Эпоха королей

— Абердин — это…

— Тот самый здоровяк, который спит стоя. Садись к нам за стол. Я принесу тебе что-нибудь поесть, раз уж Мэддокс совершенно забыл про гостеприимство и довольствуется тем, что смотрит на тебя издалека.

Тот резко ответил:

— Сиди-сиди, я сам. Обожаю смотреть, как вы рушите патриархат, не вставая со стульев.

Сейдж, закинувшая ноги на стол, улыбнулась ему.

— Мы просто ведём себя как среднестатистический гибернец.

— Поверить не могу, что вы всё съели, — пожаловался дракон, проверяя кастрюли. — Вы девушки или слуаги?

Совершенно новый, высокий и странный голос ответил:

— Зверьё голодное, вот они кто.

Ни Гвен, ни Сейдж, ни Веледа не шевельнулись. Я окинула взглядом помещение, пытаясь понять, кто это сказал и где он находится. Голос прозвучал так близко, словно был прямо здесь, прямо…

Я затаила дыхание и наклонилась, чтобы заглянуть под стол. Там, рядом с босыми ногами Гвен, находилось крошечное существо. Не такое маленькое, как лепрекон, скорее как годовалый ребенок. Оно могло стоять в полный рост и не задевать головой стол. На нём была шляпа, сделанная из пуговиц, с иголкой, воткнутой сверху, и красивая вязаная туника, немного волочившаяся по полу. Существо подметало крошки маленькой метёлочкой. Когда оно заметило, что я его разглядываю, оно нахмурилось.

— Ты уже позавтракала? — неожиданно спросило оно. У него были два выдающихся передних зуба, длинные усы и чёрные глазки. Чертами лица оно походило на грызуна.

Я подняла брови.

— Ты брауни.

— А ты слишком тощая, чтобы быть на моей кухне.

Я выпрямилась, озвучивая очевидное:

— У вас под столом брауни.

Дракон, сосредоточенный на том, чтобы собрать всё найденное на поднос, небрежно махнул рукой.

— Это Хоп.

— Разве брауни не делают свою работу втайне?

— Этот любит внимание.

Метёлка вылетела из-под стола и врезалась прямо в зад Мэддокса. Дракон выругался. Абердин, все ещё стоявший с закрытыми глазами, улыбнулся.

Пвил убрал сигарету от губ.

— Хоп, не нападай на Мэддокса до завтрака. Мы же уже об этом говорили.

— Метёлка сама выскользнула из моих старых дрожащих рук.

Так они обменивались завуалированными оскорблениями ещё несколько минут, пока дракон не поставил на стол всё, что смог найти. Он принёс как сладости, так и солёные блюда, как будто не был уверен, что я предпочту, и, вместо того чтобы спросить, решил выбрать всё. Затем он поставил передо мной кувшин с пивом и стакан тёплого молока, пахнущего мёдом.

Никогда не видела столько еды на завтрак; а для них это были всего лишь остатки. Пока остальные разговаривали, я смотрела на тонкую струйку пара, поднимающуюся над молоком. Любимый напиток Каэли.

Внезапно соседний стул отодвинулся. Большое тело Абердина опустилось на него; дерево, хоть и со скрипом, но выдержало его вес.

— Ешь, лайли. Нам многое предстоит обсудить. Ребята рассказали нам, как вы познакомились. Но сначала надо позаботиться о пустом желудке.

Я постаралась не воспринять это неправильно и не обидеться из-за того, что они говорили обо мне за моей спиной (вероятно, пока я спала). Я бы поступила так же.

— Я бы предпочла сначала поговорить, а потом поесть, если вы не против.

После нескольких мгновений пристального взгляда Абердин кивнул.

— Как хочешь. Но мы ждём кое-кого, кто должен присутствовать и может задержаться ещё на некоторое время.

— Не думаю, что ждать придётся долго, — сказал Пвил. — Мы отправили кабана вскоре после их прибытия.

