Страница 13 из 47
Глава пятая
ДАЛИЛА
Мой страх тает, когда я снова чувствую его вкус, мой гнев рассеивается, и все, что я могу чувствовать, — это как его сердце колотится в груди в такт моему.
Невио — убийца, хотя выглядит тихим и скромным. Я знаю, кто этот человек, и знаю, что не должна хотеть его целовать.
Все внутри меня говорит, что я должна брыкаться, кричать и бороться, чтобы выбраться из этого, но я не могу заставить себя отпустить его. В его объятиях я чувствую себя в безопасности, как будто этот монстр убьет любого, кто прикоснется ко мне, но он никогда не тронет меня и пальцем.
Моя кожа горит огнем от потребности, когда он касается меня. Его член твердый, напряженный в его штанах. Это невозможно скрыть, когда он притягивает меня к себе и углубляет поцелуй, который я начала.
Завтра я выйду замуж за человека, которого поцеловал дьявол.
Невио притягивает меня к себе, к своей твердости, и берет меня в свою кровать, теперь нашу кровать. Он нежно опускает меня, целует меня, его руки бродят по моей шелковой пижаме. Дразня меня, заставляя меня гудеть от желания.
— Пожалуйста. — Я шиплю в его поцелуй. Я хочу большего. — Невио, пожалуйста, не останавливайся. — Я умоляю, задыхаясь, отчаянно.
— Не сегодня, Далила. — Он рычит, уткнувшись головой мне в шею. — Завтра ночью я сделаю тебя своей. После того, как мы поженимся.
Теперь он джентльмен, какого хрена, он убивает людей, а в постели он хочет быть рыцарем.
— Я не хочу больше ждать, — говорю я, надеясь, что он даст мне то, чего так отчаянно жаждет мое тело. Невио замолкает. Он смотрит мне в глаза и улыбается. Это дьявольская улыбка, которая открывает те его части, которые никто не видит. Игривая и озорная.
— Терпение, — говорит он, — я сделаю так, чтобы тебе было хорошо, но я не лишу тебя девственности сегодня ночью. — Мое тело содрогается от низкого тембра его голоса. Затем его пальцы скользят мне под рубашку, его теплые руки на моей коже. Я стону от этого ощущения.
Мои соски становятся твердыми, когда его ладонь касается их. Это как покалывание, которое превращается из болезненного в приятное. Я хочу, чтобы он остановился, и в то же время я хочу большего
— Боже, пожалуйста, не останавливайся.
Он снимает с меня верхнюю часть, через голову и бросает ее с кровати позади себя. Стоя на коленях, возвышаясь надо мной, Невио смотрит на мое обнаженное тело. В его глазах голод, о котором я читала только в книгах в своей старой спальне. Затем он наклоняется и целует меня. Резко, грубо — его потребность соответствует желанию, горящему внутри меня. Он целует мою шею, оставляя след жара, заставляющий меня извиваться под ним, желая гораздо большего.
Когда он сосет мой сосок ртом, моя спина выгибается на кровати, и я издаю крик удовольствия. Его язык кружится вокруг чувствительного бутона, делая мою киску влажной. Он продолжает целовать меня, все ниже и ниже, вниз по моему животу. Когда он достигает верха моих шорт, я задерживаю дыхание — желая большего, но боясь того, что будет дальше.
Ни один мужчина никогда не прикасался ко мне так, и хотя я горячая от желания, дрожь страха все еще таится под поверхностью. Он цепляет пальцем резинку и стягивает их, толкая их вниз по моим раздвинутым бедрам. Они не сняты, но я голая и открыта для него, эти темно-синие глаза делают мысленные картины, прежде чем он целует внутреннюю часть моих бедер.
Моя киска сжимается с каждым поцелуем, и когда он нежно покусывает, кусая меня, я стону его имя. Все мое тело дрожит и трясется. Я читала об этом — в тех же книгах — но никогда не представляла, насколько интимно будет иметь там мужчину.
Его лицо так близко к моим самым интимным местам, что я смущаюсь, но так возбуждена, что не могу остановить его, поэтому я откидываюсь назад, уткнувшись лицом в подушку, чтобы не видеть, как его глаза пробегают по моему телу.
Мои пальцы сжимают мягкие хлопковые покрывала. Когда его язык касается моего клитора, все мое тело дергается. Когда мои ноги пытаются сомкнуться сами по себе, он силой раздвигает их руками, держа меня открытой для него.
— Невио, — тихо кричу я, — я не... — он останавливается, когда я замолкаю. — Никто никогда не прикасался ко мне там.
Пауза длится всего мгновение, прежде чем его рот снова оказывается на моей киске, облизывая, дразня, заставляя меня свести ноги. Мой оргазм балансирует на грани, и каждый раз, когда я думаю, что сейчас кончу, он снова замедляется. Сладкое мучение сводит меня с ума, неразборчивые слова, исходящие из моего рта, звучат как чьи-то другие.
Невио не останавливается. Его язык трется о мой пульсирующий клитор, и когда он скользит пальцем в мою тугую киску, я больше не контролирую себя. Всё моё тело трясётся и поддаётся его ласкам, а моя киска зжимает его палец, когда волна за волной удовольствия полностью поглощают моё тело.
Я задыхаюсь, а потом не могу дышать.
Это было более интенсивно, чем когда я играла одна.
Это более интенсивно, чем в любой из описанных книг.
Невио тихо и мрачно усмехается и снова поднимается по моему телу.
Его член пульсирует. Он такой твердый в его штанах.
Я хочу это почувствовать.
Я протягиваю руку и провожу руками по выпуклости, пока он ложится рядом со мной.
Он хватает меня за руку и вздрагивает от моего прикосновения.
— Не надо, — говорит он, и его голос звучит хрипло и предостерегающе.
— Почему нет? — надулась я, не думая, что с его стороны будет справедливо отказать мне.
— Потому что если ты меня тронешь, я не смогу себя контролировать. Я хочу подождать. До завтрашнего вечера.
— Но..
— Далила. Я сказал нет, — его голос резкий и пугающий.
Я закусываю губу, глядя ему в глаза. Кажется, что синева меняется от темной до ледяной в зависимости от его настроения.
— Хорошо, — говорю я после долгой паузы.
Мое тело словно блестит, моя кожа словно ожила после того, что он только что со мной сделал.
Я удовлетворена и в то же время хочу большего. Я просто не могу даже представить, что может быть лучше. Если то, как невероятно ощущается игра, то каково ощущается секс?
Я кладу голову на подушку. Она пахнет им. Мылом, одеколоном. Его кожей.
Я боюсь снова протянуть руку и прикоснуться к нему после того, как он отчитал меня в прошлый раз, но я не хочу сейчас чувствовать себя такой одинокой.
Я держу руки при себе, но придвигаюсь к нему ближе. Мое тело изгибается вдоль его бока.
Он вздыхает, затем обнимает меня, прижимая к своей груди, где я кладу голову и закрываю глаза.
Уже поздно. Это была долгая и безумная ночь.
Я не могу поверить во все, что произошло.