Рокировка. Новый СССР

— Обязательно, сейчас выходим, ловим тачку и отправляемся, — спокойно ответил я, не обращая внимания на взгляды, которыми нас изучают.

Собравшиеся дамы и господа кривят губы и на их лицах брезгливость и презрение. Хм, знали бы они из-за кого у моих друзей такое состояние! Плевать, что и кто подумает. Тренера придерживаю под локоть, наблюдая за тем, как штормит Лену и Жанну. Кстати, нас с Александром Николаевичем тоже немного заносит. Как мы миновали зал ресторана и умудрились не свернуть ни один из столиков? Повезло, не иначе. Правда, на середине пути две официантки вызвались подругам помочь и подстраховать. А ко мне на помощь пришёл распорядитель.

— Такси за счёт заведения, — буркнул работник ресторана. — Да, вам просили передать извинения.

— Кто? — уточнил я, догадываясь, что это организовала Ольга.

— Госпожа Бургинова, она ужасно опечалена произошедшим, — ответил распорядитель зала. — Мне ей что-то ответить?

— Нет, — криво усмехнулся я.

Такси нас уже поджидало, водитель тяжело повздыхал, увидев в каком состоянии его клиенты, но возражать не стал, когда мы загрузились в машину.

— Куда едем? — спросил таксист.

— Шеф, отвези нас в парк аттракционов! — подала голос Жанна.

— Ты живёшь-то где? — обернулся я к журналистке. — Адрес скажи.

— Не, мне туда нельзя, заругают, — погрозила она мне пальчиком и икнула.

— Жан, а поедем ко мне? — неожиданно предложил ей Курзин.

Журналистка заглянула в лицо Александру Николаевичу, положила ладошку на его щеку и произнесла:

— Ты слишком для меня хорош. Не пожалеешь?

— Вариантов нет, — погладил тот её пальчики. — Шеф, — обратился к водителю, — Артиллерийский переулок, дом семь.

— Тренер, ты уверен? — уточнил я, впервые перейдя на ты.

— Горец, не переживай, детей не обижаю, — усмехнулся тот.

— Это кого ты ребёнком назвал⁈ — возмутилась Жанна.

— Прекрати, потом с ним отношения выяснишь, — пихнула журналистку в бок Сироткина.

Они втроём расположились на заднем сиденье, а я рядом с таксистом, который невозмутимо управляет машиной. Готов поспорить, что он и не такое повидал, пассажиры каждый день разные, со своими тараканами и проблемами. Мы ещё не такие буйные и салон тачки не испохабим, не потребуется химчистка.

— Нет ты мне ответь! — надула губки Жанна.

— Всё объясню и расскажу, — прикрыл глаза Курзин, а потом потёр висок.

— А почему нет песен⁈ Шеф, включи радио или кассету поставь! — обратилась журналистка к таксисту.

— Какой жанр? — уточнил тот.

— Весёлый, что-нибудь про любовь. Например, — Жанна чуть задумалась и попыталась напеть: — я только к тебе лечу, я только тебя люблю!

— Приехали, — усмехнулся таксист, останавливаясь. — Это первый подъезд, вам какой?

— Второй, третий этаж, — буркнул Курзин.

— На этаж не поеду, — усмехнулся таксист.

Когда мы из тачки выгрузились, то водила уточнил, все ли мы прибыли в конечную точку или поедем дальше. Разумеется, у тренера оставаться не планировал, да и Жанна стала настаивать, что кое-кто лишний и в её разборках принимать участие не должен. Александр Николаевич невозмутим, он заметно протрезвел и уже неплохо на ногах стоит.

— Поезжайте, — сказал Курзин, — о Жанне позабочусь, за неё не переживайте.

— Точно? — уточнил я.

— Сто процентов, а о случившемся завтра поговорим, приходи вечером во дворец, пора за тренировки браться и прикинуть, в какие турниры заявляться, — держа журналистку за талию, чтобы та не упала, ответил тренер.

— Хорошо, — кивнул я ему, а потом посмотрел на Лену: — В общагу?

— С ума сошёл⁈ А как же моя репутация? — девушка затрясла головой и пошатнулась, пришлось её поймать и к себе прижать. — Поехали к тебе, — уткнувшись мне в грудь, произнесла Сироткина.

