Страница 2 из 68
«Веселей, приятель! Они нас не тронут. Я тоже струхнул, войдя сюда, но голод не тётка. Посмотри-ка!»
Предметом вожделений Неда оказался целый бок быка на вертеле; его, стоя у громадного старинного очага, устроенного в углублении в полу, медленно поворачивали над пылающими углями два повара. Сок и жир шипя стекали с раскалённого мяса прямо в огонь. Время от времени повара переставали крутить вертел. Длинными острыми ножами они отсекали кусок мяса для кого-нибудь из клиентов, а полученные деньги прятали в карман. Очаг был сооружён в центре таверны. Сквозь пылавший в нём огонь виднелась стойка и несколько столов. За самым большим из них о чём-то спорили, а вокруг стояли любопытные.
Нед стал подталкивать Бена к этому столу, пытаясь подбодрить юношу: «Ну-ка, посмотрим, не перепадёт ли нам тут упавшая монетка!»
По обе стороны стола выстроились команды двух пиратских судов: испанского — «Морской дьявол» и французского — «Крошка Мари». Матросы наблюдали, как сражаются их капитаны, играющие в горошину. Выигрывал Рокко Мадрид, капитан «Морского дьявола», владельцу же «Крошки Мари» Рафаэлю Турону явно не везло. На столе лежал превосходный палаш Мадрида с клинком толедской стали и с рукояткой в серебряной оплётке. Рядом с ним все росла и росла горка золотых монет разных стран. Капитан-испанец лениво теребил чёрные с проседью кудри и, едва раздвигая губы, улыбался Турону:
— Ну, решайся, амиго, где же горошина?
Капитан-француз Турон поглаживал короткопалой, с квадратными ногтями рукой жёсткую тёмную бороду и переводил глаза с одной перевёрнутой скорлупки грецкого ореха на другую. Три такие скорлупки лежали на столе между игроками. Турон метнул на Рокко сердитый взгляд и пробормотал:
— Не торопи меня, Мадрид!
Тяжело вздохнув, отвёл глаза от жалкой горки монет, лежащей на столе рядом с его абордажной саблей. Закусив губу, он опять уставился на три ореховые скорлупки, а Мадрид в это время барабанил пальцами по столу.
— Я и не думаю торопить тебя, амиго! Может, мне позволить себе сиесту, пока ты ищешь нашу милую малютку-горошину?
Команда «Дьявола» одобрительно заржала, радуясь остроумию своего капитана. Чем больше золота терял Турон, тем медлительней и неохотней он играл.
— Что ж! Тебе, может, и мила эта малютка-горошина, — сказал капитан-француз, — но мне-то уж ничуть — из-за неё я десять раз подряд проиграл.
Рокко покрутил нафабренный ус, наслаждаясь досадой своего противника.
— Кто знает, амиго, малютка-горошина, она коварная, вдруг переметнётся и полюбит тебя! Ну, решайся, амиго!
Турон не стал медлить. Быстрым движением он перевернул скорлупку, лежащую посередине. Под ней было пусто. Команда «Дьявола» разразилась ликующими криками, а матросы с «Крошки Мари» громко застонали. Тыльной стороной руки Турон подтолкнул пять столбиков монет к испанцу.
Одна из них, звякнув, упала на пол. Нед набросился на неё, как ястреб на голубку. Прошмыгнув под столом, он взял монету в пасть. Мадрид протянул к нему раскрытую ладонь и резко скомандовал:
— Ну-ка! Отдай!
Нед, будто не замечая испанца, смотрел большими чёрными глазами на Турона. Французу Лабрадор понравился, он тоже протянул к нему руку и ласково спросил:
— Чей это славный пёс?
Бен подошёл к Турону:
— Мой, сэр. Его зовут Нед.
А сам мысленно приказал Лабрадору: «Отдай монету ему. Он, по-моему, лучше, чем этот испанец».
Нед вильнул хвостом: «По-моему, тоже. Держите, сэр», — и он выплюнул монету в ладонь французского капитана.
Испанец взревел и схватился за палаш:
— Деньги мои! Верни их мне!
Турон улыбнулся и подмигнул Бену; отделив от своей кучки ещё одну новенькую золотую монету, он бросил её через стол Рокко Мадриду.
— Возьми эту. Пёс мальчишки честно заработал золотой. Как тебя звать, паренёк? Говори, не стесняйся.
Бен приложил палец к виску:
— Моё имя Бен, сэр!
Турон подкинул золотой в воздух. Бен ловко поймал его и стал ждать указаний. Француз одобрительно кивнул.
