Госпожа Ясмина

Ещё раньше я заметила, что от неё исходит лёгкий аромат зелёного чая и жасмина. Мне всегда импонировали травянистые или цветочные запахи, не приторные, а свежие. Я не думала, что задержусь тут надолго, потому не взяла ничего из уходовой косметики или духов. Если первого на Эрсхо было в достатке, то духов я не заметила.

– Что такое «духи»? – спросила заинтересованно Дорри.

– Такая жидкая косметика, её распыляют и человек приятно пахнет. – попыталась объяснить, но вышло немного коряво.

– Такого у нас не делают. – покачала она головой.

Я оглянулась на Верховных и те тоже покачали головами. Да уж, обидно… Но чем тогда пахнет Дорри? Этот вопрос я ей и задала.

– У меня дома есть особые лампы. Слуги капают туда ароматной водой и от пламени идёт вкусный дым. Наверное, им я и пахну, так как не меняла воду пару лет. Она мне нравится, и я всё время её заказываю с Венеры. У меня есть небольшой запас, я его тебе отдам, если выиграешь. – она указала на Чиа, и та понятливо закивала.

– По договору Венера поставляет на Эрсхо большое количество косметики: крема, шампуни, масла и ароматную воду. – перечисляла она немного заплетающимся языком. – Взамен Венера получает экзотические фрукты и пыльцу золотых фусий.

– А зачем вам их пыльца? – я припомнила красивых насекомых, похожих на стрекоз, но размером голову взрослого человека.

– Их пыльца добавляется в шампуни для окрашивания волос. – Чиа провела по своим красным прядям. – Наши волосы обычная краска не берёт, но иногда хочется разнообразия, потому мы добавляет краситель и пыльцу золотых фусий. Я бы очень хотела такой же цвет, как у тебя. – она встала и подошла ко мне нетвёрдой походкой, потрогала мои волосы и потёрла между пальцев. – Неужели натуральный цвет? Такой глубокий чёрный цвет редко встретишь.

– Я не пользуюсь краской, мне нравиться цвет волос, глаз и кожи. – строго посмотрела на пьяную коллегу и та, потупившись, отступила обратно к дивану.

– Тебе и не надо. – поддержала меня Санти. – У тебя от природы прекрасная внешность. Эрсхонки никогда не меняют данную Аль внешность, мы лишь поддерживаем тело в здоровом состояние с помощью разных средств.

– Хватит болтать. – резко оборвала Кларин речь Санти про природную красоту. – Пора решить кто выиграет наш спор.

Она занесла руку над рабом и несколькими круговыми движениями нанесла удары флоггером по груди эрсхонца.

Я тоже решила отложить разговоры на попозже. За время беседы у Фихоля в трусах всё заметно успокоилось. Нужно было вернуть приятную твёрдость в его чресла.

Для начала я встала над ним, разместив стопы по обе стороны от его бёдер. Медленно провела лентами флоггера по его груди, начиная с шеи и почти касаясь резинки трусов. Потом повторила этот путь вверх, заметив участившееся дыхание и румянец на щеках раба.

Решила перейти к решительным действиям. Замахнулась и нанесла три сильных удара по животу Фихоля. Он зашипел сквозь сжатые зубы, можно было бы подумать, что ему больно, если бы не затвердевшая плоть, соблазнительно обрисованная стрингами.

Я продолжила играть с ним флоггером. Удары ложились на белую грудь с бледно-розовыми сосками, которые стали каменными от острой боли, что пылающим жаром распространялась от мест соприкосновения флоггера и кожи. Всё чаще с его пухлых губ срывалось не тихое шипение, а громкие протяжные стоны удовольствия.

Они действовали на меня будоражаще. В душе всё пело, соски стояли «солдатиками» и требовали к себе внимания, которого, жаль, никто им не оказывал. Но будут ещё вечера, не с Фихолем, а с моим Фаном и вот тогда, я буду более требовательной. А сейчас я хотела, чтобы раб у моих ног счастливо извивался в судорогах, моля подарить ему оргазм.

Когда его грудь приобрела сочный розовый цвет, я перешла к ногам. Многие не знают, но на ступнях находятся много эрогенных зон. Потому именно по ним я и нанесла первые удары.

