Восьмая наложница

А вот я, совершенно не напоминающая девочку-тростинку считалась тут, если не уродливой, то дамой на любителя. И, насколько мне известно, Исао таким любителем не был. Я ему даже не нравилась.

Наверное, было бы логично дать ему наиграться со мной. Это бы не продлилось сколько-нибудь долго. Несколько неприятных ночей…

Нельзя сказать, что я не думала об этом. У меня было много времени для того, чтобы принять решение.

Да, мне нужно было оградить сына от скверны Золотого Города.

Но ещё мне эгоистично хотелось избежать насилия. Я очень долго воспринимала его, как норму. Позволяла отцу себя бить, оскорблять, даже повесить на себя случай с Катей. Конечно, старалась не раздражать его, чтобы избежать лишних тумаков. Но никогда не сопротивлялась, не пыталась себя защитить. Хотя могла бы… ну, не знаю, подсыпать ему чего-нибудь даже не смертельного. Слабительного, например. Чтобы ему, тоже, было больно. Только у меня и мысли такой не было. Почему-то.

Терпела пакости сестры, которая мстила мне за испорченную жизнь. Понимала, что ничего ей не сделала и ничего не должна, но терпела. Хотя, могла бы побить. Если тебя всё равно ненавидят, то пусть хоть опасаются. Страх часто является сдерживающим фактором.

Я замирала, как испуганный кролик, когда тот монстр бил и лапал меня.

Не знаю почему, но оказаться в постели Исао, для меня всё равно, что позволить тому существу закончить начатое.

Ночь с Императором… первая и единственная, начисто стёрлась из моей памяти. Я помню огонь, в котором горели мои похитители, а потом настало утро, когда мне сообщили о беременности. Ощущение непорочного зачатия было странным, но уж лучше так.

Я ещё раз посмотрела на мою новую «сестру» и сердце впервые за шесть лет здесь царапнуло болью разочарования. Не потому, что император получил ещё одну прелестницу. А потому, что красоту этой девушки признал Киан. Потому, что, если бы он был сейчас на месте Исао, то выбрал бы её, но уже для себя. Ведь она прекрасна, невинна и похожа на весенний цветок.

А меня он не выберет никогда.

И дело не в том, что я этого хочу. Мне совершенно не до мужчин. Сохранить бы жизнь Лисёнка. Вывести из-под удара друзей и не подставиться самой.

А для этого надо быть сильной. Или хотя бы не иметь такой очевидной слабости, как возлюбленный. В то, что кто-то, наоборот, может стать моей силой, моим защитником, верилось с трудом.

Мужчины предпочитают любить и защищать женщин непохожих на меня — нежных, красивых. Как Инис.

Но понимать, что он никогда не выберет тебя просто потому, что все, с кем спал его брат будут для него чем-то ужасно грязным, неприятно. Потому, что я никогда не желала делить постель с Исао.

Только это не имеет никакого значения для Акинара Киана.

Ну, и ладно.

Переживу как-нибудь.

*Год Альтеи длится около четырнадцати месяцев. Второму принцу сейчас почти восемь лет, а Джину шесть с половиной лет, если перевести на привычное нам летоисчисление. Прим. автора.