Рерайтер

— Так договаривались же. — Смотрю на него насторожено, он что, не поверил мне?

— Мы договаривались только на принципиальную схему, а ты весь комплект документации выдал.

— И что? Разве это плохо?

— А вдруг ошибки?

— «Фирма веников не вяжет», — рубанул я и тут же вспомнил, что это выражение здесь еще неизвестно, поэтому был вынужден продолжить, — а если и вяжет, то только фирменные.

— Но-но, — хмыкнул Жилкин, — и всё-таки я возьму их проверить.

— Да пожалуйста, для того и принес.

Ну вот, теперь можно и расслабиться, завтра предстоит встреча нового года, с ребятами из потока договорились по трёшке скинуться. Правда тут деканат пошёл на нарушение финансовой дисциплины и заявил, что выплата стипендии будет произведена после нового года. Я думаю это потому, что там решили придержать студенческую вольницу на праздновании Нового года, а то ведь спустят все деньги в первой декаде месяца, а потом зубы на полку. Но это мало кого из студентов остановило, есть ведь еще друзья, у которых можно «перехватить пятерик» и дожить до обналички стипендии.

* * *

Естественно Жилкин не поверил Климову, чтобы студент первого курса, сам разработал схему контроллера, да никогда, скорее небо упадёт на землю. Наверняка тут Степановский свою руку приложил, кто еще кроме него работал с микросхемами? Поэтому дня три затратив на изучение документации выданной студентом, Жилкин собрал все чертежи и пошёл на рандеву с тем, кого он считал разработчиком.

— Ну что, закончилось твое инкогнито, — заявил он Степановскому и выложил перед ним функциональную схему прибора.

— Это что? — Заинтересовался тот, рассматривая документ.

— Ну, ты еще скажи, что видишь это впервые.

— Хм, — электронщик еще раз внимательно осмотрел схему, — я действительно впервые это вижу. Но на первый взгляд очень похож на схему какого-то контроллера. Но сказать что-то определенное я не могу, тут надо предметно разбираться и принципиальная схема бы не помешала.

— Ну ты и жук, — покачал головой Жилкин, — скажи еще и с Климовым не знаком.

— А завхоз тут причем? — Вытаращился тот на руководителя работ.

— Завхоз? — Напрягся тот, но потом, вспомнив, что фамилия завхоза тоже Климов, с досадой махнул рукой. — Нет, Климов, это который студент, с первого курса, с Комаровым работает.

— Впервые слышу, мне со студентами делить нечего. Кстати, так же как и с Комаровым, нет у нас общих тем, разговаривать нам не о чем.

— Погоди, так это точно не твое? — Кивнул Жилкин в сторону документа.

— Точно не мое, — подтвердил Степановский, — может быть кто-то из моих архаровцев руку к этому приложил… но они хрен сознаются, узнаю, голову сниму.

— А почему «они»?

— Так одному эту работу провернуть сложно, — пожал плечами электронщик, — тут работы для четверых.

Ну, так-то да, — согласился с ним руководитель работы, и задумался. Получается, Климов с кем-то на стороне договорился. Мысль о том, что молодой человек мог провернуть все самостоятельно, он по-прежнему не брал в расчёт.

* * *

Месяц спустя.

— Как так-то? — Возмущался научный сотрудник МФТИ, которому поручили исследовать образцы ферритов, любезно предоставленные из Зеленограда. — На вид феррит, по химическому составу тоже, а вот по свойствам ничего похожего.

— Шлиф исследовали, — спросил Белоцерковский, уж очень его заинтересовала работа Зеленограда, так как они умудрились с ногами залезть в их тематику.

— Да, смотрели, по виду обычный феррит, только помол ингредиентов тоньше.

— А может в этом все дело?

— Нет, мы уже попробовали создать такой же феррит, и ничего не получилось.

Олег Михайлович задумался, получается можно изменять свойства ферритов с помощью какой-то технологии. Это уже интересно. Надо бы послать запрос в МИЭТ, вдруг да ответят.

— Ладно, давайте не будем ломать голову, а просто выполним свою работу, — пришел к решению Белоцерковский.

— Вот с этим могут быть проблемы, — вздохнул научный сотрудник, — у нас не хватает диапазона приборов.

— Что значит, не хватает?

— Так в этом то и проблема, мы уже подошли к частоте в два гигагерца, а потери в этом феррите не фиксируются.

— Вот даже как, — пробормотал Олег Михайлович, — а ведь это рушит нашу теорию.

Запрос из Физтеха поступил к нам в марте, когда я «запекал» последнюю матрицу.

— Смотри, кто нас осчастливил, — Комаров потряс перед моим носом отпечатанным письмом, — Белоцерковский собственной персоной.

— Надо же, — усмехнулся я, — и что это ректору долгопрудненского института понадобилось от нас?

— Надо же, как ты Физтех обозвал, — веселится руководитель работ, — сразу видно, зуб на них имеешь. Сознавайся.

— А я этого и не скрываю, — ухмыляюсь в ответ, — я эту «гениальную» братию с прошлого года на дух не переношу. Эти уроды что удумали, увидели, что вступительные экзамены на отлично сдал, предложили мне перейти на другой факультет, а когда я отказался, выкинули вон.

— А ты не свистишь? — Засомневался Виталий Владимирович. — Там просто так отличниками не раскидываются.

— Так то да, — вынужден был согласиться я, — потом в деканате сказали, что со мной хочет сам Белоцерковский поговорить. Но я решил, что он будет снова навязывать то, чего я не хочу, используя свой авторитет, поэтому решил, что мне это не надо.

— И сразу поехал поступать к нам?

— Точно, — киваю в подтверждение, — подумал, что здесь снобизма нет.

— Это ты зря так подумал, — продолжает веселиться Комаров, — здесь снобизма тоже хватает. И вообще научная среда это как пауки в банке, чуть не доглядел, хоп, и сожрали. По крайней мере, меня с одной работой два раза на ученом совете прокатывали, только заступничество зама по науке помогло. А сейчас, когда та работа получила высокую оценку, делают вид, что всецело поддерживали меня.

На это его утверждение мне остается только согласиться.

— Я так думаю, что ты против передачи «долгопрудненским» технологии запекания феррита?

— Категорически, — киваю в ответ, — они обязательно попробуют присвоить заслуги открытия себе, двинув очередную заумную теорию.

— Да уж, в теории они сильны, — заметил Комаров, — но и в позу тоже не стоит становиться, жизнь-то она такая может и другим боком повернуться.

— Вы хотели сказать «повернуться задом»? Лично я против передачи технологии, а вы решайте сами.

— А я тоже против. — Засмеялся Виталий Владимирович. — Это я решил твою позицию выяснить. Но естественно я не буду им также как ты жестко отвечать, уж подберу формулировки.

Надо же, удивлялся я, оказывается и здесь Физтех не очень-то уважают, видимо между технарями и научниками всегда будут разногласия. Хотя да, иногда последних в такие дали заносит, что, как говорится, ни уму, ни сердцу.

А на следующий день в лабораторию заявился Жилкин:

— Ты знаешь, — доверительно сообщил он мне, — а ведь работает твой контроллер.

— А почему он не должен работать? — Удивляюсь его сомнениям.

— Может, теперь признаешься, откуда ты схемы взял?

— Из головы. — Улыбаюсь, отвечая на в который раз уже заданный вопрос.