Володарь железного града

— Вижу. Ларчик то просто открывался. По ходу дела шах нас и сдал.

— Не скажи, князь. Ну не дурак же он в самом деле своим людишкам такие тайны доверять.

— Кто его знает.

— Милостивейший эмир Сур-хан, — возвысил голос переговорщик, — знает кто вы такие! Чёрные колдуны из снежной страны Ар-рус! Вы, прибывшие к несчастью для нашего бедного народа, колдовством, лишили жизни благословенного эллахом ильхана и лучших эмиров! Он знает, ЗАЧЕМ, эта собака, — переговорщик сплюнул, — шах Ширвана поручил это чёрное дело тебе, князь Мстислав! — монгол указал пальцем на богато одетого Вадима. — На что ты надеешься? Китайские шутихи и греческий огонь рано или поздно закончатся, а к этому времени тюмен Олджу перекроет перевалы. Вам не уйти от возмездия и страшной казни!

— Милостивейший эмир Сур-хан похоже перебрал вина, если обвиняет в святотатстве обычных торговцев, — ответил Вадим, отыгрывая за меня роль старшего.

— Обычных торговцев⁈ — посланник взвизгнул фальцетом и едва не задохнулся от злости. — Разве добрые торговцы творят злую волшбу сотнями убивая людей ильхана⁈ — после этого он продолжил более спокойно. — Эмир просил передать. Если сложишь оружие, он сохранит тебе жизнь.

Вадим слегка наклонил ко мне голову.

— Выгони этого дурака, но прежде попугай, — процедили я сквозь зубы. — Похоже прав ты, не шаха это проказа. Но что у него во дворце где-то течёт, ему вряд ли поможет. Спрошу по полной.

— Да-да! Слава о том, КАК эмир держит слово известна широко за пределами ильханата, — напарник ухмыльнулся и подпустил в голос холода. Передай эмиру, он крепко ошибся. Мы сочувствуем вашему горю, но не знаем ни про страну Ар-рус, ни про шейха. А по зелье не переживай. У нас его достаточно чтобы отправить сотни эмира прямиком к эллаху. Кто тогда будет встречать джалайтов, а? Может быть ты? Или его виночерпий? Уходи с глаз долой, посланник!

Спустя некоторое время мы собрались в штабе.

— А этот эмир опасный противник. Мало того что как-то узнал о нашей миссии, так ещё и на пользу обыграл информацию.

— Может и отход присмотрел, загодя, — поддержал Вадим.

— Кто знает, кто знает, — отвечал я.— Но факт, что этот жук за неполный день договорился с воинской элитой и перетянул одеяло на себя, о многом говорит. Знал бы, совсем другой приоритет Мирохе выставил.

— Чего делать то, князь? Припасов огневых осталось с четверть, от силы. А татарва хоть и отошла, но недалече. Весь торговый квартал обложили. Утра дождутся и пить дать, на второй приступ пойдут.

— Согласен на все сто, посему ждать утра мы не будем, — я разложил карту города на столе. — Люди Кей Кубада про нашу операцию знать не знали. По всему и про конспиративные дома эмиру неведомо. Будем прорываться здесь, а в этом месте обозначим ложный прорыв, — я показал несколько направлений. — Здесь, же стены подорвём. Бойцов со второй базы отправим пошуметь и загодя, дымовых мин оставить. Ветра нет, используем адамсит, выстрелов с ним хватает. Если жёстко график выдержим, уверен получится без сучка, да задоринки.

Вадим задумчиво рассматривал стрелки:

— Не нравится мне сие, но других вариантов не вижу. Оставим на прикрытии расчёт кофемолки?

— Не надо никого оставлять, — взвился я.

— Как так не надо! У меня семнадцать бойцов осталось, но двое ранены крепко. Меринов же восемь, аккурат.

— Хватит. Если ход подземный не успели доделать он другую службу сослужит. Укроем книги, радио, казну, оружие да прочее барахло. Налегке пойдёте.

— А отход кто прикрывать будет?

— Я вас в ловушку завёл, хоть и не вольно, мне и выручать.

— Князь, негоже то! — Вадим вскочил. — В любого пальцем ткни, каждый за тебя живот готов отдать.

— Молчи! — я грохнул по столу кулаком. — С шаром-прыгуном окромя меня никто толком обращаться не умеет, а доспехи мои шёлковы не чета вашим.

