Страница 30 из 302
Радим вошёл во вкус, примерил на себя роль великого полководца и темпа не сбавлял. Всё свободное время всадники уделяли стрельбе и перестроениям с целью повышения управляемости. Флажковой азбуке, в том числе со змеев, паривших над полем боя, сигналам гелиографа и горна с барабанами перепадало не меньше чем два часа в день. Было сложно сломать средневековые модели поведения но отработанная в цехах система штрафов и поощрений прекрасно зашла в «армию», хотя и со скрипом. Благо, с недавних пор отбоя от желающих служить не было. Получать в собственность бронь, как у хорошего боярина, хотел каждый второй гридень, не говоря по чернь. Первых же номеров (коней) не только отбирали, но и к сельхоз работам не привлекали. Вторые же и тягловые мерины орудий эксплуатировались в страду, но без фанатизма. Введение «железных» дорог в корне меняет концепцию сменных лошадей, но с этим нам ещё работать и работать.
Состав кавалерии на сегодня сложился следующий: сотня тяжёлых гусар, две сотни рейтар с револьверным ружьём имеющим сменный, подпружиненный барабан с каморами и длину ствола 755 мм. Сотня егерей, разведка. Каждый из них получил добротный лук для бесшумного боя и короткое ( 200 мм) ружьё, с глушителем. Большую численность конницы я, к сожалению, позволить не мог. Броня и пистолеты изготавливались медленно и стоили дорого, а лошадей, как и обычно, не хватало.
Для расквартирования войск рядом с трудовыми лагерями спешно возводили военные поселения и склады снабжения. Пешее войско развивал с учётом опыта, накопленного во время обучения Белозёрской посохи, сформировав две бригады-терции: каре пикинёров-алебардистов в центре, по углам отряды мушкетеров. Алебардисты-латники, одетые в полный доспех, стояли в первых рядах, встречая противника в рукопашной. Лёгкие пикинёры в неполных доспехах имели при себе маленький круглый щит и располагались следом за тяжёлыми. Терция имела в составе десять рот по сто пятьдесят человек в каждой, и четыре роты мушкетеров аналогичной численности, часть из которых вооружена барабанными мушкетами[iii], роту бомбардиров в двадцать человек. При каждой роте служил капитан и его заместитель, младший офицер, знаменосец, связист, также горнист и барабанщики. Рота подразделялась на десять взводов по пятнадцать человек, под руководством сержанта-ветерана. Броню, поддоспешники, оружие и прочие военные мелочи уже делали серийно и стандартно, что значительно удешевляло стомость оснасти бойца, которая доходила до двадцати рублей.
Подразделения различались цветами штанов, рубах и накидок типа сюрко. Ударная кавалерия — чёрная с серебром, рейтары коричневые, егеря получили болотные цвета камуфляжа. Помимо герба, вышитого канителью на плащ и штаны нашивалась печатная чернилами таблица, где был указан зашифрованный буквенно-цифровой код бойца, включающий номер его подразделения. Пограничникам достались зелёные цвета и вместе с разведкой, в состав полевой кавалерии не входили.
Старую артиллерию распределили по новым городкам, а доведенные с учётом испытаний и стрельб «Рапиры» и «Единороги» отливали уже не из бронзы, а из модифицированной церием стали, сформировав два артилерийских полка по тридцать орудий. К терции придали роту бомбард, сорок орудий. Новые шли не литые, сваривали из стального проката. Обновили и ручные «бомбомёты» доведя численность бомбардиров до ста двадцати бойцов. Сформировали две роты сапёров, а общая численность артиллерии перевалила за четыре сотни. Не меньше бойцов числилось в учебном центре и тыловых службах куда вошли полевые кухни и кузни, водовозы, картографы, складские работники, укладчики дорог, полевые и госпитальные врачи, обслуга гуляй-городов, обслуга средств переправ и походных мастерских.
