Страница 55 из 66
— Но здесь это вещество запрещено. Груфалы могут стать слишком зависимы от подсластителя, — пробормотал я, но не для того, чтобы поспорить или в чем-то переубедить оппонента…
Творец знал, я с удовольствием дал бы Кэлли любую еду, главное, чтобы она это съела. Я сказал это больше для того, чтобы прояснить и убедиться, что я действительно правильно все услышал.
Неужели нужно было просто добавить подсластитель?
Мужчина пожал плечами.
— Я подозреваю, что у моего человека уже была зависимость. В любом случае, благодаря этому она начала есть каши.
Грэйс рассматривала свои ногти и вела себя… как-то хитро.
Я сделал глубокий вдох.
— Я должен предложить это Кэлли. Стоит попробовать.
Самец замешкал.
— Вообще-то, я хотел бы попросить тебя об одолжении.
Мои уши навострились. Этот пришелец имел в собственности большой быстроходный грузовой корабль. Значит, одолжения могли принести немалую пользу.
— У нас закончились запасы подсластителя. И пороха почти не осталось, — признался он, опустив глаза. — Тара слишком добра, чтобы жаловаться, но она опять стала мало есть.
Я сочувственно поморщился.
Конечно, он мог бы отправиться на Йонару, следующую планету, но…
— Мы оба знаем, что, независимо от запрета на это вещество, хобсы выращивают лучший в Галактике источник подсластителя.
Грэйс набросилась на меня… и, чувствуя неловкость от прикосновения к женщине, которая мне не принадлежит, я отшатнулся. Она беззаботно заняла мое место перед голограммой.
— А ты хочешь лучшего для своей женщины, не так ли?
Самец мрачно кивнул.
* * *
Я не мог дождаться, когда Кэлли закончит свою связку упражнений.
Когда танцы все же подошли к концу, я даже не стал ждать, пока моя пара примет душ.
Она засмеялась, когда я потащил ее по коридору. Мои глаза уловили движения ее губ.
— Что?
Видимо она предположила, что ее слово не перевелось, поэтому улыбнулась и разъяснила:
— Суета означает спешку. Куда мы так спешим?
— Я узнал об одном веществе, с помощью которого твоя еда станет гораздо вкуснее.
Кэлли сразу растеряла большую часть энтузиазма.
— Серьезно?
Я обвил хвост вокруг одного ее запястья, затем вокруг второго, и свел их вместе.
— Так и есть, а теперь поторопись, женщина. Это приказ.
Мне было приятно, когда она расхохоталась.
Группа наблюдения тоже заинтересовалась.
— Извините, но команда «3» хотела бы узнать больше о приказах…
— Пошли на тевек.
Однако Кэлли кратко ответила на их навязчивые вопросы. Когда она заметила, что я нахмурился, то одними губами произнесла:
— Дохрэйн попросил давать им хоть что-то, — а потом добавила: — Когда сможем.
Затем Кэлли отмахнулась от дыма, который я выдохнул в ее лицо.
Мы добрались до кухни, где я подвел Кэлли к стулу и начал вытаскивать разные ингредиенты из шкафов.
— Ты умеешь готовить? — спросила она.
Все наши блюда были заранее упакованы, поэтому я не удивился вопросу относительно вытащенных припасов.
— Только для выживания, но сейчас мы не будем готовить. Вот, — я набрал ложку подсластителя и протянул ей, — попробуй это.
За всю свою жизнь я ни разу не слышал такого вульгарного звука.
Ее стон удовольствия заставил меня очень быстро собрать то, что было нужно, и со всей поспешностью отнести мою пару обратно в нашу берлогу.
Она вылезала ложку и, насытившись, плашмя упала на кровать.
Я не мог перестать пялиться на Кэлли.
У нее была зависимость от подсластителя. Неудивительно, что она ненавидела еду. Я мысленно вернулся ко всем людям, которые, по моему наблюдению, употребляли еду практически без аппетита. Теперь я понял, что все их мужчины совершали одну и ту же ошибку: мягкая, насыщенная питательными веществами пища была полезна, но не вкусна и не сладка.
Кэлли подползла к краю кровати, взяла баночку с подсластителем… и вместо того, чтобы наполнить ложку, она перевернула ее вверх дном, затолкала насадку прямо в рот и закрыла глаза от блаженства.
Творец. Я люблю наркоманку.
* * *
КЭЛЛИ
Теперь половила стены нашей спальни была заставлена бутылками с жидким сахаром.
Жидкость была немного похожа на мед, но не на тот, который я пробовала дома, не совсем, но важно ведь то, что она была сладкой. Я скучала по сахару.
Мне нужен был сахар, чтобы быть счастливой.
Не совсем, но… ну, вроде того.
И…
Задеон сделал внушительный запас.
Зи много чего собрал. Все, что, по его мнению, могло когда-либо нам понадобиться.
Я не жаловалась. Ведь Дохрэйн должен был уехать, а я не хотела, чтобы что-то закончилось, ведь у меня больше не будет адвоката, который сумел бы все достать.
Криспин тоже собирался в поездку. Он выглядел взволнованным перспективой смешаться с сообществом, у которого не было крыльев.
Я не была уверена, насколько хорошо у него это получится, но, по крайней мере, никто не будет странно смотреть на него из-за отсутствия пары крыльев.
Это были горько-сладкие проводы. Я винила гормоны за то, что так много плакала, пока прощалась со своими друзьями.
— Они вернутся, — пытался успокоить меня Задеон, взволнованно прижав к голове уши, прежде чем обнять меня.
— Знаю, — я вытерла лицо своим рукавом.
Зи предложил мне свой костюм, которым я тоже воспользовалась.
Но, как оказалось, вопреки надеждам Задеона, уехали не все.
Он думал, что в полет отправится каждая человеческая женщина.
Я же была удивлена, что они вообще отпустили женщин, но на это Задеон лишь покачал головой, типа «ты такая наивная»:
— Самцы никогда не позволят своим самкам сбежать.
Как по мне, то это было проявлением огромного доверия, но опять же, мы все знали шансы на успех в то, что кто-то поверит в нашу историю. А если какой-либо женщине все же поверят… тогда я могла лишь пожелать ей удачи в «зоне 51»12, ну или где в итоге ее запрут. Если кто-то из них думал, что здесь нам не всегда было весело… то правда состояла в том, что никто не ожидал, что жизнь для женщины-вернувшейся-из-плена-пришельцев сложится как-то хорошо.
Первоначально мой план состоял в том, чтобы игнорировать оставшихся женщин и сконцентрироваться на занятиях.
Так я и сделала. Я продолжила танцевать.
Может, просто от скуки, но женщины начали приходить в зал, чтобы посмотреть.
А позже они попросили обучить их.
Танцы подарили мне немного покоя.
Преподавание подарило мне некую цель.
Это творило чудеса с моей душой.
А когда мой живот стал слишком тяжелым, мешая мне чувствовать себя в безопасности и двигаться так, как я того хотела… Задеон взял на себя роль тренера.
Как только женщины узнали, что преподавал Зи, то абсолютно все пришли на занятие.
— Ты шипишь? — спросил Задеон с юмором в голосе.
— Я ударю ее, если она не перестанет пялиться на твою спину. Или на твой пах… ты это видел?
Задеон поймал мои пальцы своим хвостом. Я посмотрела вверх и заметила улыбку.
— Мне безразлично, на что они смотрят. Я забочусь только о тебе. И мне нравится, что ты проявляешь инстинкт собственничества к моей спине. И к моему паху, — добавил он, его глаза светились от счастья.
Я тоже улыбнулась… так широко, что Зи сощурил глаза.