Страница 10 из 14
– Ник слишком много разговаривает.
– С этим не поспоришь, – соглашается Бэйли, кивая за мою спину. Обернувшись, я замечаю Джейка и Ника за стойкой раздачи. – Знаешь, моя мама говорит, что нужно обращать внимание не на слова, а на действия. Попробуй этот метод и, возможно, ты сможешь взглянуть на искаженную картину реальности под другим углом, увидеть, как все обстоит на самом деле. Либо попробуй, как и я, завести видеодневник, это правда помогает.
Бэйли вдруг хмурится, и я догадываюсь, что Ник с Джейком идут в нашу сторону.
– Привет, девочки, – бросает Ник, присаживаясь на стул рядом с Бэйли.
Джейк садится рядом со мной, словно это самая обыденная вещь на планете. Я поворачиваю голову в сторону стола, за которым сидят ПАКТ, несколько девчонок из группы поддержки и Рэм с Оливером. Они смотрят в нашу сторону с таким удивлением, словно мы собрались вызывать дьявола.
За все годы в старшей школе ребята сидят вместе с ПАКТ за одним и тем же столом, даже если они все не придут в школу, никто не посмеет занять их места.
Происходят перемены. Глобальные.
– Ты не можешь сидеть здесь. – Бэйли демонстративно отодвигается вместе со стулом подальше от Ника.
– Почему?
– Потому что. – Прикусив губу, она барабанит пальцами по столу, раздумывая над причиной. – Потому что это стол для девочек, мы тут сплетничаем и говорим о месячных.
– Я не против послушать. – Пожав плечами, Ник берет гамбургер. – Крылышки, капельки, тампоны, я в теме.
Бэйли мельком смотрит в сторону стола с чирлидершами.
– Расслабься, Барби, – успокаивает Джейк, – они ничего не сделают.
– Парням легко говорить. Я не хочу пострадать из-за чужих любовных разборок. Вдруг нас с Микки выставят из газеты просто за то, что вы тут сидите? Вы что, не в курсе закона о бывших?
– Нет, – отвечает Ник с набитым ртом. – У меня нет бывших.
– Меня сегодня, кстати, уже выставили из газеты, – признаюсь я, отложив вилку.
Бэйли раскрывает рот от удивления.
– Шутишь?!
– Это из-за меня? – Напрягая челюсть, Джейк откладывает сэндвич и поднимается, но я хватаю его за локоть и усаживаю обратно.
– Не надо. Мне больше не хочется там быть.
– Я тоже уйду, – говорит Бэйли, возвращаясь к пицце. – Пусть выпускают свою газету и обновляют сайт с ужасными фотографиями.
– Нет, не надо уходить. Тебе ведь по-настоящему там нравится, а мне больше не хочется рисовать.
Конечно же я вру, мне хочется быть в «Мемфис Ньюс». Но я не хочу, чтобы из-за этого Джейк шел устраивать разборки, а Бэйли бросала дело, которое помогает ей справиться с трудностями в новой школе. Я привыкла бороться за себя сама и отвечать обидчикам, мне становится неловко, когда кто-то готов вступиться и встать на мою сторону. Наверное, так работает дружба, не знаю. Оливер тоже всегда пытался защитить, но я по возможности старалась пресекать эти попытки. Когда мне помогают, я чувствую, словно должна что-то. Бабушка часто говорила, что люди никогда ничего не делают просто так, все всегда ради выгоды. Умом я понимаю, что это не так, что люди делают хорошие поступки просто так, потому что они добрые или потому, что хорошо относятся к тебе. И я сама с радостью готова помочь людям, не ожидая ничего взамен. Тогда откуда это чувство того, что я что-то должна?
– Кстати, раз уж ты здесь, – Бэйли снимает висящий на спинке стула розовый пакет и впечатывает в грудь Ника. – Держи, второе желание исполнено.
– Правда постирала? – Ник достает толстовку, которую дал Бэйли, когда мы ехали в трейлер-парк. – Вау, даже погладила. И… – Он подносит ткань к лицу и принюхивается. – Она пахнет кокосом.
– У меня нет другого кондиционера для белья, – пожимает плечами Бэйли.
– Капитан футбольной команды не может пахнуть кокосом. Все подумают, что у меня тоже есть месячные. Господи, это вообще выветривается?
– Тебе ведь нравится этот запах, – как бы невзначай бросает Джейк.
