Страница 277 из 302
Безвестная ветка узкоколейки в приокских чащобах заканчивалась вышками с прожекторами, откатными глухими воротами и заглублённым высоким забором, обшитым фибробетонным листом. Помимо свежевспаханной контрольно-следовой полосы, закрытый городок окружало два ряда армированной колючей ленты, скрученной в спирали Бруно. Объект номер семнадцать, в отличии от других городков, имел концентрическую структуру с центральной лабораторией и несколькими карантинными секторами, где стояли избы из камня, не имевшие привычные взору окна и дымовые трубы. Дверь одного из таких модулей отворилась и двое санитаров, одетые в противочумной костюм с противогазом вывезли каталку с телом, завернутым в мешок. Гулко ступая по белоснежному кафельному полу, они направились прямиком в крематорий. В отличии от первых поколений, костюм выглядел значительно совершеннее. Противогаз был интегрирован в шлем с панорамным стеклом и имел сменный фильтр, оборудован обтекателем для предотвращения запотевания и ларингофонно-телефонной гарнитурой, позволяющей общаться как голосом, так и напрямую подключать штекер телефонной или телеграфной связи. После завершения утилизации врачи, по очереди, становились в душевую кабину, смывая бактерии раствором перекиси водорода, после чего проходили.
— Всего трое из контрольной группы богу душу отдали.
— Двадцать процентов смертности выходит. Отличный результат, по моему разумению.
— И что интересно, все умершие подкожно инъектированны, а из группы, получившей уколы внутримышечно, новыми пневмо-струйными инъекторами ни одного летального исхода.
— Думаешь это как-то связано?
— Не ведаю. В головной лаборатории не дураки сидят, разберутся.
— И как же сие проверить? Для мышей то инжектора нема, а верблюды усе переболели.
— А то уже не нашего ума дела, Никитка, думай, что выжившим татями заливать. Через седьмицу велено новую прививку колоть, от оспы, а они инъектора аки огня боятся.
— Хех, нашёл об чём жалиться. На сих душегубах клейма негде ставить, скрутим да силою проколем. Не велика наука.
Использование противочумных костюмов первого класса и боксов биологической защиты высшего уровня, а также «параноидальных» методик работы с чумным биоматериалом позволило избежать случаев заражения среди персонала, большая редкость для лабораторий конца XIX — начала XX века. К делу подошли масштабно, основали целых микробиологический центр под крылом ЦИК который взялся за разработку вакцин, сыворотоки и люминесцирующих антител для быстрого и прямого выявления возбудителей инфекций. При этом общемедицинское направление, отвечающее за лекарства, природные иммуностимуляторы и антибиотики остались в Светлояре где «промышленно» производили белый стрептоцид и усниновую кислоту из лишайников, метод сверхкритической СО2-экстракции, малыми партиями синтетический антибиотик хлорамфеникол, получаемый из стирола в десять стадий. Жаль, новичок оказался безумно дорог и имел массу нехороших побочных эффектов, однако, когда дело между жизнью и смертью стоит, врачи на подобные «щепки» внимания не обращали. Что же касается классических антибиотиков, то в лабораториях Светлояра плотно работали с плесневыми серо-зелёными грибами Penicíllium crustosum и лучистыми, Streptomyces globisporus имеющими характерный запах. До кристаллической формы было как до Луны пешком, пока даже нормальных штаммов не подобрали и к велокому сожалению, в ближайшие два-три года стрептомицин врачам не светил. Да и с вакциной от чумы не всё просто. Дабы не растекаться мыслью по древу работали лишь с живыми, ограничившись чумой, туберкулёзом, чёрной оспой и бешенством. Болезни сии актуальны чрезвычайно, а технология получения вакцин похожа, различаясь лишь в деталях.
Любая вакцина включает базовый набор ингредиентов: консерванты, адъюванты, стабилизаторы, эмульгаторы и, в нашем случае криопротекторы, ибо вакцины сухие, лиофильно высушенные, то бишь вода в них замораживается, а затем обезвоживается путем выпаривания под вакуумом. Таким образом, срок годности увеличивается, вакцины легче хранятся, не требуя холодильников для перевозки. Химия чистой воды, а она как известно бежала далеко впереди паровоза технического прогресса княжества. Эмульгаторы треба для улучшения растворения сухих вакцин, использовали полисорбат 80. Консервант — феноксиэтанол, он безвреден в отличии от формальдегида и производился для нужд фармацевтки.
