Страница 4 из 14
Глава 4
Я медленно оборачиваюсь. Для того, кому совершенно не подходит такая женщина как я, лорд Ортвин проявляет небывалую настойчивость. Чего он от меня хочет?
Элли обнимает меня, прячась от мужчины, а я кладу ладонь на её лопатки. Как ни странно, это придаёт сил и уверенности. Была бы я тут одна — точно свалилась бы в животный ужас, а так есть кто-то слабее меня. Тот, кто нуждается в защите. Наверно, это что-то на уровне инстинктов: когда рядом есть слабый, ты должен стать сильным и защитить его.
— Я ушла, посчитав, что больше не нужна вам, — удивительно, но голос звучит достаточно уверенно.
— Значит, ты не умеешь считать, Вивиан, — красивые губы мужчины кривятся в усмешке. Вот эта эмоция ему явно больше свойственна. — Немедленно вернулась в палату.
Почему он зовёт меня таким именем? Я же Викой всю жизнь была. Какой странный сон. И пугающий тем, что он уже совсем не кажется сном.
Я сглатываю, прежде чем ответить. Ох, мамочки…
— Нет.
Бровь блондина поднимается. Одним взглядом он чётко дал мне понять, что я идиотка, которая сейчас очень сильно пожалеет о своей дерзости. Стоило бы фыркнуть и отвернуться, но что-то как-то мне не хочется выпускать этого типа из поля видимости.
— Это был не вопрос, Вивиан.
Воздух между нами можно порезать ножом на ровные упругие кубики. Я снова сглатываю и решаю не упускать второй шанс. Может я и попробовала бы сбежать, да только Элли бросать не хочется. К тому же я не уверена, что этот громила не поймает меня в три шага и каким-нибудь эпичным полицейским броском не повалит на пол.
Как-то не хочется мне оказываться под ним в несколько… пикантном положении. Чувствовать видимые даже через ткань одежды мускулы, рассматривать переливы серебристой радужки.
Вот я только подумала, а мне уже становится жарковато! Нет-нет, от этого мужчины стоит держаться как можно дальше.
Хорошо, ладно. Побег не удался.
— Зачем вам всё это? — спрашиваю я, решившись поднять взгляд на блондина.
— Зачем что?
— Я же не нужна вам. Метку истинности свели, — жонглирую имеющимися у меня фактами. — Давайте я просто исчезну с сестрой, и вы больше о нас не услышите.
— Вивиан, ты находишь это смешным?
Боже мой, да что он за тиран? Я даже в школе, когда классный руководитель выставляла позорить перед всеми, так не нервничала. Как мне вообще свезло за такого выйти? Если Джата его хочет, я с радостью отдам. В конце концов, в мире хватает мазохистов, которым такое нравится.
— Нет, не нахожу.
— Тогда закрой рот и возвращайся в палату.
— Зачем?
Судя по его взгляду, затем, чтобы он мог убить меня, не оставляя следов и свидетелей. Впрочем, видимо и так может это сделать.
Мужчина снова криво ухмыляется. Он высокий и крупный, но как-то нереально быстро оказывается передо мной. Отшатываюсь от неожиданности, запинаюсь о липнущую к ногам сестру и едва не падаю. Лорд успевает схватить меня за предплечье, к счастью, то, что не стянуто бинтом, и дёргает на себя, вынуждая упереться ладонями в крепкие грудные мышцы.
Эй, так нечестно! Мне и так с перепугу думать трудно!
— Ты снова забываешься, жёнушка. Твоя роль — не отсвечивать и быть покорной. А ещё держать свой маленький язычок за зубами, чтобы у меня не возникало желания сделать с ним что-нибудь интересное.
Пока я борюсь с удержанием мыслей в рамках приличия относительно этого заявления, лорд касается моего подбородка пальцами и заставляет смотреть ему в глаза.
— Ты ведёшь себя совсем не так, как должно.
— Может быть причина в том, что вы дали добро на мою смерть?
Язык мне точно не товарищ.
Блондин наклоняется к моему лицу, и мне требуется вся воля, чтобы выдержать взгляд, не отшатнуться и не посмотреть на его губы. Проклятье, стук моего сердца должно быть слышно в соседнем городе.
Пока я любуюсь его серебристыми глазами, расширенные в полумраке амбара зрачки мужчины сужаются и становятся вертикальными, как у кошки или какой-нибудь рептилии. Ловлю себя на том, что удивлена, но не подскакиваю в ужасе.
Ну, теперь многое объясняется. Надо звонить на рен-тв и искать фольгу, чтобы сделать шапочку. На всякий случай.
Или уж не делать? Всё же интересный бред мне видится.
— Просто избавил от подделки, — произносит он на расстоянии вдоха от моих губ. — Настоящая метка защитила бы твою руку от ран. А я дал добро, потому как верил тебе, маленькая дрянь. Впрочем, тебе всё равно не удалось бы долго прятать свою грязную душу под смазливым личиком.
Неприятно это слышать. Вдвойне неприятно потому, что я ничего подобного не делала!
Дёргаюсь, пытаясь отстраниться, но это приводит лишь к тому, что на моём затылке оказывается широкая ладонь. Кажется, что он может обхватить мою голову и раздавить как спелый помидор.
— Тогда почему бы вам просто меня не отпустить? — выдыхаю из себя сиплый писк. — Я исчезну, никто больше не будет нервировать вас неугодными душами.
— Думаешь, всё это так просто? — поднимает бровь лорд, а после отпускает мой подбородок и показывает запястье.
На нём что-то вроде татуировки, выполненной золотистой краской. Не знаю, бывают ли такие в нормальном мире. Витиеватый узор в виде узкого креста. Геометрические фигуры красиво переплетаются с похожими на лианы завитушками. В рисунок вписаны непонятные мне значки и надписи.
— То, что ты лживая змея, подделавшая метку истинности, не отменяет того, что я связал наши души. И теперь единственный способ разорвать эту связь — смерть одного из нас.
Я вздрагиваю. В голове что-то щёлкает и на меня обрушивается волна понимания, что всё это не сон. Я… Вернее, Вивиан действительно умерла, а я как-то оказалась на её месте. В её теле. Но почему тогда метка не исчезла и не избавила нас с лордом от этой… неудобной связи?
Он, кажется, задаётся тем же вопросом, потому что произносит:
— И теперь мне очень интересно, как так вышло, что тебе хватило сил не просто встать с кровати, но и попытаться убежать, когда ритуал очищения выжег твою душу. Ничего не хочешь рассказать?