Страница 40 из 43
Теперь он выжидающе смотрел на Евгения. Я заметила, как напряглась Ингрит, а Марина непонимающе переводила взгляд с деда на отца.
— Я узнал, что Марина не моя родная дочь, — словно вынося приговор, произнес отец без эмоций.
— Что-о? — взвизгнула Марина. — Мама, это правда?
Ингрит ничего не ответила, лишь уставилась в одну точку на столе. Что она там рассматривает, скатерть?
— Да, это правда. Я сделал ДНК-тест, и он это подтвердил.
— То есть, эта колхозница — твоя родная дочь, а я — нет? — истерично заорала она.
— Рот закрой, — холодно и резко отрезал Евгений.
Марина недоверчиво посмотрела на него, а потом, резко вскочив, выбежала из столовой. Наступила тишина, оглушительная тишина после ее воплей. Казалось, у меня в ушах зазвенело, и, видимо, не у меня одной: Даня потирал ухо свободной рукой.
Когда все немного успокоились и у Дани восстановился слух, он решил поинтересоваться:
— Дедушка, а где ты был тогда все это время?
— А был я, внучек, в санатории, — с улыбкой ответил тот. — Хоть и не помирал, но здоровье уже не то. Решил для профилактики подлечиться. Мне там так понравилось, что я продлил путевку. Вторую молодость почувствовал! Надо будет еще как-нибудь съездить. Так, ладно, мы отъехали от темы. — Резко сменив веселый тон на серьезный, деловой, он продолжил: — Теперь слушаем меня внимательно и запоминаем. Пока я был в санатории, у меня было достаточно времени для размышлений. Так вот, я решил полноценно уйти на пенсию. Пока у меня есть время, хочу отдохнуть, пожить для себя, может отправиться в путешествие. Но сейчас не об этом. Мои юристы уже подготовили все документы, с которыми я вас позже ознакомлю. Начну по порядку. Алексей, ты уволен с должности генерального директора.
— Как? — растерянно выдохнул он.
— А ты что думал? — так же по-деловому продолжил дед. — Если ты мой сын, то тебе все можно? Нет, я долго терпел. Так вот, ты уволен. К фирме ты больше никакого отношения не имеешь. Все, что у тебя есть, остается тебе. Недвижимость и прочее тоже остается, но не вся. Половина отходит Наталье при разводе.
— Каком еще разводе? — теперь уже со злостью спросил Алексей.
— А таком. Я подготовил документы о вашем разводе. Все ваше имущество будет поделено пополам, как это прописано в брачном договоре. Если ты не подпишешь, я тебя лишу всего, и останешься ты ни с чем. Погорячился мы тогда, решив вас с Натальей поженить. Хотя, не было бы тогда нашего Даниила. — С теплотой дедушка посмотрел на Даню.
— Как ты можешь так поступить с родным сыном? — обреченно спросил Алексей. Как быстро у него меняются эмоции! Как бы его не хватил удар на нервной почве. — Ты же знаешь, мне еще долг нужно выплатить.
— За это можешь не переживать. Тебя развели как лоха, и сумма-то на самом деле была не такая уж и большая. Я ее уже выплатил, но попросил их тебе не сообщать. Так что считай это моим тебе последний подарком.
-Хорошо, я все подпишу, — облегченно выдохнул отец Дани.
— Идем дальше. Я также подготовил документы на развод и для тебя, Евгений. Тут я уже не настаиваю, это твое личное решение. Как решишь, так и будет. Но у вас тоже был брачный договор. И, соответственно, Ингрит, а точнее Инга по паспорту остается с голой жопой. Ну, или получит то, что ты решишь ей оставить. Это же ты сам решил жениться по большой любви на молодой, но бедной девушке. Хотя я сразу предупреждал, что сука она еще та, под личиной невинности.
И выразительно посмотрел на нее. Надо же, а я оказалась права! Это пафосное имя она придумала себе сама, а по факту — обычная Инга. И мне ее совсем не жаль, так ей и нужно.
