Страница 53 из 63
- Обожаю Девчат, - заговорщицки подмигнул мой благоверный и первым направился в зал. Я плелась в самом конце процессии. В руках огромный как голова циклопа букет, с мокрых, только вытащенных из воды стеблей прямо на паркет капает вода. Равнодушно отмечаю, что нужно принести с кухни тряпку и протереть пол, чтобы не поскользнулась Варя. Она невнимательно, и обязательно не заметит лужу. Еще меня почему-то беспокоит то, что цветы куплены в магазине под домом и стоили целое состояние…зачем? Какие глупые траты. И последнее, о чем я подумала, прежде чем войти в комнату: если бы этот букет принес Игнатов…если бы.
- Папа пришел! – заверещала дочь и кинулась Олегу на шею. Тот подхватил и закружил ее по комнате. От счастливого визга больно сжалось сердце; я давно не слышала, чтобы наша малышка так радовалась чему-то.
- Варюш, с восьмым марта тебя! – прогрохотал Олег и подкинул Варюшу в воздухе. Она залилась, когда сильные руки папы подхватили ее за талию, и мягко пикетировала на диван.
- А что ты мне принес? – спросила Варя, когда Олег уселся за стол.
Он растерянно посмотрел на маму, затем на меня и, не получив от нас никакой помощи, протянул:
- Принцесса, такое дело…
- Цветы, - перебила я благоверного, - милая, он принес тебе цветы.
Я всучила дочери огромный букет, который все это время был у меня в руках. Он как клеймо жег кожу и почему-то хотелось побыстрее избавиться от подарка. В любой другой ситуации я бы вернула его обратно дарителю, или выкинула в урну, но сейчас…было невыносимо горько видеть разочарование в глазах своего ребенка. Варя вспыхнула и недоверчиво посмотрела на Олега:
- Целая клумба. Миха, смотри, что у меня есть?!
Миша, насупленный как маленький ежик, не встал со своего места, только кивнул. По напряженному взгляду сына, я поняла, что он не рад видеть отца. Украдкой погладив светловолосую макушку своего мальчика, я взяла из рук Вари букет и направилась в кухню, чтобы найти емкость для воды. Вазы закончились, за неимением цветов в доме, я не считала практичным покупать и коллекционировать чешский хрусталь. А теперь очень приходилось бы бабушкино наследство. Поразмыслив пару секунд, достала ящика кухонный комбайна и пристроила тюльпаны прямо в высокую чашу. С момента покупки этого чуда инженерной мысли, я так ни разу не делала смузи, и даже думала выкинуть ненужную посуду, а теперь смотри ты – пригодилось.
Обратно я вернулась с цветами, торчащими из пластиковой чаши комбайна. Шнур с вилкой задорно волочился за мной по полу.
- Эффектно, - ухмыльнулся Олег, пока Клара Гавриловна сокрушалась по трагической судьбе бедных тюльпанов.
В голове вертелась фраза: «Скажите спасибо, что не в ночной горшок».
Но я благоразумно промолчала. Волновало меня в ту секунду другое. Все уже уселись за стол и единственное свободное место оказалось рядом с Олегом. Стервец только того и ждал: отсел на несколько сантиметров в сторону и постучал ладонью по дивану:
- В тесноте да не в обиде, правда, Яна?
Я вежливо улыбнулась в ответ. По крайней мере, хотелось верить, что с клыков моих в ту секунду не капал яд, а в глазах не пылал огонь праведной мести. Единственная цель на сегодня - сдержаться и сохранить лицо перед детьми и свекровью, им обоим не нужно наблюдать за нашей истерикой. Я опустилась на диван и постаралась вжаться в подлокотник, лишь бы не соприкасаться кожей с бедром мужа.
Короткий как пуля обед. И пусть катится дальше: в свой секс-тур с Анфисой, прямо по дороге Множественных Оргазмов к станции Гонорейного Безумства через овраг с Лобковыми Вшами.
- Чему улыбаешься, - спросил Олег, глядя на мое лицо.
- Да так, анекдот один вспомнила, - зловеще прошипела ему в ответ.
