Наш шанс на любовь

Глава 13

— Мышка? — удивленно прозвучал его голос.

За время нашей разлуки я успела позабыть, до какой степени он красив. Но сейчас красота его омрачалась печалью, сквозившей в серых, внимательных глазах. В мягком свете уличных фонарей его лицо проступало отчетливо: волосы чуть отросли, на подбородке пробивалась легкая щетина. Боже, до чего же родной! Только теперь я осознала, как отчаянно по нему скучала.

— П-привет, Даня, — проклятое заикание снова дало о себе знать. От внезапной растерянности я не могла подобрать слов.

— Давно стоишь? — серьезно спросил Даня. Неужели он злится?

— Недавно, — выпалила я слишком быстро, — до этого пряталась за дверью.

Черт, дура! Зачем сказала правду? Надо было соврать, что только подошла.

— Значит, все слышала, — не спросил, а констатировал он.

Я лишь молча кивнула. Что тут скажешь? Даня пристально смотрел на меня, словно пытался разгадать какую-то тайну. В этом напряженном молчании мы совсем забыли о Максе.

— Ладно, голубки, — вдруг раздался его голос, и мы с Даней синхронно вздрогнули. — Я пошел, вам есть о чем поговорить наедине. Провожать не нужно, дорогу знаю.

Мы не успели и слова сказать, как он скрылся в квартире. Вскоре до нас донесся звук захлопнувшейся входной двери. Чувствует, что может отхватить.

Какое-то время мы продолжали рассматривать друг друга. Взгляд Дани скользил по моему лицу, задержался на губах. Я невольно облизала их, и в его глазах вспыхнул огонь желания. За неделю, проведенную вместе, я успела немного изучить его. И сейчас он хочет меня поцеловать. Хочу ли я? Безумно!

Не раздумывая больше ни секунды, я подбежала к невысокой перегородке, разделяющей наши балконы. Она доставала мне чуть ниже груди. Даня тоже не медлил и шагнул навстречу. Как только мы оказались рядом, наши губы слились в поцелуе, взрыве чувств. Мы не могли надышаться друг другом, жадно целовались, боясь оторваться. Время замерло, существовали только мы вдвоем.

Не разрывая поцелуя, Даня наклонился через перегородку и, обхватив меня за талию, перенес на свою половину. Его высокий рост позволял ему сделать это легко. Я совершенно не возражала. Не отпуская меня, он направился к плетеному креслу, стоявшему в углу балкона. Удобно расположившись, он усадил меня к себе на колени.

Сколько времени мы так просидели, я не знаю. Поначалу это был страстный, голодный поцелуй, постепенно перешедший в нежный, спокойный. Его руки обнимали мою талию, мои пальцы, как обычно, утопали в его волосах.

Когда кислород в легких начал заканчиваться, мы оторвались друг от друга, но продолжали сидеть в объятиях. Он прижал меня к себе крепче, словно боялся, что я сбегу. А я и не собиралась. Я тоже обняла его за шею. Наши сердца бешено колотились, руки слегка дрожали, дыхание было сбитым. Сидя у него на коленях, я отчетливо чувствовала его возбуждение, да и я была вся мокрая.

С ним было так уютно, хоть и неудобно в кресле. Никто из нас не решался нарушить эту близость. Время замерло, пока мы просто сидели, наслаждаясь теплом, исходящим друг от друга.

– Нам, наверное, нужно поговорить, – первый нарушил тишину Даня.

– Если ты готов, – ответила я, тяжело вздохнув. – Я хочу знать всё. Что происходит в твоей жизни.

– Ты и так сегодня достаточно услышала. Скрывать больше не имеет смысла, – было видно, что Даня не горит желанием обсуждать эту тему, но и молчать не намерен. – Пойдём в квартиру, здесь не очень удобно говорить.

Он резко поднялся и, неохотно помогая, поставил меня на пол. Взяв за руку, повёл за собой. Планировка квартиры была идентична моей, так что я легко ориентировалась. Да и идти было недалеко.

– Хочешь что-нибудь выпить? – спросил Даня.

Пить не хотелось, но от кофе я бы не отказалась. Чувствовала, что разговор предстоит долгий, нужно взбодриться.

– Можно просто кофе? – я могла бы и сама приготовить, кофемашина у него такая же, как у меня. Но почему-то было неловко.