Я застыла от удивления. Отправили кабана? Они использовали полуслепых животных, любящих принимать грязевые ванны, в качестве посыльных?

Дракон, стоящий у стены, склонил голову набок, словно прислушиваясь к чему-то.

— Надеюсь, у вас много желудей для Дедалеры.

— Она уже здесь? — Гвен удивлённо приподняла светлые брови.

Будто в ответ на её вопрос, внезапно раздался скрип больших тяжелых дверей. Послышались нетерпеливые шаги, сначала цоканье по плиткам, затем по камню. Все мы повернули головы в сторону звука.

На пороге появилась шляпа. Так лучше всего её можно было описать. Это была красная шапочка, такая экстравагантная и высокая, что женщина, носившая её, должна была наклоняться, чтобы не задеть косяк. Когда она вошла, её острый, как стрелы, взгляд впился в меня.

Женщина усмехнулась.

— Так, значит, ты не просто любопытная девчонка.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы её узнать. Желудок перевернулся.

Это была подруга леди Болг.

Глава 10

Брауни не нанимаются, не передаются по наследству и не покупаются. Они служат в домах, которые считают достойными, и делают это не из долга или подчинения. Если им покажется, что с ними плохо обращаются или недостаточно ценят, они уйдут, прихватив с собой кое-какие вещи.

Дом, в котором живёт брауни, — счастливый дом.

Из запрещённой книги «Двор Паральды»

Я резко поднялась, ощутив сильное желание сбежать. Почти все последовали моему примеру, словно пружины. Единственными, кто остался на месте, были дракон, не отрывающийся от стены, и молчаливая девушка Веледа.

Вошедшая женщина сняла тёмные перчатки.

— Давайте обойдёмся без этих глупостей, насколько это возможно. Я ехала пять часов в карете и боюсь, мои ягодицы уже никогда не будут прежними.

С облегчённым вздохом она сняла шляпку. Без неё она оказалась женщиной довольно маленького роста, с тёмными волосами, собранными в тугой пучок, с седыми прядями. Она небрежно бросила шляпу на стол и, сжав губы, посмотрела на меня.

— Садись. Здесь нет врагов.

— Я слышала, как вы с подругой говорили о сидхах. О том, что демоны — спасители и…

Женщина спокойно села с таким видом, будто мои слова были ей крайне скучны.

— Я бы скорее вонзила стрелу себе в висок, чем назвала себя подругой такой дуры, как Катриона Болг. Оглянись и подумай немного, девочка.

Сжав кулаки и напрягая живот, я огляделась. Все смотрели на меня выжидательно. Они подскочили не потому, что их удивило появление человека, естественного врага сидхов. А потому что подскочила я.

Долгое время слышался лишь треск огня и бульканье чего-то, что варилось в котле.

— Она член Братства.

Не глядя на меня, женщина с ярко-красными губами улыбнулась.

— Как-то так, да. Ну что ты стоишь, садись.

В любой другой ситуации я бы из принципа осталась стоять. Но затем вспомнила сон и села молча.

Теперь женщина сидела слева от меня, а Абердин справа. Этот крупный мужчина опёрся предплечьями на стол, сцепив руки.

— Как ты наверняка уже поняла, Братство несколько отличается от того, что описывает молва по всей Гибернии. Это нам на руку, конечно. Пусть думают, что мы живём, прячась в лесах, или что мы вообще просто выдумка. Пусть! — Он с силой ударил руками по столу. — Чем меньше знает Двор, тем лучше.

Я никогда не сомневалась в их реальности. Тот негативный опыт, что моя бабушка передала моей матери, а мать пыталась передать мне, конечно, влиял. По словам матери, бабушка использовала необычную магию; магию, которой не обладали другие магические расы. Её пытали, вероятно, думая, что она что-то скрывает, но так и не добились признания. Когда ей удалось сбежать, она уже была беременна моей матерью. Чтобы продемонстрировать, насколько опасны могут быть сами сидхи для нас, включая Братство, она не позволяла моей матери забыть, что та была результатом насилия, которое бабушка пережила.