Страница 40 из 54
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Леора
Не могу поверить в его самодовольное выражение — будто я точно там, где он меня хочет.
Я не понимаю, в какую игру он играет.
Сначала отталкивает меня, потом позволяет тратить кучу его денег, словно это пустяк. Затем покупает мне чертову машину, безумно красивую, но все же нелепую. А теперь переносит мои вещи в свою спальню.
Какого черта?
Все это просто не имеет смысла. Это не имело смысла, когда он не был заинтересован во мне в нашу первую брачную ночь, и не имеет смысла, что он теперь заставляет меня делить с ним постель, хочу я этого или нет. Он думает, что весь мир вращается вокруг того, чего он хочет, когда он этого хочет, и не обращает внимания на то, чего хочу я.
Зачем ему вообще издеваться надо мной подобными вещами, если он ясно дал понять, что у нас нет настоящих отношений?
Отношения, которые существуют только ради показухи.
Ну, он заходит слишком далеко с этой “показухой”. Думаю, в этом и есть смысл этой машины. Чтобы я могла ездить по городу, и все смотрели на меня и говорили: — О, это жена Мазаччо.
Я стою в дверях гостиной и смотрю на него, но он выглядит спокойным и невозмутимым из-за моего гнева.
Он хочет играть в игры. Ему это нравится. Может, я для него просто какая-то игрушка, с которой он думает возиться ради развлечения. Возможно ли, что он такой садист?
Я стиснула зубы, прижала руки к бокам, а плечи напряглись.
Я не позволю со мной играть.
Я не потерплю подобного обращения.
Не говоря ни слова, я разворачиваюсь на каблуках и иду обратно в спальню, нашу спальню, и плюхаюсь на кровать, размышляя, пытаясь понять, что делать.
Я не могу спать в этой комнате.
Все пахнет им. Это его пространство. Это все его вещи.
Я только что сделала свою комнату похожей на дом. Это было мое маленькое спокойное место, где я могла просто расслабиться и быть собой, не беспокоясь о том, что он обо мне думает или раздражаю ли я его. Потому что я всегда чувствовала, что раздражаю его.
Я замечаю, что несколько моих предметов декора расставлены тут и там, но они выглядят неуместными и такими же неуютными, как я себя чувствую в этой мужской комнате. Даже ваза с цветамиу окна — они не принадлежат этой комнате. Энергия совершенно неправильная.
Я достаю телефон из сумочки и открываю браузер.
У меня есть идея. Мне нужно провести небольшое исследование, а потом, когда он сегодня уснет, я осуществлю свой план.
А суть в том, что пойдет он на хер за то, что втянул меня в эту ситуацию и не оставил мне другого выбора.
Как только я собрала всю необходимую информацию, я кладу телефон на тумбочку, слезаю с кровати и беру дорожный чемодан из шкафа, я трачу время, чтобы найти его. Останавливаюсь на секунду, чтобы прислушаться, пытаюсь понять, где в доме он находится. Но я ничего не слышу. Мне лучше поторопиться.
Я бросаю туда одежду. Я не обращаю внимания на то, что я пакую, но я также успокаиваю себя, зная, что если я что-то забуду, я просто смогу это туда положить. Мне нужно упаковать, а затем спрятать сумку, чтобы он ее не увидел. Я все время останавливаюсь, чтобы послушать. Останавливаюсь ровно настолько, чтобы убедиться, что он не поднимается по лестнице, а затем снова сосредотачиваюсь на своей задаче.
Когда сумка собрана, в ней лежат одежда, туалетные принадлежности и паспорт, я убираю ее в дальний угол шкафа.
Мое сердце колотится, когда я забираюсь в кровать в своем черном спортивном костюме, я одета и готова идти, как только он уснет. Теперь это игра в ожидание, поэтому я натягиваю одеяло на голову. Я притворюсь спящей, пока он не уснет, а потом уйду.
