Огоньку не найдется?

— А, — Жора чуть притих и перестал трясти горящим сосудом у меня под носом. — Ну, это небольшой побочный эффект заморозки, — пространно объяснил он. — Как раз изучаю как от него избавиться.

— Погоди-погоди, — я недоумённо нахмурился. — Как связаны огонь и заморозка?

— Кхм. Проще будет показать, наверное, — гном пригладил бороду свободной пятернёй и кивнул в сторону своей импровизированной лаборатории. — Пойдём.

Нестройные шеренги бутылей с загадочным содержимым, которое, зачастую, бурлило, искрило или светилось без всякого внешнего вмешательства, выглядели ещё загадочней из-за пляшущих на их боках бликов от пламени в стаканах и мерцания окружающих льдов. Деловито закряхтев, дядя Жора сдвинул в сторону горящие стаканы и выудил из груды алхимической посуды пустой, с лёгким звоном водрузив его на освободившееся место.

— Кстати, а где Иназума? — решил уточнить я, пока Жора не погрузился в таинство алхимии.

— Девчуля охотится, — опередил его с ответом Йорик. — Там, дальше по тропке. Хоть кто-то в вашей банде маньяков делом занимается.

— Внучка сказала, что эти льды — лучшее место, чтобы потренировать её координацию, — дополнил гном, проигнорировав последнее заявление наглой черепушки. — Так что она неподалёку льдолемов рубит, ну а я тут их в дело пускаю.

Как нетрудно догадаться из названия, льдолемы были големоподобными монстрами, состоящими изо льда. Я успел с ними познакомиться под конец своей прошлой игровой сессии. Не особо крупные твари, габаритами со среднего человека. Довольно шумные в движении, но почти неотличимые от глыбы или отростка льда, когда таились в засаде. Распознать подвох можно было лишь заметив в глубине глыбы тускло-синее ядро монстра, что не всегда представлялось возможным из-за местного освещения. Активация интерфейса не решала проблемы, скрывая имя монстра, пока он таился.

— Вот они, собственно, — старик вытащил из недр своих реагентов и ингредиентов глубокую чашу, полную ледяных осколков. — Видишь кристаллы в чашке? Это куски тел льдолемов. Их големное ядро при смерти падает в сумку, как обычный лут, а тушка просто на осколки рассыпается и через время они исчезают, если не подберёшь. Я поначалу на них даже и внимания не обратил. Ну лёд и лёд. Ядро в сумку падает, всё чин по чину. А на деле-то эти кристаллы тут самые важные и есть!

— В этих гиблых краях что угодно будет важным, если ты это сможешь найти или отковырять, — Йорик выдал в сторонке ехидную ремарку. — Ту же почти ничего нет!

— Да ну тебя, — отмахнулся Жора и задорно встопорщил бороду, глянув на меня. — Короче, эти льдышки замораживают любую жидкость, без всяких исключений, в отличие от той же снежной соли. Та самая вещь, о которой я мечтал для создания нужной смеси алкогольного мороженого. Но есть нюанс. Сейчас я тебе, котэ, фокус покажу.

Перейдя от слов к делу, старик схватил с камня пузатую бутыль с каким-то пойлом и щедро плеснул в мерный стакан изумрудно-зелёную жижу примерно до половины. После чего кинул в неё пару небольших кристаллов, словно собирался сделать коктейль со льдом.

Сначала ничего необычного не происходило. Льдинки несколько раз весело дзынькнули о стенки стакана и затихли на дне. Но спустя пару секунд началась бурная реакция. Стакан резко, до хруста заиндевел и из него повалили густые клубы не то тумана, не то пара, словно внутри стакана что-то кипело. А потом с лёгким хлопком этот туман вспыхнул и сжался до танцующего в стакане языка пламени.

После этого Жора с жестом опытного фокусника взял сосуд и перевернул его вверх дном. Огонь немного потрепыхался за стеклом и потух, оставив после себя лишь просвечивающее сквозь иней зелёное пятно, явственно висящее над поверхностью импровизированного стола. И чем тоньше становился слой постепенно исчезавшего инея, тем очевиднее становилось, что жидкость внутри полностью замёрзла, пустив по стеклу сосуда тонкие трещины.

Старикан как-то хитро на меня взглянул и снова перевернул стакан.

— Хоба! — гном ещё не успел закончить возглас, а содержимое стакана вновь загорелось.

— Офигеть, — только и смог сказать я.

— В целом, горючий лёд — вещь науке известная, — задумчиво сообщил мне пенсионер. — Банальное кристаллическое соединение газа и воды. Добывают на дне океана. Есть ещё твёрдый этанол, но это уже сугубо лабораторные штучки, гхм… Вот только ничего из них не должно самовоспламеняться в нормальных условиях.

— Слушай, ну это, всё же, фэнтези игра, — напомнил я старику.

— Так-то, конечно, да, — кивнул гном. — Вот только ишь какое дело — тут у всякой алхимической реакции есть хоть и выдуманная, но логика. И здесь она тоже должна быть, но я пока не понимаю процесс. Известно только, что воспламенение происходит лишь при контакте со спиртами. Хоть с обычным, типа этой браги, хоть с алхимическим, для зелий. Ещё смотри какая забавная штука, — он внезапно сунул палец прямо в огонь и показательно им пошевелил. — Вообще не горячий, — сообщил он.

— Дела… — протянул я, начав разглядывать пламя поближе.

От него и правда не веяло никаким жаром. Правда, проверять это методом научного тыка я не решился. У деда, вон, «Кираса пожарного» есть, может она его и спасает. А я палец зазря подпалю.

Старик, тем временем, потянулся к отодвинутым в сторону стаканам и взял оттуда один с красноватым содержимым, продемонстрировав его мне.

— Незадолго до твоего прихода, котэ, я кой-чего попробовал. Добавил к базовому реагенту состав-разрыхлитель. И вот что вышло.

Старик снова залез пальцем прямо в пламя, но на этот раз намного глубже, окунув его прямо в содержимое и вытаскивая наружу небольшую рыхлую горку, немедленно загоревшуюся со всех сторон.

— Видал, котэ? — торжествующе заухмылялся Жора. — Почти настоящее мороженое! — он засунул палец в рот и довольно причмокнул. — Со вкусом лёгкого паралича. Попробуешь?