Страница 65 из 74
— Ну что, Лизонька. Вижу, хорошо ты тут живёшь, не бедствуешь, чего уж! Поди и позабыла нас уж давно, простых, так сказать, смертных! Звёздочка наша!
— Неправда! — аж подскочила на диване наивная девочка, не почуявшая подвоха. — Я всё помню! И никогда не забуду!
Я вот подвох почуял. Но не сразу понял, в чём он заключается. А воспитательница продолжила:
— Ой, как отрадно слышать! Здорово, когда улетевшие из гнезда пташки помнят всю ту доброту, с которой я их лелеяла!
У Лизу при этих словах задёргалось веко. А Мирон угрюмо спросил:
— К чему вы клоните, уважаемая? Кажется, проверка вас устраивает. Не пора ли вам собираться?
— Вот так! Я этих детей, можно сказать, как родная мама выхаживаю — а потом их разбирают как на рынке, а меня и видеть не хотят! Лизонька, ты-то хоть ещё не стала такой… чёрствой⁈
Оба комиссара глядели на эту нелепую сцену с безграничной скукой. Вмешиваться им явно было влом, так что они просто доедали наше печенье к чаю и ждали развязки.
А вот детское лизино сердце слова этой сволочи поразили.
— Я!.. Да я не… Вы!.. Да что вам надо⁈
— Ах! Вот оно как, вот как меняются на наших глазах дети! А я ведь просто хотела пригласить тебя на вечер к нам в детский дом! Хотела, чтобы ты могла вспомнить своих старых друзей, повидаться с ребятками, которым… повезло куда меньше, чем тебе!
Да уж. Она явно получает искреннее удовольствие от вида лиц окружающих, скривившихся от её тирады. А может даже реально верит в эту чушь, жалеет себя, несчастную и забытую!
За века жизни я видел немало людей, готовых ради жалости к себе поверить во что угодно.
Но почему Лиза не откажется? Откуда это сомнение в её глазах⁈ Неужели, не понимает, что над ней просто хотят ещё поиздеваться⁈
А потом до меня дошло. Всё она понимает — чай не маленькая уже. Но проблема в том, что в её кошмарах помимо вездесущей воспитательницы почти всегда есть и ещё один герой. На этот раз положительный.
Призрачный мальчик, забитый досмерти в той комнате для наказаний. Тот, за жизнь которого никто и не пострадал особо. Лиза и наяву о нём рассказывала.
О том, как хотела бы увидеться с ним и помочь. Раз уж она теперь некромантка, пусть и начинающая.
Неужели, теперь…
— Хорошо! — сглотнув ответила Лиза, от чего у Мирона буквально глаза на лоб полезли. — Я поеду с вами до завтра… если можно! Можно? Пожалуйста!
Ну актриса! Ошарашенный Мирон кивнул, кажется, чисто на автомате.
Это согласие стало для тётки будто сигналом к старту. Она тут же встала с места, направившись к выходу.
— Вот и чудно! Прекрасно! Тогда, Лизонька, одевайся скорее, а я подожду тебя у машины во дворе. Что-то душно мне… Вы же на своей, госпожа Зайцева?
С этими словами воспитательница… нет, не вышла. Начала искать своё пальто, обнаружила его под горой нашей одежды, а обувь чёрт знает где, и долго ругалась. А на неё ругались уже не выдерживающие комиссары.
Ну а я… я, воспользовавшись этим, быстро накинул куртку, брошенную мной (чтобы не палиться) в комнате, оставленные там же ботинки, и первым скользнул в дверь.
Или кто-то думал, что я брошу Лизу один на один с этой тварью на её территории⁈ Тётка, конечно, не демон, и даже не какой-нибудь тёмный маг.
Но дерьмом и липким страхом от её ауры разит так, что мне на ум пришли слова моего давнего друга из прошлой жизни:
— Иные «маленькие люди», дорвавшись до такой же маленькой власти, могут быть злом похлеще мировых злодеев и чудовищ из романов. Просто зло это маленькое, а потому его предпочитают не замечать.