Альберт Вескер

Пропустив всех дам вперёд, я последним вошёл в лифт, который помог спуститься прямо на третий подземный этаж. Итак, вперед к лаборатории!

Глава 23 — Красная Королева

Третий подземный этаж встретил нас распростёртыми объятиями, но эти объятья принадлежали злобным заражённым. Десятки зомби, услышав звук спускающегося лифта, посчитали его сигналом к началу трапезы. Они понеслись на нас толпой. Однако, столкнувшись с огненным залпом, мутанты быстро пали, словно храбрые воины под градом стрел. Мой отряд непобедим! Он готов оторвать руки всем, кто приближается с недобрыми обнимашками.

— Патроны заканчиваются, — нахмурилась Клэр.

— У меня последний магазин, — тревожно призналась Ада.

— У вас остались патроны? — смущено спросила Джен.

— А откуда берутся патроны? — невинно поинтересовалась Шери.

Наемница смотрела сквозь красные фильтры линз противогаза, и по лёгкому дрожанию было понятно, что она гневалась на «непобедимых товарищей», которые без амуниции оказались в неловком положении. К счастью, зачищать весь третий этаж не придется.

Я хорошо знаком с планировкой этого этажа. И могу отыскать нужную лабораторию по характерным запахам фенола, формальдегида и эфира. Здесь, при желании, можно даже податься во все тяжкие и варить «мет», но зомби, как показала практика, не самые лучшие клиенты.

Без шуток, в этой секции можно создать и «сварить» практически что угодно.

Среди множества коридоров, сквозь защитные стекла, виднелись лабораторные установки, компьютеры и передовые технологии для различных исследований в области генной инженерии. Правда, доступ во многие зоны ограничен, ведь именно здесь учёные разгадывали секреты природы, экспериментируя с вирусами, создавая новые формы жизни и стирая границы научной этики.

— Внимание! — прозвучал голос искусственного интеллекта, когда мы приближались к искомому месту. — В зоне Д-3 обнаружены нарушители.

— Можешь её взломать? — спросил я, обращаясь к нашей хакерше. — Это Красная Королева, ключевой элемент системы безопасности. Если тебе удастся её взломать и заразить вирусом, который распространится по всем её копиям, это будет большим шагом для победы над «Амбреллой».

— Я уже работаю над этим, — напряжённо ответила девушка, быстро проводя пальцем по электронной клавиатуре планшета. — Но нам следует направиться на четвёртый уровень. Там есть терминал для прямого взаимодействия с ней. Если не получится… Подожди… Есть терминал и на самом нижнем уровне, — она открыла карту и начала увеличивать масштаб. — Вот! Если я подключусь к компьютеру директора комплекса, ей придёт конец!

— Компьютер директора…

— Он на первом этаже, — обрадовала Джен.

На обратном пути мы можем атаковать Красную Королеву, что представляется весьма перспективным планом. Спускаться на самые нижние уровни не имеет смысла, ведь там расположено множество экспериментальных зон с крайне опасными образцами G-вируса. Все они являются промежуточными версиями и далеки от совершенства, их вирус неподконтролен и полон уязвимых мест.

— Поспешим? — предложила Ада.

Я кивнул и ускорил шаг к нужной двери. Хотел выломать её, но Джен вмешалась, разблокировав электронный замок. Зачем нужны отпечатки пальцев, когда рядом есть искусный хакер? Всегда мечтал о подчинённых, способных выполнить всю грязную работу, оставив мне лишь дела лабораторной важности.

Войдя в зону для персонала, я серьёзно обратился к команде: — Вы все дамы, и у вас может проснуться женское любопытство, но прошу вас не заходить в зону биологической опасности, если не хотите обзавестись лишними конечностями.

После предупреждения я направился из комнаты подготовки в специальный шлюз — промежуточное место между грязным миром и стерильной зоной специализированной лаборатории. Здесь можно поместить образец G-вируса в специальный контейнер и надеть поверх одежды защитный костюм. Затем войти в кабину для постобработки костюма, и вот — дверь в лабораторию открылась.

