Страница 2 из 43
Глава 1
— Девушка, вы к кому? Доставка? — первое, что я услышала от консьержа.
— Эм… Здравствуйте, нет. Я здесь буду жить, — только и смогла выдавить я. И не потому, что разучилась говорить, просто сложно членораздельно изъясняться с отвисшей челюстью. Если уж холл такой роскошный, боюсь представить, какой окажется моя новая квартира.
— Ваши документы, чтобы я внес вас в базу? — меня одарили скептическим взглядом. Да, по моему внешнему виду и не скажешь, что я могу позволить себе квартиру в таком доме.
Пока консьерж заносил мои данные, я, словно блаженная, озиралась по сторонам, рассматривая все вокруг. Я не привыкла к роскоши, и все это казалось чужим. Вы спросите, что я здесь делаю и как сюда попала? Откуда у обычной, небогатой восемнадцатилетней девушки квартира в новеньком жилом комплексе?
Стоит рассказать о себе. Меня зовут Мария Цветкова, и мне недавно исполнилось восемнадцать. Но лучше начать рассказ с моего рождения. Моя мама, рожденная в небогатой семье, в провинциальном городке, мечтала о богатом муже и лучшей жизни. Уехала в столицу, отучилась в ВУЗе. И ей повезло: сразу после учебы устроилась в крутую фирму секретарём к биг боссу. Со временем она не растерялась и стала его любовницей. Большего ей не предлагали, так как босс был женат. И вот мама узнает, что беременна. Естественно, папаша не обрадовался новости. Ладно, если бы там любовь была, а так разводиться ради очередной любовницы в его планы не входило. Такой расклад не понравился маме, она-то надеялась своим «залётом» привязать мужика к себе, получить сытую, обеспеченную жизнь. В итоге мама вернулась обратно в свой городок беременная, с деньгами и подписанными документами о неразглашении, кто отец.
Папа помогал маме финансово на протяжении всей беременности и выделял деньги ежемесячно на моё содержание. Как только я родилась, мама почти со мной не сидела. Моим воспитанием занимались бабушка с дедушкой. Жили мы все вместе в одном доме. Они меня одевали, обували. Хотя я была девочка самостоятельная. И умненькая. Наверное, мозги мне достались от отца.
Где же была мама? Она не оставляла надежды на лучшую жизнь и всё время была в поисках того самого единственного и богатого. Но в нашей глуши миллионеров нет, так что мужики менялись часто, а единственный всё не приходил. Денег от отца я почти не видела. Всё, что он присылал, мама тратила на себя, свою внешность и на своего единственного, что был на данный момент. Я их особо и не запоминала.
С мамой у нас отношения были нейтральные. В открытую она меня не ненавидела, но и никогда не говорила, что любит. Считала, что из-за меня у неё не получилось ничего добиться в столице. Сначала мне было обидно. Из сада детей забирают родители, а меня бабушка или дедушка. Хотелось материнской любви, хотя бы просто сходить в парк, поесть мороженое с мамой, которая меня почти не замечала. Со временем я смирилась, осознала, что роднее бабушки с дедушкой у меня никого нет, и к маме начала относиться просто как к женщине, родившей меня и проживающей в одном доме.
В четырнадцать лет случилось страшное. Умер дедушка. Мы все очень переживали, но больше всех — бабушка. У них с дедом была большая и светлая любовь, всю жизнь душа в душу. Бабушка не выдержала горя и спустя пару месяцев ушла вслед за ним.
С мамой мы остались вдвоём. Жили в одном доме, как чужие люди, просто соседи. Так как деньги мне мама не давала, мне пришлось подрабатывать после школы. Одеваться и жить за что-то нужно. Благо коммуналку и продукты мама догадалась оплачивать сама. По выходным на рынке торговала, а в будние дни в местной забегаловке — то посудомойкой, то уборщицей, то официанткой. В шестнадцать меня взяли в книжный магазин, и то потому, что магазин принадлежал родителям моей лучшей подруги. Деньги, конечно, не сильно большие, но зато в тепле, не пристают местные алкаши, ещё и книги можно бесплатно читать. На учёбу моя работа не сильно повлияла, я девочка умненькая, и одному Богу известно, как я успевала со всем справляться. Хотя на золотую медаль я всё же не вышла. Но это сейчас не так важно, главное — средний балл хороший.
Друзей у меня было немного. Но самые близкие — Светка Лаврентьева и Пашка Ветров. Мы были одноклассниками. Светкины родители и пристроили меня в магазин, когда расширились с одного маленького киоска до сети магазинов. Подруга работала вместе со мной, поэтому скучно нам не было.
Существенно напрягать мою жизнь начала мать, которая стала своих мужиков приводить в наш дом. Когда дед с ба были живы, мать всё время пропадала где-то с хахалями. После того как их не стало, путь стал открыт, и они начали жить в нашем доме. Надолго они не задерживались, максимум пару месяцев. Но последний, Олег, задержался дольше всех, почти пять месяцев. И это мне совсем не нравилось. Вернее, не нравился Олег и его взгляды. Я не считаю себя страшненькой, наоборот, знаю, что очень даже симпатичная девушка. Это не завышенная самооценка. Просто внешностью я пошла в мать, хоть что-то хорошее от неё досталось. А она женщина красивая, хоть и неразборчивая в мужчинах. Так вот, если посмотреть в зеркало, то увижу там миленькую блондинку с вьющимися волосами, большие голубые глаза, маленький аккуратный носик и пухлые губы. Многие думают, что я их чем-то подкалываю. Невысокого роста, всего метр шестьдесят пять. Фигурой меня тоже природа не обделила, в нужных местах округлая, да и грудь хорошая, двоечка, конечно, но красивая и аккуратная. Так вот, на это всё великолепие частенько поглядывает мамин хахаль. Когда мамы нет дома, я стараюсь не выходить из комнаты, не попадаться на глаза Олегу, от греха подальше. Я-то постоять за себя смогу, но рисковать не хочется. Пашка, мой друг, он у нас с детства спортсмен, занимался разными видами единоборств, научил нас со Светкой многим приёмам самообороны. Мне, слава Богу, ещё ни разу эти знания не пригодились, но за себя могу быть спокойна.
Ещё одно, что объединяет меня с мамой, это то, что я хочу уехать в столицу. Нет, я не хочу там найти богатого мужа. Но от лучшей жизни не отказалась бы, но этого хочу добиться сама. Хочу отучиться в ВУЗе, устроиться на хорошую работу. В нашем городишке ловить нечего, все стремятся отсюда сбежать, и я не исключение.