– Нет, я сказал: мне нравится, что Бэйли пахнет как батончик «Баунти».
– И что это меняет?
– Можете уже объяснить, что это все значит? – спрашиваю я, откидываясь на спинку стула. – Желания, стирка. Что за черт?
– Я проиграла ему три желания на яблочном фестивале.
– Если это второе желание, то какое первое?
Бэйли упирается локтями в стол и закрывает ладонями лицо.
– Она исполнит его в пятницу, – улыбнувшись, Ник закидывает руку на спинку стула Бэйли. – Приходите на матч, увидите.
– Он хочет, чтобы я пришла в джерси с его номером.
– Надеюсь, – я вскидываю брови, – матч будет не с «Кардиналами»?
Представив, что на игру брата Бэйли заявится в форменной футболке врага, у меня пальцы на ногах поджимаются.
– Нет, не с ними, но от этого мне не легче.
– Можно просто не выполнять условия, – предлагаю я, и Ник цокает языком.
– Спор – на то и спор. Если бы выиграла Бэйли, она бы заставила меня выполнить ее условие.
– И что за условие?
– Чтобы я отстал от нее.
– Брось, – усмехается Джейк. – Ты бы ни за что его не выполнил. И вообще это нормально, что после каждого вашего диалога у меня появляется желание записаться к психологу?
– Так значит ты бы не выполнил мое условие?
Бэйли и Ник начинают препираться, и мне кажется, что им обоим это нравится.
– Ты не притронулась к еде, – тихо говорит мне Джейк, глядя на мою тарелку. —Это из-за стресса?
– Нет. – Улыбнувшись, я тянусь за пакетиком апельсинового сока. – Просто нет аппетита.
Сев вполоборота, он касается своим коленом моего бедра.
– Боюсь, завтра вечером во время ужина эта отговорка для моей мамы не прокатит.
– Перед едой Долли невозможно устоять.
Я смотрю в глаза Джейка и думаю о словах Бэйли. Неужели у него правда могут быть ко мне чувства?
Романтические чувства Джейка Элфорда.
Это даже звучит смешно. Или как диагноз. Мне казалось, что он добр ко мне из-за чувства вины прошлого. Но если это так, то в какой момент они появились?
В любом случае меня это пугает, я больше не хочу никаких парней и проблем на любовном фронте. Глупо отрицать, что Джейк чертовски горяч и привлекателен, а еще он стал слишком милым в последнее время настолько, что разбудил дурацких летучих мышей, которые уже успели отрастить колючие шипы на крыльях, чтобы крепче вцепиться в мой живот. Не уверена, что выдержу, у меня нет запасного сердца, которое можно разбить. А именно это и произойдет. Так было у мамы, у бабушки, и я не стала исключением.
Да и вообще, как можно думать о таком, когда я за одни выходные успела лишиться девственности и много часов проплакать из-за Оливера? Наверняка моя нервная система ищет пластырь, которым воспользовался Олли в моем случае. Я ни за что не поступлю так с Джейком.
– Рамирес, ты в порядке? Выглядишь так, будто вспомнила свои оценки по математике и химии.
– Микки, мы уходим. – Бэйли поднимается и берет поднос, демонстративно не смотря в сторону Ника, который не перестает улыбаться. – Иначе он доведет меня.
– Я бы с радостью довел тебя, Баунти. Поверь, мне не понадобится на это много времени, – на губах Ника появляется наглая ухмылка, и Бэйли, закатив глаза, уходит.
Я встаю на ноги и, взмахнув парням рукой на прощание, спешу следом за Бэйли. Приходится приложить титанические усилия, чтобы по пути не взглянуть на Оливера. Я думала, что сумею вести себя непринужденно и притвориться, словно ничего не было, но это невозможно. При этом мне больно от одной мысли о том, что мы с Олли делаем вид, будто никогда не были знакомы. История повторяется.
Я злюсь на него, но при этом скучаю по нашей дружбе и шуткам. Или же просто скучаю по прежней жизни, толком не знаю. Оливер Хартли был частью моей жизни с тринадцати лет, он был моим спасением, любовью, грезами и болью, а теперь ничего из этого нет, будто вырвали какую-то важную часть меня. Чего-то не хватает, и я чувствую себя неполноценным человеком, но при этом рядом с Олли я никогда не была по-настоящему полноценной, пыталась угодить и не потерять. Эмоции обострены и мне слишком сложно взглянуть на все объективно.