Антигены — сложные молекулы, очень чувствительные к изменениям рH и температуры. Чтобы вакцина оставалась эффективной при любых условиях, использовали соли натрия или калия, сахарозу или желатин. Адъювант, ключевой элемент вакцин, представляет собою стимулятор иммунной системы, его главная задача — повышение ответной реакции организма на вирусные антигены, содержащиеся в вакцине, простыми словами — это адсорбент, на поверхность которого налипает антиген. С ним получаем укрупнение частиц, повышаем заметность действующего вещества и, соответственно имеем большую эффективность. Алюминий используют в виде очень-очень мелких частиц, на поверхности которых адсорбируют антигены вакцины. Он «переваривается» и выходит из организма точно так же, как и тот алюминий, который попадает в организм вместе с пищей и водой уже в виде растворимых соединений. Использовали в вакцинах гель гидроксида алюминия, наночастицы золота и мурамилдипептид, с производством коего целая эпопея вышла. Дорого, но иммуностимулятор в борьбе с чумой вещь критическая, посему лечение обычно дополняли инъекции наночастиц серебра и вытяжки из трав. Иммуностимулирующими свойствами обладали также куркума, индийский и обычный женьшень, иссоп, медуница, арника, элеутерококк, чабрец, календула, иван-чай, листья малины и ягоды брусники, боярышника и шиповника. С травами врачи князя плотно работали, собирая рецепты и сакральные знания травников Руси, коих князь брал под свою крыло, вытаскивая из церковных подвалов и глухих мест. Большая работа шла и по составлению иллюстрированной энциклопедии лекарственных растений, книга должна выйти уже осенью.
Вторая составляющая успеха топовое оборудование: модульные биореакторы, ферментеры, ультрацентрифуги, инкубаторы, микрофлюидизаторы высокого давления. Лаборанты князя вовсю «юзали» такие продвинутые техники, как глубинную фильтрацию или разделение на полых волокнах стекла и ацетата целлюлозы, диафильтрацию, лизинг, флокуляцию и осаждение. Внедряли фильтрацию с помощью спиральных мембран, в них подаваемый поток жидкости идёт тангенциально, то бишь вдоль поверхности мембраны, а возвращаемый, при прохождении через серию мембранных фильтров отчего становится всё более и более концентрированным. Само собой ничего похожего во времена Пастера или Хавкина не имелось в зачатке, как и знания из будущего в какую сторону копать кратно сократившее время тестирования вакцин.
Основу живых вакцин составляют ослабленные микроорганизмы — возбудители болезней. Их сил недостаточно для развития значительного недомогания у больного, но хватает, чтобы выработать адекватный иммунный ответ. Субстратами для выращивания вирусных штаммов были куриные эмбрионы, перепелиные эмбриональные фибробласты, клетки почек специально завезенных сирийских хомячков и мышей. Культивация, концентрация и очистка изначально были поставлены на высокий уровень, что и определило успех мероприятия. В частности, уже была опробована античумная сыворотка на основе крови переболевших верблюдов. В отличи от вакцины (та содержит ослабленные бактерии) сыворотка содержала готовые антитела против чумы, хотя и не была столь эффективна.
Прочие направления не забывали. Из мозговой ткани овец, зараженных штаммом вируса бешенства, готовили вакцину против бешенства для скота, а из тканей головного мозга новорожденных мышей для людей. Но большей частью вирус бешенства отрабатывали на кроликах, получив в итоге безопасный штамм. С оспой так же сразу пошли по верному пути. В начале XIX века вакцинация производилась с руки на руку, то бишь коровья оспа прививалась одному человеку, затем, через несколько дней, отделяемое снималось с места прививки и использовалось как материал для следующей вакцинации. Способ требовал повреждения оспинки на руке у привитого, что могло вызвать воспаление в месте прививки и замедлить заживление ранки. Кроме того, вместе с коровьей оспой могли передаваться возбудители различных болезней. Сергей Иванович знал что безусловно безопасной является оспа у телят, которым первоначально привита самородная коровья оспа, отчего и плясали. Снятую у телят оспу прививали людям и ту же телячью оспу прививали другим телятам. Простейший способ приготовления вакцины состоял в соскабливании оспенных пустул у телят и растирании с глицерином, но в лаборатории была готова и более продвинутая, лиофильно высушенная вакцина.