У меня ощущение, что я нахожусь в каком-то кино и наблюдаю за происходящим из первого ряда. Не знаю, сколько времени прошло с момента моего приезда, но произошло столько всего! А дед, оказывается, великий махинатор. Мы из-за него столько нервных клеток потратили, я почти месяц жила в напряжении. И получается все это было зря. Но хотя бы мы узнали всю правду. Я на Владимира Ивановича не сердилась, ведь им двигало желание разоблачить сыновей. А мы с Даней косвенно попали в этот замес.
— Что я хочу сказать напоследок, — театрально постучав пальцами по столу, как по барабанам, произнес дедушка. — Вас, наверное, интересует судьба моей компании? Да, забыл сказать. Никогда не было никаких акционеров. Компания всегда принадлежала мне. Вы столько лет в ней работаете, а сами этого не знаете! Повелись на эту провокацию. Да, десять процентов принадлежали Борису Львовичу, отцу Натальи. Он в свое время мне помог, когда конкуренты на меня насели. Поэтому и поженили Алексея и Наталью. Но после его смерти акции вернулись ко мне, при условии, что после своей смерти я передам их ей. Умирать я не собираюсь, но акции передам. — И снова он переключился на деловой тон. — Десять процентов предназначаются Наталье. Моему единственному внуку Даниилу — сорок. Евгению, как законному наследнику от его отца, — сорок пять. И оставшиеся пять — Марии, его родной дочери.
Снова напряженная тишина. Стоп? Мне? Я правильно поняла? Нормально я на учебу приехала! Сначала обзавелась парнем, потом отцом, теперь еще и частью огромной компании. Вот это взлет от провинциальной девочки! За что мне такое счастье?
— Управлять компанией будете вы, Евгений и Даниил. У тебя, конечно, опыта маловато, но я уверен, ты быстро вольешься. Специфику ты знаешь. У тебя последний курс, думаю, сможем совмещать, а Евгений тебе будет помогать. Что же касается тебя, Маша, рабочее место будет там и для тебя. Пока учишься, будешь потихоньку вникать, а как окончишь учебу — будешь полноценным сотрудником. На какой должности, думаю, мужчины решат. Что же касается тебя, Наталья. Тебе не обязательно работать, просто получай дивиденды и поживи уже наконец для себя. Так, ну, все, что я хотел сказать, сказал. Думаю, семейный совет можно считать закрытым. Всем спасибо, все свободны.
Первым из-за стола поднялся Алексей. Видно было, что он раздавлен и огорчен. Бросив печальный взгляд на отца, он молча вышел из столовой, ни с кем не попрощавшись. Да и ни у кого не было желания с ним разговаривать. Наталья лишь облегченно выдохнула.
— Владимир Иванович, спасибо вам большое. Я не уверена, нужны ли мне эти акции. Но сейчас у меня голова настолько переполнена информацией, что, думаю, я подумаю об этом позже. И за развод спасибо. В последние годы я устала терпеть к себе такое отношение и хотела сама уйти от него. Но я этого боялась. А после того, что сегодня узнала, он мне просто противен стал. — Она закрыла лицо руками и заплакала. Даня тут же отпустил мою руку и обнял маму.
— Я тоже поеду, — подал голос Евгений. — Спасибо за этот вечер. Я сыт информацией.
— Жень, — робко позвала его Ингрит.
— Не сегодня, — резко сказал он. — Потом поговорим. Всем пока.
Он ушел. Следом за ним собралась и она. Одарив нас все ненавидящим взглядом, она ушла, не попрощавшись. Интересно, где потерялась Марина?
— Поехали, я тебя отвезу домой, — тихо спросил Даня у успокоившейся мамы. — Или, может, ко мне? Вдруг отец что-нибудь устроит.
— Не переживай, сынок. Он мне ничего не сделает. Да и домой он уже не приедет сегодня. Скорее всего, он останется на своей квартире, — так же негромко ответила ему мама.
— Ты уверена?
— Да, мне хочется побыть одной, прости.
— Ладно, мышка, поехали домой, только маму завезем по пути, — это уже было обращено ко мне.
Я молча кивнула. Как-то не хотелось разговаривать. Хочу в свою квартиру, обняться с Даней и ни о чем не думать. Но ни о чем не думать не получается.
Только я встала из-за стола, меня окликнул дедушка.