Страница 11 из 18
— Мастер Мангуст!
Голос Лилу был негромким, но настолько взволнованным, что невольно заставил насторожиться. Я вынырнул из состояния медитации и обернулся.
Зелёные кошачьи глазёнки Лилу широко распахнуты, вздыбившаяся шерсть колышется под порывами ветра. Поначалу я решил, что она что-то увидела в озере, однако она почти сразу обернулась на север, в сторону надвигающегося грозового фронта.
Уф, что-то я слишком погрузился в свои мысли. Или это всего за четверть часа тучи так надвинулись? Огромная тёмная пелена уже накрыла половину небосвода, и продолжает стремительно надвигаться. Солнце скрылось, остров погрузился в серые сумерки, хотя до заката ещё часа два-три, не меньше. Порывы ветра всё сильнее, на озере уже колыхаются настоящие волны — вот-вот начнут захлёстывать валуны, на которых мы сидим.
— Тебе пора домой, Лилу, — покачал я головой. — Похоже, шторм будет нешуточный.
Я первым, прыгая с камня на камень, добрался до берега. Ксилайка последовала за мной, на бегу то и дело оглядываясь на север.
— Не бойся, — подбодрил я её. — Если и будет цунами — то оно ударит с севера, а ваша деревушка на другом конце острова. Главное — поторопись. Тебе нужно успеть добраться до убежища.
— А вы, мастер Мангуст?
— За меня не беспокойся. Беги!
Она рванула было в сторону деревни, но опять остановилась, глядя куда-то вдаль.
— Поторопись, Лилу! — повторил я. — Шторм ещё далеко, у тебя есть время.
— Да я не шторма боюсь, — упрямо мотнула головой девчонка. — Но вы посмотрите туда, мастер Мангуст! Маяк!
Прищурившись от несомой порывами ветра пыли, я отыскал взглядом уже знакомую тёмную громаду, возвышающуюся на северной оконечности острова. Насколько я мог судить, она нисколько не изменилась за все эти дни.
— И что с ним?
— Так шторм ведь! Маяк должен гореть!
— Может, пока не успели зажечь?
— Нет. Вы не понимаете! Старейшина Шэнь и Меймин Хан просто следят, чтобы в нём хватало топлива. А работает он сам. То есть… должен работать.
Хм… Я пригляделся внимательнее, но не увидел на башне ни единого блика. А небо тем временем заволакивало всё плотнее, и скоро станет совсем темно, почти как ночью.
Хреново дело…
Заметив, что Лилу всё ещё колеблется, я снова прикрикнул на неё, но голос мой был заглушён раскатами грома. И почти сразу же крупная, как виноградина, капля воды ударила меня прямо по темечку. За ней забарабанили следующие и я, вжимая голову в плечи, ринулся в сторону пещеры, которую за эти дни обустроил себе для ночлега.
— Лилу, за мной! Скорее!
Поверхность озера бурлила всё сильнее от ударяющих в неё капель. Мы с ксилайкой вприпрыжку пробежались по берегу и едва успели укрыться в пещере прежде, чем грянул ливень. Он лился, кажется, даже не каплями, а струями, за его шелестящей пеленой ничего нельзя было разглядеть уже в десяти шагах.
Да уж. А я ещё отправлял девчонку в деревню по такой погоде. Все кости бы переломала, пытаясь спуститься со скалы.
— Похоже, тебе придётся задержаться здесь, — вздохнул я. — Пока буря не утихнет.
— Но что там с маяком? — не унималась девчонка, пытаясь выглянуть наружу.
— Это всё равно не твоя забота. Пусть взрослые разбираются.
Она обиженно фыркнула, но вынуждена была признать, что выбора у неё всё равно нет.
— И что же нам делать? — спросила она, нервно теребя шерсть на щеке.
Я пожал плечами.
— Ждать. Утро вечера мудренее.