Лаборатория выглядела аккуратно: всё было разложено по своим местам, оборудование не повреждено, даже стол стоял на месте, позволяя мне поставить на него контейнер с образцом G-вируса.

Теперь можно приступить к работе:

Сначала необходимо тщательно изучить образец под микроскопом. Если не отметить все изменения в клеточной структуре, вызванные G-вирусом, можно случайно создать новый штамм. К счастью, всё оставалось в пределах нормы — Биркин ещё не успел изменить вирус до неузнаваемости.

Я аккуратно извлёк небольшой фрагмент ткани, поместил его в чашку Петри и начал экстракцию: с помощью пипетки ввёл реагент в чашку. Прозрачная жидкость медленно омывала фрагмент, постепенно окрашиваясь в мутно-зелёный цвет. Но вот проблема: появились желтоватые линии, которых там быть не должно…

Я не являюсь экспертом по G-вирусу; этим занимался Уильям, стремясь получить признание и превзойти Алексию Эшфорд. Потомка одного из основателей «Амбреллы». Она закончила университет в десять лет и получила звание лучшего ученого в области генетики. Уильям был возмущен, когда десятилетнюю соплячку назначили главным научным сотрудником. Не за связи, а за её гениальный интеллект. Сам Уильям, чьи ткани я сейчас рассматриваю, присоединился к «Амбрелле» в шестнадцать лет и считался гением. Однако десятилетняя девочка превзошла его, сильно унизив перед коллегами. Он любил хвастаться, что самый умный в мире. А тут вот как…

Что касается меня, я прекрасен во всех отношениях и никогда не сравнивал себя с другими. Коту безразлично, сколько умных крыс преграждают ему путь. Кот будет жить, а крысы станут его пищей.

Алексия была объявлена мертвой с 1983 года, но обстоятельства её смерти остаются неясными. Очень подозрительными. После улаживания некоторых дел — мне придется посетить остров Рокфорт. Каждый из основателей Амбреллы разрабатывал уникальный штамм T-вируса. На острове могут остаться важные зацепки.

Но это потом.

— Очистить раствор, — пробормотал я, помещая его в центрифугу. Под действием центробежной силы G-вирус отделился от других компонентов, образуя крошечный зеленый осадок на дне пробирки.

Я взял пробирку и с помощью спектрофотометра измерил оптическую плотность раствора, чтобы определить концентрацию G-вируса.

— Неплохо, — кивнул я, перенося образец в герметичную ампулу и помещая её в криогенный контейнер.

Один был готов; теперь нужно подготовить остальные для подруг и продажи. Мне нужен первичный капитал, и почему бы не взять его с ближайшей полки? Не вижу проблем в возможном появлении зомби-апокалипсиса из-за моих действий. Интересно, кто заплатит больше: Запад, Восток, Юг или Север?

Держа последний образец в руках, я снял верх герметичного костюма — еще одно нарушение протокола безопасности, за которым последовало третье: прямое поглощение вируса. Моя кровь недавно адаптировалась к мутагенам, но напряжение не покидало меня. Однако боли или какого-либо эффекта не последовало. Вирус начал расщепляться внутри желудка.

И… черт возьми, я едва успел ухватиться за край стола, на котором стоял неплотно закрытый контейнер.

Прежде чем потерять сознание, я выпрямился, подошёл к контейнеру и закрыл его. Теперь можно было доковылять до стены и медленно опуститься вдоль неё на пол. Ощущение было странным, как будто кто-то влил в меня раскалённое масло. Во рту появился странный привкус, а тело горело изнутри.

— У меня же не вырастут щупальца? — произнёс я вслух, когда в глазах потемнело.

Оставаясь в полудреме, мне казалось, что я не мог пошевелить даже пальцем.

Полная потеря контроля — противное чувство.

Но вскоре я ощутил прилив сил, словно после тяжёлой тренировки, когда ты падаешь, чтобы затем постепенно восстановиться и почувствовать себя сильнее. Силы наполняли тело, позволяя не только прийти в себя, но и открыть глаза, даже подняться. Не так, как раньше, а как правитель нового мира.