Страница 16 из 40
Земной шар послушно закружился. Всё ближе дом. Вот уже видны занавески в окнах, и сарай, в котором корова живёт, и будка…
Хрусть!
Вращение остановилось. И, кажется, зашатался зуб во рту у Шарика. Будто на невидимую стену он налетел со всего размаха.
— А дядя Фёдор хорошие построения у родителей перерисовал, — услышал Шарик голос Матроскина, — такую зверюгу с размаху затормозить, это талант надо иметь.
Шарик обернулся.
У забора стоял тр-тр Митра, а за рулём его кот сидел. Матроскин мотор завёл, фары зажёг и трактор двинулся на Шарика с распахнутым приёмным лотком.
Пёс собрался уже смахнуть надвигающуюся машину одним ударом лапы, как вдруг память его разверзлась и исторгла давно забытое слово.
Настоящее имя того, кто сейчас отзывался на собачью кличку.
И он рассмеялся. И он смеялся, и смеялся, прямо в лицо кровавой Луне, пока стальная пасть Митры не закрыла от него небо.