– Ах… Госпожа, прошу… Только не там! – начал он дёргать ногами, пытаясь избежать касаний кожаных лент флоггера.

– Лежи смирно! – добавила в голос стальных ноток и специальной ударила по пальцам ног, от чего он аж подпрыгнул на полу. – Плохой мальчишка! Надо тебя наказать... – я облизала губы в нетерпеливом жесте.

Я видела, как напрягся член в узких стрингах. Казалось ему нужно совсем чуть-чуть, и он выплеснет своё семя. Мне было неважно, что творят Кларин и Дорри со своими эрсхонцами, даже не думала ускориться, чтобы победить. Нет, мне хотелось растянуть удовольствие, своё и раба.

Медленно ведя девайсом от ступней вверх, я поднялась до трусов и обвела рукоятью контур напряжённого органа. Для этого мне пришлось сесть на корточки, разведя широко колени. Если бы не разрезы на юбке, проделать такой трюк я не смогла, а так даже не сверкнула интимными местами.

– Госпожа Ясмина, прошу вас позвольте мне кончить! – стонал раб, поддаваясь бёдрами к ласкающему его флоггеру. – Не могу больше терпеть… – он до крови прикусил пухлую нижнюю губу, так что тонкая струйка красной крови потекла по подбородку вниз.

– Ну, не знаю… – я не хотела прерывать игру так рано, но потом быстро вспомнила про спор с Кларин и Дорри и решила принять решительные действия. – Ладно. Сегодня я добрая! – облизав пересохшие губы, я поудобнее перехватила рукоять флоггера и дала новую команду. – Ты можешь кончить после десятого удара. Громко считай. – и нанесла довольно сильный удар по его бедру.

– Один! – вскрикнул он и глубоко рвано задышал. – Два! – следующий удал лёг на второе бедро.

– Широко разведи колени, Фихоль. – строго произнесла я, сама сгорая от жаркого прилива наслаждения.

Он согнул ноги в коленях и руками раскрыл свои ноги максимально широко, демонстрируя мне свою промежность. Я не собиралась сильно его мучить, но ещё немного оттянуть пик удовольствия хотелось. Быстро нанесла несколько лёгких ударов по внутренней стороне бёдер, почти касаясь яичек.

– Три, четыре… Ах! Пять, шесть… Ммм… – громко стонал он, повиливая бёдрами, то ли уклоняясь от ударов, то ли подставляясь под них.

Так как ударов оставалось мало, а его член всё больше выпирал из стрингов, блестя красной мокрой головкой, я решила попробовать ударить по самому главному, но следовало быть осторожной.

Первый раз я скорее вскользь задела подтянутые яички. Но от этого простого жеста, Фихоль прогнулся в спине, почти встав в «мостик» и на грани слышимости продолжая отсчёт. В такой позе он предоставил мне ещё больший доступ к своим прелестям, чем я и воспользовалась.

Теперь я била сверху, задевая налитую кровью головку.

– Ум! Девять! Ах… – кричал он, мотая головой в разные стороны. – Десять!

Испустив громкий отчаянный крик, Фихоль упал на пол и излился себе на грудь. Всё его тело билось в оргазмических конвульсиях, с губ срывались тихие стоны, а дрожащая рука выдавливала последние капли из полутвёрдой плоти.

Вслед за криком Фихоля я услышала сдвоенные стоны слева и справа. К финалу пришли и рабы Кларин с Дорри. Каким-то участком мозга я зафиксировала, что стала победительницей спора, но всё моё внимание было направленно на плутонеанина, что уставшей, но довольной массой растёкся на полу у моих ног.

Его член вяло лежал на животе, на котором подсыхали брызги семени. Губы были искусанными и казались ещё более красными и пухлыми. С них срывались тихие вздохи. На щеках горел яркий румянец. Грудь и бёдра покрывали следы от лент флоггера, к сожалению, скоро они исчезнут, но воспоминания о сегодняшнем вечере останутся в моей памяти надолго.

Теперь я смогу развлечься с Фаном и уверена, мы оба получим от этого море удовольствия.

Глава 7

Анекдот: