Страница 22 из 54
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Леора
Мазаччо просовывает себя между моих ног, хватая меня за волосы, он оттягивает мою голову назад и покрывает поцелуями мою шею.
Сидя на комоде, я обнимаю его за талию ногами.
Я не могу поверить, что он наконец-то сдался и согласился быть со мной. Он хочет меня.
Он прижимается губами к моим и целует меня. Это страстно, пламенно, горячо, но что-то ощущается — по-другому.
Может быть, это просто мои собственные нервы.
Я провожу руками по его спине, оставляя ногтями линии на его коже под рубашкой.
— Ты чертовски великолепна, — рычит он мне на ухо. — И я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что завтра ты не сможешь стоять.
Я задыхаюсь от его слов, но все равно что-то не так.
Он поднимает меня, используя бедра, чтобы раздвинуть мои ноги шире, и я чувствую, как твердый член упирается в меня.
Я так сильно этого хочу и так долго ждала, когда он придет ко мне, но теперь это кажется неправильным.
Он усмехается, этот тихий звук отдается во мне, и когда я понимаю, что даже его смех кажется мне странным, в меня словно ударяет молния.
Это не Мазаччо.
— Что, черт возьми, происходит? — кричу я, отталкивая его.
Он не двигается с места, поэтому я пинаю комод и в итоге что-то с него сбрасываю.
Туомо поднимает руки вверх, словно защищаясь: — Эй, ладно, ладно, успокойся.
— Я не успокоюсь. Убирайся отсюда. Ты не можешь этого сделать. — Я так зла, что трясусь. Какого хрена он делает в моей комнате?
— Мазаччо. — Я кричу мужу, чтобы он пришел и помог мне. Он мне нужен здесь. Сейчас.
— Боже мой, женщина. Успокойся. Не нужно кричать, я здесь, — говорит Туомо.
— Насколько я глупа, по-твоему? Я знаю, что ты не он. Туомо.
— Что за фигня? — запинается он.
Я тянусь назад, хватаю первое, что попадается мне под руку, и бросаю в него. Он пригибается, и это летит в открытую дверь позади него.
Он рычит на меня, затем хватает свою куртку и отворачивается от меня. Я вздыхаю с облегчением. Слава богу. Он уходит. Мне хочется плакать. Я чувствую себя отвратительно.
Я чувствую себя грязной и как будто я предала своего мужа. Я поцеловала другого мужчину. Не просто мужчину - его брата.
Я сползаю с комода, хватаю с пола ночную рубашку, прижимаю ее к телу и ищу по комнате свой халат.
Что мне делать?
Как мне объяснить это мужу?
В этот момент в комнату входит Мазаччо.
— Маз, мне так жаль. Я не знала, я думала, что это ты, я поцеловала твоего брата.
Я знаю, что я несу чушь, и я не могу контролировать слова, которые вылетают из моего рта, но меня охватила абсолютная паника. Я в ужасе от того, что он меня бросит. А что, если он попросит развод?
Маз смотрит на меня холодным взглядом. Его глаза с отвращением скользят по моему голому телу, пока я пытаюсь спрятаться за крошечным лоскутком ткани, который держу в руках.
— Откуда ты знаешь, что это мой брат?
— Потому что я тебя знаю. Ты когда-нибудь простишь меня? Я обещаю тебе, что остановилась, как только поняла.
— Но что же его выдало?
Я с трудом сглатываю. Он, должно быть, в ярости.
— Я... я не знаю. Я сразу поняла, что это не ты. По тому, как он двигался. По тому, как он целовался. По его смеху... Я не знаю, как это объяснить.
Маз наклоняет голову, словно ему любопытно.
Я прищуриваю глаза, глядя на него. Это не та реакция, которую я ожидала. Он не выглядит злым.
— Подожди, ты… ты знал? — слова вырываются из моего рта в недоумении.
Он не отвечает.
— Мазаччо, ты знал, что твой брат здесь со мной? — снова спрашиваю я, теперь больше со злостью, чем со страхом.
Он пожимает плечами.
Он, блядь, плечами пожимает. И вдруг я так злюсь, что мне хочется содрать с него кожу.