Несколько часов прошло в лихорадочной подготовке, совмещенной с заметанием следов. Каких-либо крошек, ведущих в княжество я не хотел оставлять. В реальной истории эта династия продержались недолго и то, благодаря харизме Кучука и диктатуре его брата. Слишком значимые силы в Тебризе заинтересованы чтобы сковырнуть жадных до взяток чобанидов. Как только информация дойдёт до конкурентов за трон Джалаиридов, на этой династии можно ставить крест. Никакие сверхспособности не помогут Сургану удержать власть, а значит и обо мне забудут, а может ещё и спасибо скажут. Скорее всего эмиру плевать на нас с высокой колокольни, главное, лицо сохранить перед военной аристократией, выступив эдаким поборником справедливости в борьбе с колдунами. Удобная и беспроигрышная позиция.

Выстроенные в линию группы смотрелись колоритно. Укороченные мушкеты и револьверы с глушителями, арбалеты, гранаты, динамитные шашки и ручные бомбомёты. В рюкзаке пара лёгких штоковых спец-миномётов калибра 65 мм., некий гибрид Rheinmetall RSG60 и отечественного «Галл». Переносятся в рюкзаке, имеют смешной вес в 15 килограмм и отделяемый от опорной плиты ствол с рукоятью. Дальность, около километра. Мины особой конструкции обеспечивают бесшумную и беспламенную стрельбу. Корпус у неё каплевидной формы переходящий в длинный трубчатый хвостовик со стабилизатором, на немецкую колотушку чем-то смахивает. Дорогая, но звука выстрела практически не слышно, как будто хлопок в ладоши. Помимо осколочно-фугасных, дымовых и специальных можно стрелять гарпунами и надкалиберными. Противогазы уже на лошадях одеты, а у людей они на поясе, натянуть, минутное дело. Гибкие доспехи из дюралевой брони, обтянутые чёрной тканью, и куча фишек, например, подствольные и тактические аккумуляторные фонари, планшеты, часы, гарнитура радиотелеграфа, свинорезы, метательные звёзды. До полного сходства со спецназом не хватало лазерных целеуказателей и приборов ночного видения. Золотой отряд в прямом смысле, не экономил ни копейки. Отбирал лучших из лучших, виртуозов и лишиться кого-либо это минимум, угробить год тренировок. Осмотрел ещё раз бойцов, прошёлся туда-сюда, поправил кое-кому подсумки с барабанами, по-отечески потрепал по плечу. Красавцы!

— Присядем на дорожку.

— Князь, может с нами?

— На кого нас оставляешь?

— Не начинайте сызнова, это приказ! — я повысил голос. — Влад, диспозицию довёл, маршруты отхода? Карты города у всех есм? Угу, добро, — добавил, после утвердительных кивков. — Вы вот что, братцы. Барабаны мушкетные не экономьте, упал ежели, бес с ним. Новый сделаем, жизнь важнее. Отобьётесь коли от группы, отходите в сторону пригородов, бронь и оружие прячем и до перевала своими силами добираемся, ночами. А ежели не свезёт, в полон не сдавайтесь. Одну гранату завсегда при себе держите. Знаю, не по-людски сие, но сами ведаете, что на кону. А за сродственников и детишек не беспокойтесь, не забуду.

— Знали, князь, на что идём, — забасил Горын. — Верим слову твоему как себе, а коли не сложится, рука не дрогнет, не сумневайся.

— Вот и добренько. Ну с богом! Выдвигаемся.

Первые номера черными тенями пробрались в дома, а спустя четверть часа, просигналили светом. Чисто. В плане прорыва, зачистка самый щекотливый момент. Если шум поднимется, всё насмарку пойдёт. На крыши затащили миномёты и те начали натужно ухать, как филины в ночном лесу. Солдаты эмира, окружившие гостевой двор осветили квартал сотнями факелов, чем невольно сослужили добрую службу. Мины без осечек летели в нужном направлении, формируя коридор прорыва. Взрываясь, каждая выпускала шлейф густого, оранжевого дыма, застилающего добрых триста квадратов, подкрасили адамсит, чтобы «отслеживать» оставшиеся без поражения площади. Выждав, обе группы рванули в прорыв сквозь клубы дыма. Одновременно активировали дымовые дымы в противоположном направлении. Забравшись на крышу караван-сарая, я поддерживал продвижение отряда по радиотелеграфу, сверяясь с картой. Договорились, что они будут сигналить фонарями, в ответ. Когда в ход пошли хлорпикриновые и дымовые шашки, картина одномоментно превратилась в месиво из дыма и разноцветных вспышек, а продвижение отряда я мог отслеживать по звукам боя, вспыхивающим то в одном, то в другом месте.