– Конечно, – спокойно ответил Даня. – Я тоже, наверное, кофе выпью, пить что-то не хочется. Мне нужна ясная гола.

Я присела на барный стул, наблюдая, как Даня готовит кофе. Интересно было за ним наблюдать: движения четкие и уверенные. А какая у него спина красивая, обтянутая простой белой футболкой! И попа… Джинсы выгодно её подчеркивают. Интересно, как он отреагирует, если я подойду и ущипну его? Так, Маша, держи свои руки в руках. Хах.

От этих мыслей я невольно захихикала. Даня обернулся и недоуменно посмотрел на меня, приподняв бровь. Наверное, думает, что я совсем ку-ку, раз смеюсь без причины.

Не скажешь же ему, что я просто хотела ущипнуть его за попу.

– Могла бы и ущипнуть, я бы не возражал, – спокойно сказал Даня. Лицо его было серьёзным, но смешинки в глазах выдавали веселье.

Я уже не удивлена, что выпалила это вслух. При нем это случается часто. Щёки моментально обдало жаром, я опустила взгляд на руки, лежащие на столе. Отвечать было нечего, и так неловко. Даня, видимо, это понял и промолчал.

Рядом с моими руками появилась кружка с ароматным кофе. Даня сел напротив и, помедлив, взял свою чашку. Никто не решался заговорить первым, неловкое молчание затянулось. Я молчала осознанно, не мне начинать этот разговор. Видимо, Даня тоже почувствовал эту паузу или просто собрался с мыслями, но он заговорил.

– У моего деда крупная строительная фирма. Он основал её ещё в молодости со своим лучшим другом. Через десять лет его друг погиб: не справился с управлением и разбился вместе с женой. У него остался маленький сын. Дедушка взял его под опеку, воспитывал, как второго сына. Дядя Женя – крутой мужик, я его очень уважаю. Во многом он заменил мне отца. С моим родителем у него отношения не очень. Мой отец всё время пытается выделиться, показать, что он круче, хотя дядя никакие соревнования с ним не ведёт. Двадцать лет назад дед частично отошёл от дел. Управление компанией он доверил отцу и дяде Жене, у каждого своё направление, они почти не пересекаются. Но отец упорно считает, что компания должна принадлежать только ему, и его не волнует, что дядина часть там тоже есть, – Даня замолчал, подбирая слова. – Дед в последнее время сильно болеет, но партизан упорно молчит, чем именно. Два месяца назад он собрал нас на семейный ужин.

Он снова замолчал. Чтобы поддержать его, я убрала свою кружку, подалась вперёд и взяла его за руку, лежащую на столе. Он одарил меня благодарной улыбкой.

– Дед сказал, что ему осталось мало времени, и он уже составил завещание. Согласно ему, на момент вступления в наследство я должен быть женат на дочери дяди Жени. Это Марина. Если мы не выполним это условие, компания достанется аукционерам, и они сами будут решать её судьбу. Дед дал нам три месяца, чтобы мы обдумали это и приняли решение. Два месяца уже прошли, и за оставшийся месяц я должен решить, как выпутаться из этой ситуации, не женившись на Марине.

Я сидела задумавшись, переваривая информацию. Да, ситуация для Дани поганая. Но у меня осталось несколько вопросов.

– Почему отец тебе угрожал?

– Чтобы ты понимала, у нас с ним дерьмовые отношения. Отец никого не любит, кроме себя и денег, – Даня зло сжал кулак и, так как мы всё ещё держались за руки, сжал и мою. Стало больно. Я невольно вскрикнула. Даня тут же разжал кулак. – Прости, мышка, – поцеловав мою руку, он продолжил: – У моих родителей был договорной брак. Мама – дочь партнёра моего деда, им было выгодно заключить сделку и закрепили её браком моих родителей. Мама была молода и сразу влюбилась в отца. Он её никогда не любил, менял любовниц. И сейчас продолжает, а мать всё ещё любит его и прощает. Но развестись он с ней не может, дед не позволит и может лишить всего, а отец очень дорожит своим местом в компании. Меня он тоже никогда не любил, считал, что я залетный и не должен был родиться. Но мама – самый драгоценный человек в моей жизни, и нет ничего важнее, чем её счастье.