара при приземлении. Эффект разрушения, безусловно, двенадцать из десяти, но можно ли не направлять эти эффекты против хороших гостей?

Мысленно обратившись в пустоту, я добежал до запертой двери в замок.

Ключей не было, но были усиленные вирусом ноги. Один мощный удар без проблем выбил дверь, позволяя нам окунуться в широкие залы, украшенные древними артефактами. Например, изящные красные шторы с защитой от солнца, самоочищающиеся полы — иначе их блеск не объяснить, мистические статуи из дешёвых музеев и многое другое. Пробегая вместе с Эшли по залам, я кое-как оторвался от культистов, спокойно поставив её на ноги.

В который раз за сегодня.

— Меня сейчас стошнит… — блондинка плохо справлялась с моим темпом, поэтому прижалась к стене и начала тяжело дышать. Головокружение, тошнота, всё это усилилось после марафона, но ничего критически опасного. Можно сказать, это была тренировка перед другими, более интересными забегами. Я, вообще, сам, своего рода, Король интересных Забегов. Алексия и Клэр не дадут соврать.

— Ты в порядке? — спросил я из вежливости, проверяя свою амуницию.

Впереди главный холл замка, там наверняка будет хозяин этих угодий. Прямо к гадалке не ходи, все плохие парни любят сказать своим врагам что-нибудь пафосное у порога, а потом прятаться в глубинах подземелья до самого конца. Классика, как бы сказал любой имперский штурмовик.

— Да… ха… я в порядке, — она отодвинулась от стены. — Но можно я сама? Я хорошо бегаю… Для человека…

— Твоя безопасность превыше всего, — сообщил я, повторяя типичное клише в подобных ситуациях, и оно сработало. Девушка мило улыбнулась, доверяя свою безопасность самому надёжному человеку в мире.

Эшли не отходила от меня ни на шаг, и, добравшись со мной до величественно обставленного двухъярусного зала, прямо прилипла ко мне. Но это не удивительно, когда кто-то находится в окружении вооружённых арбалетами культистов…

Нас окружили…

— Альберт Вескер, — противным голосом поприветствовал стоящий на втором ярусе Рамон. Он был немногим выше метра ростом, с седыми волосами и морщинами на лице. Ему вроде около двадцати лет, если я не ошибаюсь, но выглядит он как престарелый аристократ. — Великий Предатель почтил мой замок своим присутствием. Так поприветствуем его с почестями.

Раздвинув руки, он побудил своих пешек начать бормотать что-то неразборчивое — смесь испанского и дотракийского.

— Предатель? — тихо прошептала Эшли, её насторожили слова нашего врага.

— Меня часто с кем-то путают, — пожал плечами я, вновь приподнимая голову, чтобы рассмотреть седого карлика. — И тебе недолгих лет жизни, Рамон Салазар.

— Какое недружелюбие, хотя другого от предавшего устои Амбреллы я и не ожидал. Ты обратил клинок против тех, кто тебя создал. Но я, великий Рамон, — он гордо кивнул самому себе. — Исправлю эту ошибку, если ты не отдашь Эшли Грэм в мои руки. Под защиту моего господина Саддлера. Тебе ведь не впервой предавать?