Знахарь

— Спасибо.

— Пожалуйста, — пожал плечами Виктор, включая передачу. — Передавай Екатерине Сергеевне поклон от меня. Не опаздывай завтра.

Моргнув красными огнями, «Вилюй» аккуратно влился в поток автотранспорта. Несколько минут постояв на тротуаре, Владимир направился к парадному входу доходного дома. Интересно, как там его квартирка?

Первым делом после того, как хозяйка выслушала последние вести о перипетиях постояльца и милостиво отпустила его восвояси, Владимир надолго завис в ванне, остервенело отмывая въевшийся в кожу тюремный запах. Отмывшись до хруста, он хотел заказать доставку еды, но одиночество успело осточертеть в камере, ему до скрежета в груди захотелось побыть в обществе, среди людей, но до выбранного кафе Чаровников дошёл не сразу…

— И что? — бесшумно прикрыв за собой дверь подсобки-кладовой, Антон Николаевич легонько ткнул локтем в бок сына.

— Всё ещё копается, — не оборачиваясь, ответил отцу Сергей, поправив белоснежный халат. — Все сборы перенюхал, дебил. Он так нам все упаковки перемнёт, может его турнуть, пап?

— Ты сколько уже за прилавком стоишь, сын? — усмехнулся Антон Николаевич Острецов, внимательно отслеживая эволюции странного покупателя, ощупывающего и обнюхивающего очередной бумажный пакетик, вроде как со зверобоем на этикетке.

— С утра, — вздохнул Сергей, шумно сглотнув.

— Я так и думал. На провизора отучился, уже больше года работаешь, а за прилавком с утра, — ядовито плеснул отец в ответ. — Весь в мать.

— Батя, если не хочешь знать, куда тебе идти, не насилуй мне мозги, мама до тебя их поимела в особо извращённой форме, так что шёл бы ты куда-нибудь или сам за прилавок вставай.

— Ну-ну, не кипятись, сын, а то пар из ушей пойдёт, — прихлопнул хмурого отпрыска по плечу Антон, — лучше смотри внимательно и мотай на ус.

— Батя, я тебе сейчас звездану, на что смотреть?

— На профи, сына, на профи. Не часто к нам врождённые травники да знахари на огонёк заходят. Я таких за всю жизнь всего двоих или троих видал, ещё прадед был жив, песок с него сыпался, но небо коптил, да и те тоже новыми барханами Сахару обеспечивали, а этот на морду щегол пестрожопый, а ухватки один-в-один со стариками. Те также травы мяли и нюхали…

— А зачем? — обернувшись, шёпотом спросил Сергей.

— Они так отклик ловят. Мы с тобой их по пакетам расфасовали и считаем, что всё в ажуре, ан нет, не в ажуре. Каждую травку, если подходить к делу не формально, собирают в чётко определённое время и в чётко определённый период. Такие вот, — Антон Николаевич кивнул в сторону посетителя, пройдясь шершавой ладонью по голове, от чего его волосы, пребывавшие в лёгкой степени лохматости, обрели признак шухера на макаронной фабрике, — интуитивно определяют целебные свойства трав. Подержат в руках сбор и вместо отхаркивающего или лечения ангины, как все нормальные люди, назначают пить его от геморроя, причём, что интересно, помогает…

— А ты откуда это знаешь? — удивился сын.

— Прадед Фома рассказывал. Иди, обслуживай клиента, — подтолкнул Острецов сына в спину, заметив, что посетитель их семейного фито-магазина, совмещённого с аптекой, определился с выбором и прекратил терзать сушёные гербарии в мешочках и пакетиках, аккуратно раскладывая их обратно по местам. — Впрочем, я сам подойду, а ты товар разложи. Давай-давай, шевелись.

Быстро накинув халат, Антон Николаевич направился к кассе.

— Добрый день, молодой человек, чем я вам могу ещё помочь? — улыбнулся хозяин магазина молодому посетителю.

— Хм, — глаза парня с короткой причёской и несколько бледноватой кожей на лице, на мгновение подёрнулись паволокой задумчивости, затем он тускло улыбнулся, — вряд ли вы пустите меня на склад или в подсобку.