— Принеси мне кусок мяса да ещё эль. Сдачу оставь себе. Купишь что-нибудь вам с собакой.
Бен поблагодарил Турона и позвал с собой Неда.
«Пошли, друг, попробуем это мясо!»
Нед поднялся на задние лапы, передние положил на стол, рядом с французским капитаном, и ответил Бену: «Ты иди, а я останусь здесь и пригляжусь, что тут делается. Не нравится мне, что испанцу так везёт. Подозрительно это. Да, косточку мне выбери, где побольше мяса и жира».
Капитан Турон погладил чёрные шелковистые уши Лабрадора:
— Оставь здесь Неда, Бен. Чувствую я, что он приносит удачу.
Бен, расталкивая локтями посетителей таверны, отправился добывать еду. Повар отрезал ему два больших куска жареного мяса и положил каждый кусок на ломоть хлеба. Вдобавок он вручил Бену два длинных, истекающих жиром ребра, покрытых толстым слоем мяса. Бен купил эль и положил в карман сдачу.
Вернувшись к игрокам, он заметил, что кучка монет рядом с французским капитаном стала ещё меньше. Его просветил Нед: «Он опять проиграл. Этот испанец жульничает».
Увидев мясо, Мадрид встал:
— Извини, амиго, сделаем перерыв. Уж больно аппетитно выглядит мясо. Пойду куплю себе.
Тут вмешался плотный португалец — боцман «Дьявола»:
— Я схожу за мясом, капитано!
Но Мадрид уже подхватил палаш:
— Нет, я схожу сам! Люблю своими глазами посмотреть и выбрать себе подходящий кусок. А вы присматривайте за моим золотом.
Соблазнённые благоуханием жареного мяса, за Мадридом потянулись и другие члены обеих команд.
Игра прекратилась, а тем временем Нед беззвучно поведал Бену про махинации Мадрида: «Я вижу лучше, чем вы все, и заметил, как он прячет горошину в кулак. Сперва он долго возит ореховые скорлупки по столу. Но под ними ничего нет. А потом, когда его очередь выбирать, он выпускает горошину из кулака на стол, будто она так и лежала под скорлупкой. Этот испанец просто-напросто жулик».
Турон видел; как мальчик с собакой молча глядят в глаза друг другу. Покончив с мясом, он сказал:
— Надеялся я, Бен, что твой пёс принесёт мне удачу, но, видно, такая уж у меня судьба — проигрывать. Чёрт его побери, как этому Мадриду сегодня везёт! Эй, парень, ты меня слушаешь?
Бен придвинулся чуть ближе к капитану и заговорил, почти не разжимая губ, так, чтобы не слышала команда «Дьявола», стоявшая по другую сторону стола.
— Не оглядывайтесь на меня, сэр! Сделайте вид, что смотрите прямо перед собой, и слушайте, что я скажу…
Рокко Мадрид сам отхватил себе кусок мяса палашом. Он съел его, стоя у прилавка, и запил красным вином. Аккуратно промакнув шёлковым платком губы, он вернулся к игральному столу, где его ждал Турон, снова положил палаш на стол и приветливо улыбнулся.
— Итак, мой добрый амиго, ты хочешь продолжить игру. Bueno[3]! Кто знает, может, малютка-горошина на этот раз сама выберет тебя?
Мадрид положил горошину на стол и накрыл её опрокинутой ореховой скорлупой, которая лежала между двумя другими. Бен пристально наблюдал, как длинные пальцы Мадрида ловко передвигают скорлупки — справа налево, слева направо, из центра в сторону, из стороны в центр. И тут он заметил, как испанец проделывает свой трюк.
Мадрид двигал скорлупки так быстро, что Бен чуть не прозевал подмену. Рокко до того хитро передвигал скорлупки, что на секунду одна из них нависла над краем стола, и горошина свалилась прямо на колени испанца. Всё было разыграно удивительно ловко, заметить фокус было почти невозможно. Бен услышал мысли Неда: «Ну, что я тебе говорил! Теперь он просто опустит руку и зажмёт горошину между пальцами, а наш друг так и будет сидеть да думать, какую скорлупку выбрать. А когда выберет, под ней опять ничего не окажется! А потом испанец начнёт выбирать и, когда будет переворачивать скорлупки, поднимет горошину на стол и снова выиграет! Здорово, да?» — «Да, но на этот раз у него ничего не выйдет», — потрепал Бен Лабрадора по голове.
3
Bueno (исп.) — хорошо.