В её голосе больше страха и робости, чем уверенности. И это при том, что она выпила. Представить сложно, как долго продлятся наши целомудренные отношения, если не подвернётся подходящий случай. Вот только он таким, как сейчас не нужен. Протрезвеет и меня во всём обвинит, а потом сбежит. А хватит ли у меня выдержки, когда останемся наедине в квартире и Лена начнёт соблазнять? В таком состоянии с неё станется, а я не такой железный по отношению к ней. И всё же, мы поехали ко мне. В общежитие Сироткина наотрез отказалась идти. Мотивировала тем, что завтра весь поток узнает, что она напилась и поздней ночью явилась. Пойдут такие слухи и сплетни, что самая недоступная девушка начала вести разгульный образ жизни.

— Шеф, сколько с меня? — обратился я к таксисту, когда тот остановился у моего дома.

— За всё заплачено, — отмахнулся тот.

— Пока, — сказал я водиле, осторожно выгружая засыпающую на ходу подругу.

— Удачи, — буркнул тот.

Какое-то время я постоял, обнимая девушку и дыша свежим ночным воздухом. Лена меня обнимает и что-то бормочет. Странно, что она не попыталась себя исцелить. Или её дар в таких случаях бессилен? Утром выясню, сейчас предстоит подругу в квартиру отнести, сама она вряд ли поднимется. Так и поступил, и даже ни разу передохнуть не остановился. Девушка словно пушинка, обнимает меня за шею и притворяется спящей. Вот же интриганка, мысленно улыбался поднимаясь по лестнице.

— Отнеси меня в ванную, — попросила Сироткина, когда оказались в прихожей.

— Сама справишься? — уточнил я.

— Конечно, — хмыкнула та, — не беспокойся.

Пока девушка принимала водные процедуры, я поменял постельное бельё в своей кровати, мысленно решив, что спать буду на диване.

— Сергей, у тебя какой-нибудь одежды не найдётся? — крикнула из ванной комнаты Лена.

— Треники и рубаха устроят? — роясь в шкафу, предложил ей и уточнил: — Одежда чистая.

— Давай, — после некоторого раздумья, согласилась та.

Красивая дама, разодетая в дорогое платье, с идеально уложенной прической и макияжем выглядит не так соблазнительно, как представшая передо мной Сироткина.

— Как я тебе? — покрутилась девушка вокруг своей оси.

— Супер, — сглотнул я.

Рубаха свободная, штаны на несколько размеров больше, волосы чуть влажные, глазки блестят. Так и хочется её в охапку схватить, на кровать положить и медленно от одежды освободить.

— Иди прими душ, — улыбнулась Лена.

— Я тебе на кровати постелил, — стараясь не смотреть на подругу, сказал я, а потом нахмурился. — Подожди-ка! Ты протрезвела⁈

— А ты рассчитывал на другое? — усмехнулась та и подошла вплотную, привстала на цыпочки и поцеловала меня в щёку. — Сергей, забыл на кого учусь и как тебя в своё время лечила? Неужели думал, что не справлюсь с опьянением?

— Ты не очень-то старалась, — хмыкнул я.

— А ты почему не помог? — ткнула меня пальчиком в грудь. — Сам-то дар использовал и нейтрализовал подсыпанный порошок, усиливающий алкоголь!

Кстати, действительно, я же даже не попытался друзьям помочь! Скорее всего из-за того, что не привык к тому, что есть дополнительные возможности, да ещё магические. Всё время про них забываю!

— Молчишь? Значит я права? — улыбнулась Сироткина и неожиданно продолжила: — Ты всё правильно сделал, не показал на что способен и контролировал, чтобы никто не пострадал. А к тебе я сама захотела. Ну, чего стоишь? Иди уже! — она подтолкнула меня в сторону ванной комнаты.

— Лен, ты уверена? — обернулся я к девушке.

— Нет, — отвела она взгляд и шепнула: — Горцев, не беси, у меня ноги мёрзнут!

Подруга босая, тапочки ей не выделил. Одним движением подхватил Сироткину на руки, сделал несколько быстрых шагов и на кровать её положил. Хотел сразу же уйти, но она меня не отпустила, к себе притянула и поцелуй у нас получился долгий, с перехватом дыхания. Как я сумел оторваться — не понял, знаю одно, необходимо освежиться, а то день выдался непростой. Под смешок Лены, рванул в ванную комнату, пробыл там от силы минут пятнадцать, после чего направился к подруге, согласившейся стать моей девушкой.