Спасенная Пришельцем

Я прошел мимо брата.

— Я должен спасти ее.

— Поздравляю, ты уже это сделал… — Тахмох замолк. — Ты ведешь себя странно. Выстрел бластера попал в твою голову?

«Моя пара была здесь».

Впервые в жизни я чувствовал ее присутствие.

Я побежал, зная, что Тахмох будет в безопасности, потому что он бы не отвел груфалу в центр сражения и не рискнул бы ее благополучием.

И хотя моего брата было сложно назвать бойцом, я знал, что его защитные инстинкты сильны, как и у каждого ракхии, — если придется, он защитит принцессу.

Однако я не планировал участия брата в битве, так как работорговцы не получат шанса вернуть беглянку.

Даже зная их репутацию, я не был готов к тому, что предстало перед моим взором, когда я добрался до лагеря.

Дэндроасписы были отвратительны на вкус.

Просто ужасны. Но если я столкнусь с ситуацией «укуси-или-будешь-укушен», означавшей, что я мог бы получить дозу их яда, то не побрезгую прикоснуться к ним ртом.

Почти.

К счастью, мне не нужно было подходить достаточно близко, чтобы пришлось кусаться. Я оттачивал диапазон поражения пламенем много лет, поэтому был уверен, что затрону только намеченные цели, не задев невинных свидетелей.

Кроме того, здесь находился только один невинный свидетель.

«Где-то».

Я ломал кости. Расчленял. Превращал в пепел.

И я нашел мою пару.

Она попыталась прикрыться, но так и не смогла. Яд дэндроасписов вызывал временный паралич… как правило, не нанося серьезных повреждений. Но на ней было такое количество укусов…

Если бы я не знал, что ищу, то даже не догадался бы, что это она. Она распухла, все ее тело было покрыто синяками и ссадинами…

Я наклонил голову, спалив кучу тел.

Затем осторожно откинул спутанную челку с лица женщины.

В течение многих лет я мечтал о том дне, когда мы наконец встретимся. Но я никогда не представлял, что это произойдет вот так.

Когда я опустил взгляд, то испытал огорчение, ведь женщина, которую я любил всю свою жизнь, страдала… Вот только она смотрела на меня безучастно. На ее лице не было абсолютно никакого узнавания.

Глава 4

КЭЛЛИ

Меня обнимали руки, — самые большие руки, которые когда-либо прикасались ко мне, — но я не сопротивлялась.

Я давно перестала бороться.

Так как очень быстро поняла, что это приносит еще больше боли.

Но… кто-то не просто придерживал меня. Он поднял меня на руки.

— Рык-рык-щелк-щелк-Кэл-ли.

Я вздрогнула от последнего звука, потому что было очень похоже на мое имя.

Не протестуя, я позволила себя нести. Мир был немного размыт и ничего не имело смысла. Существа вокруг казались восковыми фигурками, разбросанными по всей земле, как будто здесь снимали какую-то кладбищенскую сцену из фильма ужасов в комплекте с туманом. Я смутно осознавала, что тот, кто меня нес, не причинял мне боли, но благодарность — это не то, что я чувствовала к любому из этих монстров.

Я не поняла, когда именно это произошло, но вскоре я стала чувствовать себя отчетливее. Я больше не испытывала спазмов в желудке, из-за чего почувствовала огромное облегчение, так как больше не ощущала тошноту.

Если бы я и дальше держала глаза закрытыми, то смогла бы притвориться, что огромное плечо, к которому я прижималась щекой, на самом деле было моим кожаным диваном.

Материал костюма под моей кожей ощущался примерно так же, как и широкий, твердый подлокотник дивана.

Вот только он был теплым.

А еще хорошо пах.

И я ненавидела это.

Я не желала испытывать хоть малейшую симпатию к похитителям.

Лучшее понимание происходящего сделало меня менее осмотрительной. В мгновенном приступе неповиновения я слабо — но демонстративно — попыталась вырваться из хватки монстра, из-за чего приняла сидячее положение в его объятиях.

Но он не дал мне пощечину, не выкрутил запястья, не стиснул руки и не сделал ничего из того, что я ожидала от одного из монстров.

Вместо этого я получила отличный обзор того, как меня занесли в гигантский космический корабль. Гладкий, темный и страшный.

Собравшись с духом, я посмотрела на своего похитителя.

Его костюм был тоже гладкий, темный и страшный.

И еще кое-что.

Там, где его тело не скрывал костюм, он был покрыт чешуей.

Я закрыла глаза. «Но это было еще не все».

Помимо впечатления от ярко выраженного, округлого, похожего на лошадиный кривой нос — и на этом сходство заканчивалось, потому что мой похититель все же не был лошадью — я не смогла детально рассмотреть его… мой разум усвоил только одно — он был ОГРОМНЫЙ.

И страшный. В этот момент я ощутила, как его руки стиснули меня… так сильно.

Вместо того, чтобы чувствовать себя потерянной и полумертвой, с каждой минутой мое внимание обострялось, и во все уголки тела проникал страх.

А когда к моей голове приставили пистолет, я полностью обезумела.

Позже я узнала, что вместо пуль пистолет содержал крошечную схему с программным обеспечением… но все же.

Я кричала так, будто вот-вот умру.

В тот момент я действительно верила, что погибну.

Мне показалось, что мой мозг начал плавиться… поэтому я схватилась за голову и упала на пол, продолжая визжать.

Вот тогда жуткий монстр-инопланетянин потерял рассудок. Он сошел с ума и напал на того, кто только что стрелял в меня.

Когда давление за ухом ослабло настолько, что я снова смогла двигаться… я побежала.

Пока мои похитители дрались друг с другом, я куда-то забежала, спряталась и стала прислушиваться. «Это нереально, это нереально…»

Я с ужасом осознала, что оказалась уже в другом месте, где-то далеко, очень далеко. Моя кожа стала липкой, тело отяжелело, подобное всегда происходило, когда у меня брали кровь. Я была крепко зажата под чем-то, из-за чего чувствовала себя скрюченной и больной. А еще этот приглушенный рев. Иногда где-то близко. Иногда отдаленно. Вскоре меня схватили и вытащили из моего укрытия, а этот страшный инопланетянин лизнул кожу за моим ухом.

«Он попробовал меня на вкус!»

Монстр медленно вытянул мою руку, где было множество ран и синяков, и начал все ближе и ближе приближать свой рот к моей коже. Мне казалось, что мое сердце буквально разорвется.

Сейчас я считала, что лучше умереть от сердечного приступа, нежели быть съеденной заживо.

Я так боялась, что понравлюсь на вкус, но мой похититель поднял взгляд, и, клянусь, тот казался… грустным.

От его выражения у меня перехватило дыхание.

Я не знала, что это значит. Ничего не могла понять.

Он положил мою руку на мои же колени, скривив губы в разочарованном рычании, и отступил.

«Что, черт возьми, это было?!»

Я вроде как была в самом разгаре острой реакции на стресс… но позже Задеон скажет, что это все мои кошмары.

Я была в шоке, теряла сознание, потом приходила в себя, а иногда кричала.

Это положило начало целой цепочке событий.

Мое поведение взывало к чему-то первобытному в Задеоне. Он перестал видеть перед собой брата, воспринимая его как чужого мужчину… мужчину, который был противником, угрозой.

Его брат поначалу боялся, что Задеон в ярости убьет меня, но он лишь пытался защитить.

Все действия стали выглядеть совсем по-другому, когда он предстал в облике разъяренного, защищающего самца. Самца, в котором разыгралось чувство собственничества.