- Расскажешь? – это уже к беседе подключилась свекровь. Ради семейного воссоединения она даже поставила Девчат на паузу, за что я была ей благодарна. После ежегодных просмотров советской классики, у меня выявилась аллергия на Тосю Кислицину.
- Яна, удивлен, что здесь нет твоего фирменного блюда, сосисы де гречи, - ввернул Олег. От его лукавой улыбки, внутри меня поднялась волна негодования. Не место и не время для таких шуток. Муж, будто намекал на тайну, которую знали только мы двое, и сиял от произведенного эффекта.
- Я не знала, что ты посетишь нас, тогда бы обязательно приготовила.
- Нет-нет, не стоит, на самом деле все и так очень вкусно.
В подтверждение своих слов он плюхнул на тарелку очередную порцию салата и принялся с энтузиазмом поедать его. В какой-то момент я всерьез испугалась, что Олегу поплохеет от обжорства и произнесла:
- Я положу тебе в контейнер мясо, картошку и все остальное…если останется.
- Спасибо, - пробубнил он с набитым ртом. Глаза его загорелись неподдельным восторгом – мамину корзиночку дома не кормили и он отрывался здесь. В целом все выглядело почти благопристойно, и я уже расслабилась, решив, что поддерживать отношения с бывшим реально, как вдруг Олег задал новый вопрос:
- Яна, не пойму, а почему Девчата? Я думал, мы будем смотреть Спанч Боба.
Поймав на себе непонимающий взгляд свекрови, я постаралась улыбнуться. Стоило сдержаться ради нее и детей. Они не заслужили испорченного праздника.
- Это любимый мультфильм Олега, - объяснила я бедной женщине и добавила, обращаясь к мужу, - я запишу тебе на флешку все серии. Посмотришь один или…в компании.
Напряжение на лице Клары Гавриловны спало, и она заметно расслабилась:
- Яночка, как здорово вы общаетесь. Можете же когда захотите? Так и до примирения не далеко, правда, Олежек?
- Не правда, - уверенно произнес Миша из своего угла. Я посмотрела в его сторону и увидела насупленный взгляд куда-то в стол и полную еды тарелку, к которой он даже не притронулся. Не глядя на нас, сын припечатал короткую фразу: - Мама и папа не помирятся. Они разводятся.
- Мама, а что такое «разводятся», - Варя оторвала взгляд от конфетницы и вперилась в меня бездонно синими глазами. Она выглядела до того наивной и искренней, что я пожалела о собственном правиле – никогда не обманывать детей. Впрочем, как жена юриста, я знала тысячу лазеек к этому контракту, к примеру, не договорить правду или отвлечь внимание на что-то другое.
-Это значит, что мама и папа больше не…
- Миша, Олег, пойдем в спальню, - оборвала я сына на полуслове. Он неохотно поднялся с места и вышел из-за стола. За ним, едва переставляя ноги, побрел Олег. Приговоренные к гильотине и то быстрее шагали, но я их не подгоняла. Мне самой было нужно время, чтобы подготовиться к разбору полетов.
Я замыкала шествие. Прежде чем закрыть дверь, подмигнула дочери, которая снова отвлеклась на конфеты и попросила свекровь:
- Клара Гавриловна, включите обратно Девчат. И громкость прикрутите посильнее.
Когда я зашла в спальню, стало понятно, что разговор выйдет не простым. Между сыном и мужем пролегала пропасть. Один недовольно пыхтел возле окна, другой сердито сопел на кресле. Заметив мое присутствие, Олег сказал:
- Тебе не кажется, что такие темы мы с Мишей должны были обсуждать вместе?
Я не ответила. Между заботой о сорокалетнем мальчике и восьмилетке, предпочла выбрать второго.
Присела на корточки перед креслом и спросила:
- Давно знаешь?
- Догадался, - как-то по-взрослому пробасил сын.
- Откуда?
- Одноклассники рассказали, - Мишка напрягся, когда я провела пальцем по его щеке, и дернулся, чтобы скинуть мою руку. В глазах сына стояли слезы. Миша закусил губу, чтобы не зарыдать всерьез. Мне хотелось обнять его, но по брошенному на меня взгляду, поняла – не сейчас.