— Почему же, — сделал широкий жест рукой Антон Николаевич, — как я погляжу, в травах вы несколько разбираетесь…

— Несколько разбираюсь, — с чуть более открытой улыбкой, скромно подтвердил покупатель.

— Поэтому пущу и денег с вас за товар не возьму, если вы уделите мне толику своего драгоценного времени на консультацию по предмету нашего общего интереса. Я даже сам готов приплачивать вам за консультации или взять на ставку провизора, если вы, молодой человек, хотя бы по часу в день сможете уделять работе в моём магазине. Согласитесь, грех упускать травника-интуита, а в моём случае это даже преступно.

Парень по-птичьи склонил голову к правому плечу. Думал он недолго.

— Не стану спрашивать, с чего вы решили будто я травник, чувствую, всё равно не ответите. Каждый имеет право на личные секреты… Что ж, давайте попробуем консультации. Договор?

— Договор! — закрепляя достигнутое устное соглашение, Виктор Николаевич от души пожал удивительно сильную пятерню парня.

— Владимир.

— Антон Николаевич, будем знакомы, — в ответ представился Острецов, — ну, прошу в нашу святую святых…

1Шлемазл (идиш) — неудачник, лох;

2Бен зон а(иврит) — сын проститутки (ближайшее по контексту и смыслу значение «сукин сын»);

3Масту́ль типе́ш — обдолбанный дурак.

— Так, Тёмыч, лежи смирно! — прицыкнул Владимир на вихрастого клиента, дёргающегося под его руками. — Цыц!

Последнее относилось к матери обладателя шила в пятой точке, взволнованно подскочившей с кресла, установленного в углу комнаты, переоборудованной в массажный кабинет. Ошпарив Чаровникова гневным взглядом, Марина Ивановна Комарова нехотя опустилась обратно.

— Колет! — вновь дёрнулся тонконогий подросток на массажном столе. — Аж в заднице простреливает!

— Сказал бы я, где у тебя простреливает, боюсь только твоя дражайшая матушка нам обоим уши надерёт. Мне за сквернословие, а тебе за то, что слушаешь, развесив лопухи, — пробурчал Владимир, прижимая ладонь к худосочной спине и наблюдая за невидимым простым глазом мистическим свечением, стекающим с его длани на костлявый позвоночник, рыбьим гребнем выпирающий из мальчишечьей спины. — Ты, Тёмыч, пацан с царём в голове, сам понимать должен, что оживающие нервные окончания отзываются болью. Так что терпи, казак — атаманом будешь!

— Ай! Как утюгом прижгло, — опять подал голос Артём.

— Ну-ка, кречет ты наш, палёный, пошевели лапками, — отступив от стола, Владимир критическим взглядом всматривался в результат своих недельных трудов. Он, конечно, не волшебник, а только учится, зачастую используя в роли учебных пособий собственных клиентов, предварительно на камеру заручившись их согласием. — Да не граблями, олух, а ходунками своими спичечными. Давай-давай, смелее, не сломаются они. Сам, сам… Марина Ивановна, сядьте на место, Артём должен сам. Если что я его подхвачу. Сядьте, я вам сказал!

Грозно прикрикнул на женщину Владимир, воспользовавшись опытом волхва Ведагора, виртуозно владевшего голосом и умевшего подавлять взглядом. Вздрогнув, Марина Ивановна испуганным кроликом метнулась обратно, из-под длинных пушистых ресниц наблюдая за парнем, неожиданно ставшим пугающе грозным и до колик в сердце дьявольски зловещим.

— Так, так, можешь же, если захочешь!

Подбадривающе, между тем ехидно, подпустил шпильку Владимир, внимательно отслеживая каждое движение мальчишки, самостоятельно спустившегося с массажного стола, а теперь неуверенно перебирающего непослушными ногами в сторону кресла с матерью, из глаз которой неожиданно потекли крупные градины слёз.

— Тёма! — вскрикнув раненой птицей, не замечая упавшего на пол кружевного платка, Марина Ивановна бросилась к сыну, заключив того в крепкие объятия.