— Ты послал сюда своего брата? Ты это спланировал? Что, черт возьми, с тобой не так?
Слезы текут по моим щекам. — Ты что, проверял меня? Что это за больная и извращенная игра? — я не могу перестать кричать.
— Хватит кричать. Успокойся, черт возьми, — рявкает он.
— Я не успокоюсь. Как ты смеешь говорить мне успокоиться, после того как послал своего брата в мою комнату... — Я даже не знаю, что сказать. Я не понимаю, что происходит.
Какого черта он на меня так смотрит?
Маз подходит ко мне и тянется, чтобы схватить мою ночную рубашку.
Он вырывает ее у меня из рук и швыряет на пол.
— Итак, ты знаешь меня настолько хорошо, что можешь отличить меня от моего идентичного брата? Моему отцу потребовались годы, чтобы отличить нас, но ты можешь отличить?
Я отхожу от него, смущенно прикрывая свое тело руками.
— Я... я знаю тебя, Маз. Потому что ты тот, кого я... — Я с трудом сглатываю. Он тот, в кого я влюбилась. Конечно, я его знаю.
— Я тот, кто тебе нужен. — Он делает еще один шаг ко мне, и его тело прижимается к моему.
Я чувствую его член. Твёрдый. Выпирающий из его штанов.
— Я тот, кто тебе нужен, — повторяет он глубже, и рычание вырывается из его груди и вибрирует во мне.
— Д-да, — запинаюсь я.
Он поднимает меня с пола, кладет на комод, вжимает бедра между моих ног и заставляет их раздвинуться.
Он хватает меня за шею, прижимает мои губы к своим и крепко целует.
В тот же миг мое тело наполняется электричеством.
Вот как я узнала.
Это чувство.
Эта интенсивность.
Вот чего не хватало.
У меня перехватывает дыхание, когда Маз снимает рубашку и расстегивает штаны, продолжая целовать меня.
Затем, стоя передо мной обнаженным, он откидывается назад, позволяя своему взгляду бродить по моему телу.
— Ты прекрасна, Леора.
От того, как он произносит мое имя, у меня внутри порхают бабочки.
Он поднимает меня на руки и несет на кровать. Я чувствую, как его член прижимается к моей пизде. Я нервничаю, возбуждаюсь меня переполняют эмоции, когда он ложится на меня.
— Надеюсь, ты справишься, — шепчет он мне на ухо.
Я не могу говорить, поскольку чувствую, как он сильнее прижимает свой член ко мне.
Он скользит в меня. Я чувствую, как моя киска растягивается вокруг его члена.
— Ох, — ахаю я, пытаясь привыкнуть к его огромным размерам.
Он не ждет и ничего не говорит. Вместо этого он глубже вонзается в меня.
Я задыхаюсь и выгибаю спину. В этот момент я не могу отличить боль от удовольствия.
Он проникает в меня глубже, и я громко кричу, даже не пытаясь сдержаться.
Он обхватывает рукой мою челюсть, запрокидывая мою голову назад и двигаясь надо мной взад-вперед.
Боль усиливается на несколько секунд, но затем удовольствие берет верх.
Я раздвигаю ноги шире, желая чувствовать все, пока он движется быстрее.
Все мое тело расслабляется, когда удовольствие становится единственным, что я могу чувствовать, и я впиваюсь ногтями в его спину.
Он трахает меня еще сильнее. Его рука движется от моей челюсти к моему горлу, а его пальцы прижимаются к моей коже.
Я едва могу дышать.
Мои ноги трясутся, я не могу это контролировать. Я не могу контролировать ничего из того, что происходит в моем теле, потому что он имеет полный контроль надо мной.
Я слышу, как он стонет и рычит, врезаясь в меня — его член так глубоко проникает в меня, что кажется, будто я могу разорваться надвое.
Но несмотря на эту интенсивность, я все еще хочу большего. Я хочу больше его, всего.
Я выгибаю спину и прижимаю к нему свою киску, и удовольствие пронзает мой позвоночник.
Мое тело содрогается под ним.
А затем на меня обрушивается волна за волной самый интенсивный оргазм, который я когда-либо испытывала в своей жизни.