Я не могу поверить, что собираюсь это сделать, но я поеду в аэропорт, куплю билет на Гавайи, когда приеду. Думаю, мне просто нужно уехать на некоторое время. Мне не нужно, чтобы он знал, потому что я уверена, что он попытается остановить меня.
Мне ужасно жаль, что я делаю это за его спиной, но он не оставил мне выбора.
Недели должно быть достаточно, чтобы собраться с мыслями.
Думаю, я смогу посмотреть, как все сложится, и остаться подольше, если понадобится. Время, проведенное вдали от него, должно, надеюсь, дать мне ясность, необходимую для того, чтобы понять, что я хочу делать со своей жизнью и как мне пережить эту ужасную ситуацию и остаться в здравом уме.
Мазаччо ложится спать поздно и медленно, расслабленно готовится ко сну. Он уделяет мне очень мало внимания, пока я продолжаю притворяться спящей.
Мое сердце бьется быстрее с каждой минутой. Я просто хочу, чтобы он заснул, черт возьми.
Когда он это делает, у меня голова кружится от волнения. Я двигаюсь так быстро, но так тихо, как только могу, чтобы схватить свою дорожную сумку из шкафа и спуститься вниз, не издав ни звука.
Я чувствую себя полной идиоткой, когда выхожу из парадной двери.
На ступеньках перед домом я надеваю кроссовки. Я говорю водителю Uber подождать меня прямо возле дома.
Главное, чтобы я была в самолете, прежде чем он проверит уведомления о том, что я забронировала билет.
Всю дорогу до аэропорта я постоянно поглядываю в зеркало заднего вида, но его там нет. Он все еще спит, я надеюсь. Совершенно не осознавая, что я не лежу рядом с ним.
В аэропорту я спешу к стойке и бронирую билет. Мне очень повезло, что через тридцать минут начнется посадка на следующий рейс, и я успела как раз вовремя.
Сидя в самолете, глядя в окно рядом с собой на землю далеко внизу, прекрасный вид с городскими огнями, мерцающими, как звезды на земле, я чувствую огромную вину. Это совсем не похоже на меня — просто взять и уехать, никому не сказав. Но я также чувствую облегчение, потому что я в пути. Маз не появился из ниоткуда и не послал кого-то из своих людей, чтобы остановить меня, когда я садилась в самолет.
Я сделала это.
Я уеду на некоторое время.
Мне это нужно больше, чем я думаю.
С тех пор, как мы поженились, я была в какой-то сказочной стране. Все произошло так быстро, и с тех пор я так сильно изменилась. Думаю, я сильно выросла — доза боли и суровая пощечина реальности делают это с человеком.
Откинув голову назад, я закрываю глаза. Я слишком волнуюсь, чтобы спать, но я должна хотя бы попытаться.
Прибыв на Гавайи, я забываю обо всех своих заботах. Энергичная, игристая и вибрирующая природа этого места пробуждает меня и заставляет меня с нетерпением ждать этого времени в одиночестве.
Я прошу таксиста отвезти меня на пляж, который находится недалеко от того места, где мы останавливались в прошлый раз. Когда я приезжаю, я нахожу небольшое пляжное шале что-то маленькое, только для меня и бронирую его на неделю.
Этого времени будет достаточно, чтобы привести голову в порядок, прочистить мысли и отвлечься от Маза, чтобы я могла во всем разобраться.
Стоя на передней палубе и глядя на океан, я улыбаюсь, но на сердце у меня тяжело.
Хотелось бы, чтобы все было по-другому. Хотелось бы, чтобы это место, где я провела свой медовый месяц, было наполнено приятными воспоминаниями, а не воспоминаниями о том, как меня постоянно отвергали.
Мне придется создавать здесь новые воспоминания самостоятельно — дайвинг, походы, новые знакомства.
Я сижу на палубе и смотрю, как солнце садится в океан.
Я стараюсь не думать о нем.
Но, по правде говоря, он — единственное, о чем я могу думать.