Артиллерию и сапёров одели в красные цвета, пехоту и мушкетёров в синие, а тыловики получили светло-бежевый камуфляж и соответствующие родам «войск» эмблемы. Во время учебных походов бойцу полагался сух-пай с консервами на три дня, фильтр для воды, аптечка полевая с малым набором хирургического инструмента и тактическими жгутами, фляга, дневник и планшет с картой, огниво, пара наручников, котелок с набором посуды и рюкзак с разгрузкой, чтобы всё это хозяйство тащить на своём горбу. Пошли в серию нашлемные карбидные фонари, а кое-кому даже «карбидные» щиты перепали. Возобновили работы над ноу-хау: корпели над гаубицами большого калибра, карамельными ракетами, огнемётами и оружием последнего шанса. Самым дешёвым ес-сно, производимым из отходов цеха химии — хлором и фосгеном закачиваемых в бронзовые, двухсотлитровые баллоны. Близилась к концу опупея с дьявольской кофемолкой Эджера, эрзац-пулемётом с каморами вместо гильз, ранее как-то не доходили руки. Шестой вариант механизма экстракции пуль оказался очень удачным и для производства орудия в цехе пособий уже вовсю отрисовывали технологические карты этого чуда инженерной мысли.
На вооружение и обучение резервистов из посохи былло выделено аж две тысячи рублей и двести тонн, стали. Пришлось ради такого залезать в долги. Благо, под залог морёного дуба ростовщики ссуживали серебро охотно и на вменяемых условиях. Расходы уходили за горизонт и одной лишь армией не ограничивались. Одна лишь наблюдательная башня с инфраструктурой обходилась в сорок пять рублей. Прибавим охрану линий-поселений, городов, рынков и трудовых армий, службу связи. Не считая посохи на текущий момент на княжеском довольствии, числилось около шести тысяч бойцов в бригадах и две тысячи ополчения, расквартированного в городах и мелких гарнизонах.
Пусть в итоге вышло дорогое и пока, через пень колоду управляемое, зато своё и, что важно, постоянное войско. Надеюсь, как только формирование ядра этих подразделений будет завершено получу возможность тасовать роты и отряды под конкретную задачу и возможно, всего лишь возможно, смогу спать спокойно. Гибкая конфигурация отрядов, каждый из которых являлся самостоятельной тактической единицей, доставка подразделений в течении пары-тройки суток в любой конец княжества, наблюдательные башни, мобильные крепости, шифрование, телеграф и… воздушные змеи должны обеспечить колоссальное преимущество над средневековыми армиями.
Кстати, про змеев, в Китае те использовали уже более трёх тысяч лет, а как только бумага подоспела… искусство конструирования скакануло на другой уровень. В Европе первые боевые воздушные змеи были отмечены ещё в древнем Риме, пугали галлов «змеиной музыкой». Шум, напоминающий вой ветра, издавала трубка из сухих головок мака, в которые были вставлены свистки из камыша. Подозреваю, нечто похожее использовал князь Олег при взятии Царьграда. Летопись говорит, что над неприятелем в воздухе появились «кони и люди бумажны, вооружены и позлащены». В XI веке Вильгельм Завоеватель впервые применяет воздушных змеев в качестве сигнализации при покорении Англии. После, как водится, про змеев забыли и вспомнили только в XV веке, когда возобновилась активная торговля с Китаем. Расцвет эпохи змеев пришёлся на конец XIX века, когда и изобрели коробчатый воздушный змей.
Что такое змей? По сути машина, преобразующая кинетическую энергию ветра в потенциальную, поднимающую полезный груз. Крыло создает препятствие потоку воздуха и отвечает за возникновение подъёмной силы. Так как воздушный змей держится за счёт набегающего на него ветра, то, чтобы его поднять, он должен быть расположен под некоторым углом к потоку воздуха. При обтекании змея впереди него образуется зона воздуха с повышенным давлением, а сзади струйки воздуха не успевают смыкаться и возникает зона с пониженным давлением, заполненная вихрями. Формулы расчёта змеев просты как три копейки: не забывать, что скорость ветра возрастает с высотой и при запуске следует поднять змей на такую высоту, где ветер мог поддерживать его в одной точке. Ну и главное, чтобы змей держался в воздухе, подъёмная сила должна ровняться его массе вместе с леером.